49 цитат Джека Керуака о смысле жизни

Подборка из 49 цитат Джека Керуака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Почему небо голубое? — Потому что — оно голубое. — Нет, я хочу знать, почему небо голубое. — Небо голубое, потому что ты хочешь знать, почему оно голубое. — Сам дурак.

   — Почему небо голубое? — Потому что — оно голубое. — Нет, я хочу знать, почему небо голубое. — Небо голубое, потому что ты хочешь знать, почему оно голубое. — Сам дурак.

   — Бродяги Дхармы · книга
2. «

   Мелкие цветочки росли повсюду среди камней, никто их об этом не просил, так же как и меня.

   Мелкие цветочки росли повсюду среди камней, никто их об этом не просил, так же как и меня.

   — Бродяги Дхармы · книга
3. «

   Они скрепили свои отношения неразрывными, дьявольскими узами круглосуточных разговоров.

   Они скрепили свои отношения неразрывными, дьявольскими узами круглосуточных разговоров.

   — В дороге · книга
4. «

   Диктор читал новости о пожаре в цирке и, как обычно, смаковал сочные детали.

   Диктор читал новости о пожаре в цирке и, как обычно, смаковал сочные детали.

   — Уильям Берроуз · книга
5. «

   — Но это настоящее, это истина! — вопит Саймон. — Мир — это место бесконечного очарованья! Давай всем любовь и тебе сразу вернут ее обратно! Я это видел!

   — Но это настоящее, это истина! — вопит Саймон. — Мир — это место бесконечного очарованья! Давай всем любовь и тебе сразу вернут ее обратно! Я это видел!

   — Ангелы одиночества · книга
6. «

   ...всё на свете настолько необходимо, что вообще нинасколько не нужно.

   ...всё на свете настолько необходимо, что вообще нинасколько не нужно.

   — Биг Сюр · книга
7. «

   – Единственная моя надежда, Дин, – это что однажды мы с тобой сможем жить на одной улице вместе с нашими семьями и вместе превратимся в пару старперов.

   – Единственная моя надежда, Дин, – это что однажды мы с тобой сможем жить на одной улице вместе с нашими семьями и вместе превратимся в пару старперов.

   — Сэл Парадайз · книга
8. «

   Своими наивными, привыкшими к дороге глазами я увидел полнейшее безумие и фантастическую круговерть Нью-Йорка с его миллионами и миллионами, вечно суетящимися из-за доллара среди себе подобных. Безумная мечта: хватать, брать, давать, вздыхать, умирать — только ради того, чтобы быть погребенным на ужасных городах-кладбищах за пределами Лонг-Айленд-сити.

   Своими наивными, привыкшими к дороге глазами я увидел полнейшее безумие и фантастическую круговерть Нью-Йорка с его миллионами и миллионами, вечно суетящимися из-за доллара среди себе подобных. Безумная мечта: хватать, брать, давать, вздыхать, умирать — только ради того, чтобы быть погребенным на ужасных городах-кладбищах за пределами Лонг-Айленд-сити.

   — В дороге · книга
9. «

   Техника прозаического письма Джека Керуака. Список правил: 1. Черновые тайные блокноты и дурацкие отпечатанные листки — они для собственного удовольствия. 2. Все вместе должно быть открытым, надо слушать. 3. Старайся не напиваться вне дома. 4. Будь влюблен в свою жизнь. 5. То, что чувствуешь, найдет свою форму. 6. Сумасшедшие и тупые, они все святые у тебя в мыслях. 7. Закидывайся так сильно, как хочешь. 8. Пиши все, что хочешь, бездонно. Бери из самого дна разума. 9. Невыразимое словами видение человека.

   Техника прозаического письма Джека Керуака. Список правил: 1. Черновые тайные блокноты и дурацкие отпечатанные листки — они для собственного удовольствия. 2. Все вместе должно быть открытым, надо слушать. 3. Старайся не напиваться вне дома. 4. Будь влюблен в свою жизнь. 5. То, что чувствуешь, найдет свою форму. 6. Сумасшедшие и тупые, они все святые у тебя в мыслях. 7. Закидывайся так сильно, как хочешь. 8. Пиши все, что хочешь, бездонно. Бери из самого дна разума. 9. Невыразимое словами видение человека.
10. «

    Иногда нам кажется, что в этом мире жить невозможно. Но больше негде.

    Иногда нам кажется, что в этом мире жить невозможно. Но больше негде.
11. «

    Типичная современная пуританка, она была способна поверить в грех, не веря в Бога. Вера казалась ей чем-то постыдным, проявлением слабости.

    Типичная современная пуританка, она была способна поверить в грех, не веря в Бога. Вера казалась ей чем-то постыдным, проявлением слабости.

    — Уильям Берроуз · книга
12. «

    Он стремится к своему идеалу в судьбе, что является принудительным психозом, разбавленным растравленными язвами психопатической безответственности и жестокости.

    Он стремится к своему идеалу в судьбе, что является принудительным психозом, разбавленным растравленными язвами психопатической безответственности и жестокости.

