223 цитаты Джерома Клапки Джерома для тех, кто любит думать

Ниже 223 цитаты Джерома Клапки Джерома — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   …рано думать о покое, когда еще светит солнце.

   …рано думать о покое, когда еще светит солнце.

   — Трое в лодке, не считая собаки · книга
2. «

   Река — когда солнце пляшет в волнах, золотит седые буки, бродит по лесным тропинкам, гонит тени вниз со склонов, на листву алмазы сыплет, поцелуи шлет кувшинкам, бьется в пене на запрудах, серебрит мосты и сваи, в камышах играет в прятки, парус дальний озаряет, - это чудо красоты. Но река в ненастье - когда дождь холодный льется на померкнувшие воды, словно женщина слезами в темноте одна исходит, а леса молчат уныло, скрывшись за сырым туманом, словно тени, с укоризной на дела людей взирая, — это призрачные воды мира тщетных сожалений.

   Река — когда солнце пляшет в волнах, золотит седые буки, бродит по лесным тропинкам, гонит тени вниз со склонов, на листву алмазы сыплет, поцелуи шлет кувшинкам, бьется в пене на запрудах, серебрит мосты и сваи, в камышах играет в прятки, парус дальний озаряет, - это чудо красоты. Но река в ненастье - когда дождь холодный льется на померкнувшие воды, словно женщина слезами в темноте одна исходит, а леса молчат уныло, скрывшись за сырым туманом, словно тени, с укоризной на дела людей взирая, — это призрачные воды мира тщетных сожалений.

   — Трое в лодке, не считая собаки · книга
3. «

   ... Что касается любви, то без лести она просто немыслима. Беспрерывно накачивайте человека самообожанием, и то, что перельётся через край, достанется на вашу долю.

   ... Что касается любви, то без лести она просто немыслима. Беспрерывно накачивайте человека самообожанием, и то, что перельётся через край, достанется на вашу долю.

   — Первая праздная книга праздного человека · книга
4. «

   Застенчивый человек неизбежно одинок, отрезан от дружбы и общения. Его душа полна любви и тоски, но мир об этом не знает. Железная маска застенчивости намертво приросла к его лицу, и под ней не видно человека.

   Застенчивый человек неизбежно одинок, отрезан от дружбы и общения. Его душа полна любви и тоски, но мир об этом не знает. Железная маска застенчивости намертво приросла к его лицу, и под ней не видно человека.

   — Досужие размышления досужего человека · книга
5. «

   Нужно думать не о том, что нам может пригодиться, а только о том, без чего мы не сможем обойтись.

   Нужно думать не о том, что нам может пригодиться, а только о том, без чего мы не сможем обойтись.

   — Трое в лодке, не считая собаки · книга
6. «

   Нет ничего легче для описания, чем картины природы, и нет ничего труднее и скучнее для чтения.

   Нет ничего легче для описания, чем картины природы, и нет ничего труднее и скучнее для чтения.

   — Трое на четырёх колёсах (Трое на велосипедах) · книга
7. «

   То, что человек думает, — действительно думает, — остается в нем и прорастает в тишине. То, что человек пишет в книгах, — это мысли, которые ему хотелось бы навязать людям.

   То, что человек думает, — действительно думает, — остается в нем и прорастает в тишине. То, что человек пишет в книгах, — это мысли, которые ему хотелось бы навязать людям.

   — Как мы писали роман · книга
8. «

   Очень легко водить за нос наших хвалёных стойких Джонов Булей, которые постоянно твердят: «Я ненавижу лесть, сэр» или «Меня лестью никто не проведет» — и так далее и тому подобное. Льстите им без удержу, уверяя, что они совершенно лишены тщеславия, и вы сможете сделать с ними все, что захотите.

   Очень легко водить за нос наших хвалёных стойких Джонов Булей, которые постоянно твердят: «Я ненавижу лесть, сэр» или «Меня лестью никто не проведет» — и так далее и тому подобное. Льстите им без удержу, уверяя, что они совершенно лишены тщеславия, и вы сможете сделать с ними все, что захотите.

