167 известных цитат Джека Керуака

Подборка из 167 цитат Джека Керуака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Но к чему об этом думать, когда впереди вся золотая земля, и всяческие непредвиденные события таятся, только чтоб удивить тебя и обрадовать, что ты вообще жив и видишь их.

   Но к чему об этом думать, когда впереди вся золотая земля, и всяческие непредвиденные события таятся, только чтоб удивить тебя и обрадовать, что ты вообще жив и видишь их.

   — Сэл Парадайз · книга
2. «

   Ярость выплёскивалась у него из глаз, когда он рассказывал о том, что ненавидел; та сменялась великим сиянием радости, когда вдруг становился счастлив; каждая мышца его подёргивалась в нетерпении жить и двигаться.

   Ярость выплёскивалась у него из глаз, когда он рассказывал о том, что ненавидел; та сменялась великим сиянием радости, когда вдруг становился счастлив; каждая мышца его подёргивалась в нетерпении жить и двигаться.

   — Сэл Парадайз · книга
3. «

   Настоящее хокку должно быть простым, как овсянка, и давать яркую картинку реальных предметов, например, вот это, наверно, самое гениальное из всех: «По веранде скачет воробей с мокрыми лапками». Это Шики. Так и видишь мокрые следы воробьиных лапок, и при этом в нескольких словах заключено все, и дождь, который шел целый день, и даже запах сосен.

   Настоящее хокку должно быть простым, как овсянка, и давать яркую картинку реальных предметов, например, вот это, наверно, самое гениальное из всех: «По веранде скачет воробей с мокрыми лапками». Это Шики. Так и видишь мокрые следы воробьиных лапок, и при этом в нескольких словах заключено все, и дождь, который шел целый день, и даже запах сосен.

   — Бродяги Дхармы · книга
4. «

   Ну, давай, давай же, а то так и подохнешь! Придурок чертов, да заговори же с нею! Что это с тобой? Неужели ты сам себе еще на осточертел? И прежде, чем понять, что это я такое делаю, я наклонился к ней через проход (а она пыталась заснуть на сиденье) и спросил: – Мисс, не хотите ли подложить под голову мой плащ вместо подушки?

   Ну, давай, давай же, а то так и подохнешь! Придурок чертов, да заговори же с нею! Что это с тобой? Неужели ты сам себе еще на осточертел? И прежде, чем понять, что это я такое делаю, я наклонился к ней через проход (а она пыталась заснуть на сиденье) и спросил: – Мисс, не хотите ли подложить под голову мой плащ вместо подушки?

   — Сэл Парадайз · книга
5. «

   ...больше всего мне хотелось выбраться отсюда в ночь и исчезнуть где-нибудь, ходить по всей стране и узнавать, чем люди занимаются.

   ...больше всего мне хотелось выбраться отсюда в ночь и исчезнуть где-нибудь, ходить по всей стране и узнавать, чем люди занимаются.

   — Сэл Парадайз · книга
6. «

   Каждый совершает жизненный круг, в артистическом смысле, посредством искусства, и это его личный творческий вклад в дело всего общества.

   Каждый совершает жизненный круг, в артистическом смысле, посредством искусства, и это его личный творческий вклад в дело всего общества.

   — Уильям Берроуз · книга
7. «

   Ладно, МИР, — сказал я, — я буду тебя любить.

   Ладно, МИР, — сказал я, — я буду тебя любить.

   — Смит · книга
8. «

   Вокруг меня шумел сумасшедший большой город на золотом берегу. Вот и вся моя голливудская карьера — в свой последний вечер в Голливуде я брызгал себе на колени горчицей, сидя позади автостояночного сортира.

   Вокруг меня шумел сумасшедший большой город на золотом берегу. Вот и вся моя голливудская карьера — в свой последний вечер в Голливуде я брызгал себе на колени горчицей, сидя позади автостояночного сортира.

   — В дороге · книга
9. «

   Ты недостаточно умираешь для того, чтобы плакать.

   Ты недостаточно умираешь для того, чтобы плакать.

   — Сэл Парадайз · книга
10. «

    Наручники размякнут, дубинки легавых будут свергнуты, как бы то ни было, давайте и дальше будем свободны!

    Наручники размякнут, дубинки легавых будут свергнуты, как бы то ни было, давайте и дальше будем свободны!

    — Бродяги Дхармы · книга
11. «

    Ах, я думаю, но где-то впереди в ночи ведь ждет меня милая красотка, которая подойдет и возьмет меня за руку, быть может во вторник — и я спою ей и снова стану чистым и буду как молодой стреломечущий Готама борющийся за ее награду — Слишком поздно! Все мои друзья стареют жиреют и становятся уродами, и я вместе с ними, и ничего там нет кроме ожиданий которые не выгорают — и Пустота Свое Возьмет.