    — Сэл Парадайз · книга
13. «

    Остерегайтесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей шкуре, а под ними — хищные волки.

    Остерегайтесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей шкуре, а под ними — хищные волки.
14. «

    И я представляю себе, что Бог в данный момент занимается тем же, крутит себе свое кино, которое и есть мы.

    И я представляю себе, что Бог в данный момент занимается тем же, крутит себе свое кино, которое и есть мы.

    — Биг Сюр · книга
15. «

    Они приплясывали на улицах как заведённые, а я плёлся сзади, как всю жизнь плетусь за теми, кто мне интересен, потому что интересны мне одни безумцы, те, кто без ума от жизни, от разговоров, от желания быть спасённым, кто жаждет всего сразу, кто никогда не скучает и не говорит банальностей, кто лишь горит, горит, горит, как фантастические желтые римские свечи, которые пауками распускаются в звёздном небе, а в центре возникает голубая вспышка, и тогда все кричат: «Ого-о-о!»

    Они приплясывали на улицах как заведённые, а я плёлся сзади, как всю жизнь плетусь за теми, кто мне интересен, потому что интересны мне одни безумцы, те, кто без ума от жизни, от разговоров, от желания быть спасённым, кто жаждет всего сразу, кто никогда не скучает и не говорит банальностей, кто лишь горит, горит, горит, как фантастические желтые римские свечи, которые пауками распускаются в звёздном небе, а в центре возникает голубая вспышка, и тогда все кричат: «Ого-о-о!»

    — В дороге · книга
16. «

    Все на свете взаимосвязано, вот так и дождь связывает друг с другом всех на всей земле, по очереди касаясь каждого...

    Все на свете взаимосвязано, вот так и дождь связывает друг с другом всех на всей земле, по очереди касаясь каждого...

    — В дороге · книга
17. «

    Гуляя в этих краях, начинаешь постигать крохотные бриллианты восточных хокку; поэты, создавшие их, никогда не напивались в горах и ничего такого, просто бродили, свежие, как дети, записывая все, что видят, без всяких литературных оборотов и выкрутасов, не пытаясь ничего придумать или выразить. Взбираясь по поросшему кустарником склону, сочиняли хокку и мы. — Валуны на краю обрыва, — произнес я, — почему не срываются вниз?

    Гуляя в этих краях, начинаешь постигать крохотные бриллианты восточных хокку; поэты, создавшие их, никогда не напивались в горах и ничего такого, просто бродили, свежие, как дети, записывая все, что видят, без всяких литературных оборотов и выкрутасов, не пытаясь ничего придумать или выразить. Взбираясь по поросшему кустарником склону, сочиняли хокку и мы. — Валуны на краю обрыва, — произнес я, — почему не срываются вниз?

    — Бродяги Дхармы · книга
18. «

    Я был счастлив. В одних плавках, босиком, с распущенными волосами, в красной тьме костра я пел, потягивал вино, плевался, прыгал, бегал — вот как надо жить.

    Я был счастлив. В одних плавках, босиком, с распущенными волосами, в красной тьме костра я пел, потягивал вино, плевался, прыгал, бегал — вот как надо жить.

    — Джафи · книга
19. «

    У них беспокойство, они считают мили, они думают о том, где сегодня будут ночевать, сколько отдавать за бензин, о погоде, о том, как они доберутся – а они ведь все равно доберутся, ты же знаешь. Но им просто необходимо все время волноваться и предавать время своими позывами – ложными и в любом случае чисто нервными и хнычущими, их души, на самом деле, никогда не будут в мире, пока не пристегнутся к какой-нибудь установленной и доказанной тревоге, и, раз найдя ее, они примут соответствующее ей выражение лица – что есть, как видишь, несчастье, и все время оно все пролетает мимо них, и они не знают, и это тоже их беспокоит, и так без конца.

    У них беспокойство, они считают мили, они думают о том, где сегодня будут ночевать, сколько отдавать за бензин, о погоде, о том, как они доберутся – а они ведь все равно доберутся, ты же знаешь. Но им просто необходимо все время волноваться и предавать время своими позывами – ложными и в любом случае чисто нервными и хнычущими, их души, на самом деле, никогда не будут в мире, пока не пристегнутся к какой-нибудь установленной и доказанной тревоге, и, раз найдя ее, они примут соответствующее ей выражение лица – что есть, как видишь, несчастье, и все время оно все пролетает мимо них, и они не знают, и это тоже их беспокоит, и так без конца.

    — Дин Мориарти · книга
20. «

    Когда человек умирает, в его мозгу происходит изменение, о котором мы пока ничего не знаем, но до сути его можно будет добраться, если ученые проявят расторопность. А ведь сейчас эти ублюдки думают только о том, как бы им взорвать весь мир.

    Когда человек умирает, в его мозгу происходит изменение, о котором мы пока ничего не знаем, но до сути его можно будет добраться, если ученые проявят расторопность. А ведь сейчас эти ублюдки думают только о том, как бы им взорвать весь мир.

    — Старый Буйвол Ли · книга