   — Первая праздная книга праздного человека · книга
9. «

   Чистейшее пламя любви не может долго гореть в той зловонной атмосфере, кототорй мы дышим, но прежде чем оно задохнется, мы можем разжечь этим факелом уютный очаг привязанности.

   Чистейшее пламя любви не может долго гореть в той зловонной атмосфере, кототорй мы дышим, но прежде чем оно задохнется, мы можем разжечь этим факелом уютный очаг привязанности.

   — Досужие размышления досужего человека · книга
10. «

    Это напомнило мне, кстати, о другом виде погоды, который я не выношу, — об апрельской погоде (так называемой апрельской, потому что она всегда наступает в мае). Поэты считают ее прелестной. Она сама не знает, какой она будет через пять минут, и потому они сравнивают ее с женщиной; в этом якобы и заключается ее очарование. Я лично ее не одобряю. Подобная молниеносная переменчивость, возможно, и хороша в девушке — видимо, необыкновенно приятно иметь дело с особой, которая сейчас улыбается неизвестно чему, а через минуту проливает слезы по той же самой причине, а потом хихикает, а потом дуется, которая одновременно груба и нежна, угрюма и весела, шумлива и молчалива, вспыльчива и невозмутима, страстна и апатична. (Имейте в виду, — это не мои слова. Это все поэты. И еще говорят, что они знатоки в подобных делах!) Но у погоды недостатки такой системы более заметны. От слез женщины вы не промокнете, а от дождя наверняка; ее холодность не доведет вас до астмы и ревматизма, а холодный восточный ветер на это способен. Я могу подготовиться к нормальной плохой погоде и как-то мириться с ней, но этакая мешанина не по мне. Меня раздражает ярко-голубое небо над моей головой, если я иду насквозь промокший; никакие нервы не выдерживают, когда после проливного дождя солнце выходит, улыбаясь, из-за туч и как бы говорит: «Господи боже ты мой, неужели вы и вправду промокли? Удивительно, честное слово. Да ведь я только пошутило!»

    Это напомнило мне, кстати, о другом виде погоды, который я не выношу, — об апрельской погоде (так называемой апрельской, потому что она всегда наступает в мае). Поэты считают ее прелестной. Она сама не знает, какой она будет через пять минут, и потому они сравнивают ее с женщиной; в этом якобы и заключается ее очарование. Я лично ее не одобряю. Подобная молниеносная переменчивость, возможно, и хороша в девушке — видимо, необыкновенно приятно иметь дело с особой, которая сейчас улыбается неизвестно чему, а через минуту проливает слезы по той же самой причине, а потом хихикает, а потом дуется, которая одновременно груба и нежна, угрюма и весела, шумлива и молчалива, вспыльчива и невозмутима, страстна и апатична. (Имейте в виду, — это не мои слова. Это все поэты. И еще говорят, что они знатоки в подобных делах!) Но у погоды недостатки такой системы более заметны. От слез женщины вы не промокнете, а от дождя наверняка; ее холодность не доведет вас до астмы и ревматизма, а холодный восточный ветер на это способен. Я могу подготовиться к нормальной плохой погоде и как-то мириться с ней, но этакая мешанина не по мне. Меня раздражает ярко-голубое небо над моей головой, если я иду насквозь промокший; никакие нервы не выдерживают, когда после проливного дождя солнце выходит, улыбаясь, из-за туч и как бы говорит: «Господи боже ты мой, неужели вы и вправду промокли? Удивительно, честное слово. Да ведь я только пошутило!»

