497 цитат Джека Лондона

Джек Лондон — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 497 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Сладостные цепи, налагаемые любовью, не прельщали его. Ему случалось видеть влюбленных мужчин, — он считал их помешанными, а душевные болезни нисколько не интересовали его.

   Сладостные цепи, налагаемые любовью, не прельщали его. Ему случалось видеть влюбленных мужчин, — он считал их помешанными, а душевные болезни нисколько не интересовали его.

   — Время-не-ждет · книга
2. «

   Сам Элам Харниш не питал пристрастия к спиртному, на виски его не тянуло. Слишком много сил и энергии опустила ему природа, слишком здоров он был душой и телом, чтобы стать рабом пагубной привычки к пьянству.

   Сам Элам Харниш не питал пристрастия к спиртному, на виски его не тянуло. Слишком много сил и энергии опустила ему природа, слишком здоров он был душой и телом, чтобы стать рабом пагубной привычки к пьянству.

   — Время-не-ждет · книга
3. «

   Ни одной строчки нельзя выкинуть из произведений великих поэтов – от этого мир стал бы беднее.

   Ни одной строчки нельзя выкинуть из произведений великих поэтов – от этого мир стал бы беднее.

   — Рут Морз · книга
4. «

   Дайте мне взглянуть правде в лицо. Расскажите мне, какое лицо у правды.

   Дайте мне взглянуть правде в лицо. Расскажите мне, какое лицо у правды.
5. «

   Рассудок не имеет ничего общего с любовью. Совершенно неважно, правильно рассуждает та, кого любишь, или неправильно. Любовь выше рассудка.

   Рассудок не имеет ничего общего с любовью. Совершенно неважно, правильно рассуждает та, кого любишь, или неправильно. Любовь выше рассудка.

   — Мартин Иден · книга
6. «

   Правила игры в том, чтобы наживаться за счет других и не давать другим наживаться за ваш счет.

   Правила игры в том, чтобы наживаться за счет других и не давать другим наживаться за ваш счет.

   — Эрнест · книга
7. «

   Только жизнь заставляет страдать. Умереть не больно. Умереть — уснуть. Смерть — это значит конец, покой. Почему же тогда ему не хочется умирать?

   Только жизнь заставляет страдать. Умереть не больно. Умереть — уснуть. Смерть — это значит конец, покой. Почему же тогда ему не хочется умирать?

   — Любовь к жизни · книга
8. «

   Его взгляды казались обществу опасными, и общество не допускало, что их может исповедовать нормальный человек.

   Его взгляды казались обществу опасными, и общество не допускало, что их может исповедовать нормальный человек.

   — Эвис Эвергард · книга
9. «

   Женщина всегда остается женщиной… В решающие минуты женщина не рассуждает, а чувствует и подчиняется тогда велениям не ума, а сердца.

   Женщина всегда остается женщиной… В решающие минуты женщина не рассуждает, а чувствует и подчиняется тогда велениям не ума, а сердца.

   — Рагнар Лодброк · книга
10. «

    Однако ощущения собственной правоты, как он обнаружил в данном случае, еще далеко не достаточно, чтобы чувствовать себя счастливым.

    Однако ощущения собственной правоты, как он обнаружил в данном случае, еще далеко не достаточно, чтобы чувствовать себя счастливым.

    — Сердца трёх · книга
11. «

    В Соединенных Штатах власть является прерогативой богатства.

    В Соединенных Штатах власть является прерогативой богатства.

    — Эрнест · книга
12. «

    И подумать только, до чего я был глуп — воображал, если кто занимает высокие посты и живет в красивых домах и у него есть образование и счет в банке, значит, это люди достойные!

    И подумать только, до чего я был глуп — воображал, если кто занимает высокие посты и живет в красивых домах и у него есть образование и счет в банке, значит, это люди достойные!

    — Мартин Иден · книга
13. «

    В его-то прежнем окружении никого особенно не смущало, если юноши и девушки добивались близости, покоряли друг друга поцелуями и ласками, но чтобы так же себя вели особы в хорошем обществе, этого он вообразить не мог.

    В его-то прежнем окружении никого особенно не смущало, если юноши и девушки добивались близости, покоряли друг друга поцелуями и ласками, но чтобы так же себя вели особы в хорошем обществе, этого он вообразить не мог.

    — Мартин Иден · книга
14. «

    Мелкие дельцы, лавочники и прочий торговый люд урывают, что могут из продуктов труда; но в сущности — через их посредство — рабочих грабят крупные дельцы. Но над крупными дельцами стоят финансовые магнаты. У тех своя тщательно разработанная система, которую они в больших масштабах применяют для достижения той же цели — втиснуться между сотнями тысяч рабочих и продуктом их труда. Эти магнаты уже не столько разбойники, сколько игроки. Им мало своей добычи, ради азарта они грабят друг друга.