    Ах, я думаю, но где-то впереди в ночи ведь ждет меня милая красотка, которая подойдет и возьмет меня за руку, быть может во вторник — и я спою ей и снова стану чистым и буду как молодой стреломечущий Готама борющийся за ее награду — Слишком поздно! Все мои друзья стареют жиреют и становятся уродами, и я вместе с ними, и ничего там нет кроме ожиданий которые не выгорают — и Пустота Свое Возьмет.

    — Ангелы опустошения · книга
12. «

    Я шел по Бликер-стрит мимо стайки итальянских мальчишек, игравших в бейсбол палкой от швабры, и думал про затею Ала. Она напомнила мне его давнюю фантазию: оказаться с Филиппом наедине в темной-пещере, где стены, обиты черным бархатом и света достаточно, лишь чтобы видеть лица, Так и остаться навсегда под землей.

    Я шел по Бликер-стрит мимо стайки итальянских мальчишек, игравших в бейсбол палкой от швабры, и думал про затею Ала. Она напомнила мне его давнюю фантазию: оказаться с Филиппом наедине в темной-пещере, где стены, обиты черным бархатом и света достаточно, лишь чтобы видеть лица, Так и остаться навсегда под землей.

    — Уильям Берроуз · книга
13. «

    Мировое дно полно сокровищ, только мир перевернут вверх дном.

    Мировое дно полно сокровищ, только мир перевернут вверх дном.

    — Салли Парадайз · книга
14. «

    Одинокой романтической зимой... мы оба таяли под замерзшими звездами — а теперь под звездами легкого лета... мы дышим паром на нашу остывшую любовь.

    Одинокой романтической зимой... мы оба таяли под замерзшими звездами — а теперь под звездами легкого лета... мы дышим паром на нашу остывшую любовь.

    — Мэгги Кэссиди · книга
15. «

    Жизнь есть жизнь, и в ней всему есть место.

    Жизнь есть жизнь, и в ней всему есть место.

    — В дороге · книга
16. «

    А к чему он стремится? К чему мы все стремимся? Чего мы хотим? – Она не знала. Она зевнула. Ей хотелось спать. Это было слишком. Никто этого сказать не мог. Никто никогда и не скажет. Все кончилось. Ей было восемнадцать – такая милая и уже потерянная.

    А к чему он стремится? К чему мы все стремимся? Чего мы хотим? – Она не знала. Она зевнула. Ей хотелось спать. Это было слишком. Никто этого сказать не мог. Никто никогда и не скажет. Все кончилось. Ей было восемнадцать – такая милая и уже потерянная.

    — Сэл Парадайз · книга
17. «

    Теперь ему уже было же только совершенно на все плевать (как и прежде), но, к тому же, его теперь заботило абсолютно все в принципе: то есть, ему было все едино: он был частью мира и ничего с этим не мог поделать.

    Теперь ему уже было же только совершенно на все плевать (как и прежде), но, к тому же, его теперь заботило абсолютно все в принципе: то есть, ему было все едино: он был частью мира и ничего с этим не мог поделать.

    — Сэл Парадайз · книга
18. «

    – Я хочу жениться на одной девушке, ...– затем, чтобы с нею можно было отдыхать душой, пока мы оба не состаримся. Ведь это не может продолжаться все время – все эти безумства, все эти метания. Мы должны куда-то идти, что-то отыскать.

    – Я хочу жениться на одной девушке, ...– затем, чтобы с нею можно было отдыхать душой, пока мы оба не состаримся. Ведь это не может продолжаться все время – все эти безумства, все эти метания. Мы должны куда-то идти, что-то отыскать.

    — Сэл Парадайз · книга
19. «

    Дин остановился как громом поражённый при виде неё. Великий нож вонзился в него из ночной тьмы. — Дядя, я люблю её, о, я люблю её…

    Дин остановился как громом поражённый при виде неё. Великий нож вонзился в него из ночной тьмы. — Дядя, я люблю её, о, я люблю её…

    — В дороге · книга
20. «

    – Мой буддизм – всего лишь легкий несчастный интерес к некоторым картинкам, которые они рисовали, хотя могу сказать, иногда Какоэтес извлекает чокнутую ноту буддизма в своих горных стихах, однако меня не очень интересует та его часть, что касается верований. – (Фактически же ему все это было до фонаря.) – Я нейтрален <...> – Нейтральность – вот это и есть буддизм!

    – Мой буддизм – всего лишь легкий несчастный интерес к некоторым картинкам, которые они рисовали, хотя могу сказать, иногда Какоэтес извлекает чокнутую ноту буддизма в своих горных стихах, однако меня не очень интересует та его часть, что касается верований. – (Фактически же ему все это было до фонаря.) – Я нейтрален <...> – Нейтральность – вот это и есть буддизм!

    — Джафи · книга