    — Первая праздная книга праздного человека · книга
11. «

    Сегодня утром я наблюдал за вашей полосатой кошкой. Она ползла вдоль крыши каюты, позади ящиков с цветами, подкрадываясь к молодому дрозду, сидевшему на бунте каната. Жажда крови сверкала в ее глазах, убийство таилось в каждой судорожно напряженной мышце ее тела. Судьба – в виде исключения покровительствуя слабому – внезапно направила ее внимание на меня, и тут она впервые обнаружила мое присутствие. На нее это подействовало, как небесное видение на библейского преступника. В мгновение ока она превратилась в совершенно другое существо. Хищный зверь, ищущий, кого бы сожрать, вдруг исчез. На его месте сидел длиннохвостый, покрытый шерстью ангел, глядевший в небо с выражением, в котором была одна треть невинности и две трети восхищения красотами природы.

    Сегодня утром я наблюдал за вашей полосатой кошкой. Она ползла вдоль крыши каюты, позади ящиков с цветами, подкрадываясь к молодому дрозду, сидевшему на бунте каната. Жажда крови сверкала в ее глазах, убийство таилось в каждой судорожно напряженной мышце ее тела. Судьба – в виде исключения покровительствуя слабому – внезапно направила ее внимание на меня, и тут она впервые обнаружила мое присутствие. На нее это подействовало, как небесное видение на библейского преступника. В мгновение ока она превратилась в совершенно другое существо. Хищный зверь, ищущий, кого бы сожрать, вдруг исчез. На его месте сидел длиннохвостый, покрытый шерстью ангел, глядевший в небо с выражением, в котором была одна треть невинности и две трети восхищения красотами природы.

    — Как мы писали роман · книга
12. «

    ... следует опробовать каждую глупость, чтобы посмотреть, что из этого выйдет.

    ... следует опробовать каждую глупость, чтобы посмотреть, что из этого выйдет.

    — Трое на четырёх колёсах (Трое на велосипедах) · книга
13. «

    Я думал о том, какой интересный клинический случай я представляю собою, каким кладом я был бы для медицинского факультета. Студентам незачем было бы практиковаться в клиниках и участвовать во врачебных обходах, если бы у них были. Я сам – целая клиника. Им нужно только совершить обход вокруг меня и сразу же отправляться за дипломами.

    Я думал о том, какой интересный клинический случай я представляю собою, каким кладом я был бы для медицинского факультета. Студентам незачем было бы практиковаться в клиниках и участвовать во врачебных обходах, если бы у них были. Я сам – целая клиника. Им нужно только совершить обход вокруг меня и сразу же отправляться за дипломами.

    — Трое в лодке, не считая собаки · книга
14. «

    Солнечный свет – это горячая кровь природы. Какими тусклыми, какими безжизненными глазами смотрит на нас мать-земля, когда солнечный свет покидает ее и гаснет! Нам тогда тоскливо с нею: она как будто не узнает и не любит нас. Она подобна женщине, потерявшей любимого мужа: дети трогают ее за руки, заглядывают ей в глаза и не могут добиться от нее даже улыбки!

    Солнечный свет – это горячая кровь природы. Какими тусклыми, какими безжизненными глазами смотрит на нас мать-земля, когда солнечный свет покидает ее и гаснет! Нам тогда тоскливо с нею: она как будто не узнает и не любит нас. Она подобна женщине, потерявшей любимого мужа: дети трогают ее за руки, заглядывают ей в глаза и не могут добиться от нее даже улыбки!

    — Трое в лодке, не считая собаки · книга
15. «

    Через некоторое время ему повстречались две девицы под руку с молодым человеком, с которым они кокетничали напропалую. Гаррис спросил, не видали ли они его жену. Одна из девушек осведомилась, как та выглядит. Гаррис знал по-голландски недостаточно, чтобы описать дамский туалет, и описал жену самым общим образом, как красавицу среднего роста. Это их не удовлетворило — приметы были недостаточны; эдак всякий мужчина может предъявить права на красивую женщину и потребовать себе чужую жену! Они желали знать, как она была одета, но этого Гаррис не мог припомнить ни за какие коврижки. Я вообще сомневаюсь, может ли мужчина вспомнить, как была одета женщина, если прошло больше десяти минут со времени их разлуки. Гаррис, впрочем, сообразил, что на его жене была голубая юбка и потом что-то такое от талии до шеи, на чем эта юбка держалась...

