16 лучших фраз Джеймса Джойса

Подборка из 16 цитат Джеймса Джойса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Никто не видел — никому не рассказывай.

   Никто не видел — никому не рассказывай.

   — Леопольд Блум · книга
2. «

   ... мы все рождаемся одинаковым образом, но умираем весьма по-разному.

   ... мы все рождаемся одинаковым образом, но умираем весьма по-разному.

   — Улисс · книга
3. «

   Вы еще не знаете, что такое деньги. Деньги — это власть. Вот поживите с мое. Уж я-то знаю.

   Вы еще не знаете, что такое деньги. Деньги — это власть. Вот поживите с мое. Уж я-то знаю.

   — мистер Дизи · книга
4. «

   Хорошо мужчине: позабавился и пошел своей дорогой, будто ничего и не было, а девушке приходится принимать всю тяжесть вины на себя.

   Хорошо мужчине: позабавился и пошел своей дорогой, будто ничего и не было, а девушке приходится принимать всю тяжесть вины на себя.

   — Пансион · книга
5. «

   Вы любите кого-то. А этот кто-то любит еще кого-то, потому что каждый любит кого-нибудь, а Бог любит всех.

   Вы любите кого-то. А этот кто-то любит еще кого-то, потому что каждый любит кого-нибудь, а Бог любит всех.

   — Улисс · книга
6. «

   И позади у него лежало великое будущее.

   И позади у него лежало великое будущее.

   — Улисс · книга
7. «

   Не жестоко ли это. Люди привяжутся друг к другу, завлекут, заманят друг друга. А потом разрыв. Смерть. Крах. Обухом по башке.

   Не жестоко ли это. Люди привяжутся друг к другу, завлекут, заманят друг друга. А потом разрыв. Смерть. Крах. Обухом по башке.

   — Леопольд Блум · книга
8. «

   Все сущее говорит, только на свой манер.

   Все сущее говорит, только на свой манер.

   — Леопольд Блум · книга
9. «

   Остерегайся того, к чему ты стремишься в юности.

   Остерегайся того, к чему ты стремишься в юности.

   — Стивен Дедал · книга
10. «

    Мысль, что не ты платишь — лучший соус к обеду.

    Мысль, что не ты платишь — лучший соус к обеду.

    — Улисс · книга
11. «

    Этикет значит этикет. Он мать родную убил, но серые брюки ни за что не наденет.

    Этикет значит этикет. Он мать родную убил, но серые брюки ни за что не наденет.

    — Улисс · книга
12. «

    Каждая жизнь — множество дней, чередой один за другим. Мы бредем сквозь самих себя, встречая разбойников, призраков, великанов, стариков, юношей, жен, вдов, братьев по духу, но всякий раз встречая самих себя.

    Каждая жизнь — множество дней, чередой один за другим. Мы бредем сквозь самих себя, встречая разбойников, призраков, великанов, стариков, юношей, жен, вдов, братьев по духу, но всякий раз встречая самих себя.

    — Улисс · книга
13. «

    Гений не делает ошибок. Его промахи — преднамеренные.

    Гений не делает ошибок. Его промахи — преднамеренные.
14. «

    Все женщины свысока, пока не раскусишь. Красив телом, красив и делом. Неприступны до первого приступа. Достойная госпожа, и Брут весьма достойный человек. Разок ее поимеешь — спеси как не бывало.

    Все женщины свысока, пока не раскусишь. Красив телом, красив и делом. Неприступны до первого приступа. Достойная госпожа, и Брут весьма достойный человек. Разок ее поимеешь — спеси как не бывало.

    — Улисс · книга
15. «

    Какие особые сближения, казалось ему, существуют между луною и женщиной? Ее древность, предшествующая череде земных поколений и ее переживающая; ее ночное владычество; ее зависимость как спутницы; ее отраженный свет; ее постоянство во всех ее фазах, восход и заход в назначенные часы, прибывание и убывание; нарочитая неизменность ее выражения; неопределенность ее ответов на вопросы, не подсказывающие ответа; власть ее над приливами и отливами вод; ее способность влюблять, укрощать, наделять красотою, сводить с ума, толкать на преступления и пособничать в них; безмятежная непроницаемость ее облика; невыносимость ее самодовлеющей, деспотичной, неумолимой и блистательной близости; ее знамения, предвещающие и затишья и бури; призывность ее света, ее движения и присутствия; грозные предостережения ее кратеров, ее безводных морей, ее безмолвия; роскошный блеск ее, когда она зрима, и ее притягательность, когда она остается незримою.

    Какие особые сближения, казалось ему, существуют между луною и женщиной? Ее древность, предшествующая череде земных поколений и ее переживающая; ее ночное владычество; ее зависимость как спутницы; ее отраженный свет; ее постоянство во всех ее фазах, восход и заход в назначенные часы, прибывание и убывание; нарочитая неизменность ее выражения; неопределенность ее ответов на вопросы, не подсказывающие ответа; власть ее над приливами и отливами вод; ее способность влюблять, укрощать, наделять красотою, сводить с ума, толкать на преступления и пособничать в них; безмятежная непроницаемость ее облика; невыносимость ее самодовлеющей, деспотичной, неумолимой и блистательной близости; ее знамения, предвещающие и затишья и бури; призывность ее света, ее движения и присутствия; грозные предостережения ее кратеров, ее безводных морей, ее безмолвия; роскошный блеск ее, когда она зрима, и ее притягательность, когда она остается незримою.

    — Улисс · книга
16. «

    В этом всё дело. Женщина. Море удержать проще.

    В этом всё дело. Женщина. Море удержать проще.

    — Леопольд Блум · книга