    Мелкие дельцы, лавочники и прочий торговый люд урывают, что могут из продуктов труда; но в сущности — через их посредство — рабочих грабят крупные дельцы. Но над крупными дельцами стоят финансовые магнаты. У тех своя тщательно разработанная система, которую они в больших масштабах применяют для достижения той же цели — втиснуться между сотнями тысяч рабочих и продуктом их труда. Эти магнаты уже не столько разбойники, сколько игроки. Им мало своей добычи, ради азарта они грабят друг друга.

    — Элам Харниш · книга
15. «

    Боже милостивый, пятьдесят тысячелетий назад, когда мы жили тотемическими родами, наши женщины были несравненно чище, наши племенные и групповые отношения несравненно нравственнее и строже! Должен сказать, что мораль, которую мы исповедовали в те далекие времена, была более высокой, чем современная мораль. Не отмахивайтесь с пренебрежением от этой мысли. Вспомните про детский труд, который у нас применяется, про нашу политическую коррупцию, про взяточничество полиции, про фальсификацию пищевых продуктов и про торгующих своим телом дочерей бедняков. Когда я был Сыном Горы, когда я был Сыном Быка, проституция была нам неведома. Мы были чисты, говорю вам. Такие глубины порока нам даже и не снились. Так же чисты и теперь остальные животные, стоящие на более низкой ступени развития, чем человек. Да, только человек с его воображением и властью над материальным миром мог придумать все семь смертных грехов. Другие животные, низкие животные, не знают греха.

    Боже милостивый, пятьдесят тысячелетий назад, когда мы жили тотемическими родами, наши женщины были несравненно чище, наши племенные и групповые отношения несравненно нравственнее и строже! Должен сказать, что мораль, которую мы исповедовали в те далекие времена, была более высокой, чем современная мораль. Не отмахивайтесь с пренебрежением от этой мысли. Вспомните про детский труд, который у нас применяется, про нашу политическую коррупцию, про взяточничество полиции, про фальсификацию пищевых продуктов и про торгующих своим телом дочерей бедняков. Когда я был Сыном Горы, когда я был Сыном Быка, проституция была нам неведома. Мы были чисты, говорю вам. Такие глубины порока нам даже и не снились. Так же чисты и теперь остальные животные, стоящие на более низкой ступени развития, чем человек. Да, только человек с его воображением и властью над материальным миром мог придумать все семь смертных грехов. Другие животные, низкие животные, не знают греха.

    — Даррел Стэндинг · книга
16. «

    Всё — не более, чем игра, ставка в которой — жизнь.

    Всё — не более, чем игра, ставка в которой — жизнь.

    — Элам Харниш · книга
17. «

    Приобщение к цивилизации не пошло Харнишу на пользу. Правда, он стал приличнее одеваться, немного пообтесался, речь его стала правильнее. Он привык к жизненным удобствам. Но зато в нем появилась несвойственная ему ранее черствость, от былой отзывчивости не осталось и следа. О духовных благах цивилизации он не знал ничего и даже не подозревал об их существовании.

    Приобщение к цивилизации не пошло Харнишу на пользу. Правда, он стал приличнее одеваться, немного пообтесался, речь его стала правильнее. Он привык к жизненным удобствам. Но зато в нем появилась несвойственная ему ранее черствость, от былой отзывчивости не осталось и следа. О духовных благах цивилизации он не знал ничего и даже не подозревал об их существовании.

    — Время-не-ждет · книга
18. «

    Всякое искусство условно. Но и в условности должна быть реальность.

    Всякое искусство условно. Но и в условности должна быть реальность.

    — Мартин Иден · книга
19. «

    Раньше он, по глупости, воображал, что каждый хорошо одетый человек, не принадлежащий к рабочему сословию, обладает силой ума и утонченным чувством прекрасного. Крахмальный воротничок казался ему признаком культуры, и он еще не знал, что университетское образование и истинное знание далеко не одно и то же.

    Раньше он, по глупости, воображал, что каждый хорошо одетый человек, не принадлежащий к рабочему сословию, обладает силой ума и утонченным чувством прекрасного. Крахмальный воротничок казался ему признаком культуры, и он еще не знал, что университетское образование и истинное знание далеко не одно и то же.

    — Мартин Иден · книга
20. «

    Любовь не знает логики, она выше разума. Любовь пребывает на вершинах, над долинами разума. Это существованье возвышенное, венец бытия, и редкому человеку она дается.

    Любовь не знает логики, она выше разума. Любовь пребывает на вершинах, над долинами разума. Это существованье возвышенное, венец бытия, и редкому человеку она дается.

    — Мартин Иден · книга