    Через некоторое время ему повстречались две девицы под руку с молодым человеком, с которым они кокетничали напропалую. Гаррис спросил, не видали ли они его жену. Одна из девушек осведомилась, как та выглядит. Гаррис знал по-голландски недостаточно, чтобы описать дамский туалет, и описал жену самым общим образом, как красавицу среднего роста. Это их не удовлетворило — приметы были недостаточны; эдак всякий мужчина может предъявить права на красивую женщину и потребовать себе чужую жену! Они желали знать, как она была одета, но этого Гаррис не мог припомнить ни за какие коврижки. Я вообще сомневаюсь, может ли мужчина вспомнить, как была одета женщина, если прошло больше десяти минут со времени их разлуки. Гаррис, впрочем, сообразил, что на его жене была голубая юбка и потом что-то такое от талии до шеи, на чем эта юбка держалась...

    — от лица автора · книга
16. «

    Потом мы вымыли посуду и всё убрали по местам (эта ежедневная работа как будто помогает мне разрешить вопрос, который часто ставил меня в тупик: каким образом женщина, имеющая на руках всего одну квартиру, ухитряется убить время?).

    Потом мы вымыли посуду и всё убрали по местам (эта ежедневная работа как будто помогает мне разрешить вопрос, который часто ставил меня в тупик: каким образом женщина, имеющая на руках всего одну квартиру, ухитряется убить время?).

    — Трое в лодке, не считая собаки · книга
17. «

    Для утреннего завтрака нам понадобится сковорода (Гаррис сказал, что она плохо переваривается, но мы предложили ему не быть ослом, и Джордж продолжал).

    Для утреннего завтрака нам понадобится сковорода (Гаррис сказал, что она плохо переваривается, но мы предложили ему не быть ослом, и Джордж продолжал).

    — Джордж · книга
18. «

    Застенчивому мужчине не позавидуешь: мужчины его недолюбливают, женщины презирают, и он сам себя недолюбливает и презирает одновременно. К застенчивости невозможно привыкнуть, и только время может исцелить этот недуг.

    Застенчивому мужчине не позавидуешь: мужчины его недолюбливают, женщины презирают, и он сам себя недолюбливает и презирает одновременно. К застенчивости невозможно привыкнуть, и только время может исцелить этот недуг.

    — Досужие размышления досужего человека · книга
19. «

    Обычно ветер на реке упорно дует вам навстречу, в какую бы сторону вы ни плыли. Он дует вам навстечу поутру, когда вы отчаливаете от берега, и вы целый день гребёте, подбадривая себя предвкушением того, как приятно будет возвращаться под парусом. Но к вечеру его направление меняется, и вам ничего не остаётся, как снова грести против ветра до самого дома.

    Обычно ветер на реке упорно дует вам навстречу, в какую бы сторону вы ни плыли. Он дует вам навстечу поутру, когда вы отчаливаете от берега, и вы целый день гребёте, подбадривая себя предвкушением того, как приятно будет возвращаться под парусом. Но к вечеру его направление меняется, и вам ничего не остаётся, как снова грести против ветра до самого дома.

    — Трое в лодке, не считая собаки · книга
20. «

    На свете хватает лентяев и лодырей, но настоящий бездельник встречается редко. Бездельник не тот, кто слоняется, держа руки в карманах. Напротив, его самая удивительная особенность в том, что он всегда безумно занят.

    На свете хватает лентяев и лодырей, но настоящий бездельник встречается редко. Бездельник не тот, кто слоняется, держа руки в карманах. Напротив, его самая удивительная особенность в том, что он всегда безумно занят.

    — Досужие размышления досужего человека · книга