48 цитат Джима Моррисона — избранное

Джим Моррисон — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 48 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Знаешь, приятель, или ты веришь в себя, или падаешь.

   Знаешь, приятель, или ты веришь в себя, или падаешь.
2. «

   Я полагаю, что люди сопротивляются свободе, потому что боятся неизведанного. Но ведь это смешно... Всё неизведанное когда-то было хорошо известно, и пребывало в наших душах... И только огромный воображаемый страх сталкивает вас лицом к лицу, проводит к конфронтации с самим собой. Загляните вглубь, посмотрите на корни этого ужаса. Тогда страх утратит свою силу и боязнь свободы отступит и исчезнет. Вы — свободны.

   Я полагаю, что люди сопротивляются свободе, потому что боятся неизведанного. Но ведь это смешно... Всё неизведанное когда-то было хорошо известно, и пребывало в наших душах... И только огромный воображаемый страх сталкивает вас лицом к лицу, проводит к конфронтации с самим собой. Загляните вглубь, посмотрите на корни этого ужаса. Тогда страх утратит свою силу и боязнь свободы отступит и исчезнет. Вы — свободны.
3. «

   Миг настоящий — вино хмельное. Все остальное — воспоминанья.

   Миг настоящий — вино хмельное. Все остальное — воспоминанья.

   — Пустыня · книга
4. «

   Толстый — это красиво.

   Толстый — это красиво.
5. «

   Поэзия близка мне, потому что она вечна. Пока на свете живут люди, они будут помнить слова и сочетания слов. Ничто не выживет в холокосте, только поэзия и песни.

   Поэзия близка мне, потому что она вечна. Пока на свете живут люди, они будут помнить слова и сочетания слов. Ничто не выживет в холокосте, только поэзия и песни.
6. «

   Любой человек, управляющий средствами массовой информации, контролирует разум.

   Любой человек, управляющий средствами массовой информации, контролирует разум.
7. «

   Религия — это что-то вроде философии, которой ты посвящаешь большую часть своего времени. Это могут быть наркотики, алкоголь, деньги, литература. Религия — это то, о чем ты думаешь и над чем работаешь больше всего.

   Религия — это что-то вроде философии, которой ты посвящаешь большую часть своего времени. Это могут быть наркотики, алкоголь, деньги, литература. Религия — это то, о чем ты думаешь и над чем работаешь больше всего.
8. «

   Оглядываясь на свою жизнь, я поражаюсь количеству открыток, не получившихся фотографий, выцветших плакатов − времён, которых не помню.

   Оглядываясь на свою жизнь, я поражаюсь количеству открыток, не получившихся фотографий, выцветших плакатов − времён, которых не помню.
9. «

   Откройтесь своему самому сильному страху; после того как страх теряет свою власть над вами, боязнь свободы уменьшается и исчезает. Ты свободен.

   Откройтесь своему самому сильному страху; после того как страх теряет свою власть над вами, боязнь свободы уменьшается и исчезает. Ты свободен.
10. «

    Давайте считать, что все, что я делаю — чисто из праздного любопытства.

    Давайте считать, что все, что я делаю — чисто из праздного любопытства.
11. «

    Люди боятся смерти намного больше, чем боли. Это странно, что они боятся смерти. Жизнь приносит намного больше боли, чем смерть. После смерти же уже не больно.

    Люди боятся смерти намного больше, чем боли. Это странно, что они боятся смерти. Жизнь приносит намного больше боли, чем смерть. После смерти же уже не больно.
12. «

    Ко всему, что я делаю, я отношусь с неизменной иронией.

    Ко всему, что я делаю, я отношусь с неизменной иронией.
13. «

    Наиболее важная сторона свободы – быть тем, кем являешься.

    Наиболее важная сторона свободы – быть тем, кем являешься.
14. «

    Он говорил со мной. Он испугал меня своим смехом. Он взял меня за руку и провел мимо Молчания к холодному шелесту Колоколов.

    Он говорил со мной. Он испугал меня своим смехом. Он взял меня за руку и провел мимо Молчания к холодному шелесту Колоколов.
15. «

    Пить нужно в удовольствие, а не в говно.

    Пить нужно в удовольствие, а не в говно.
16. «

    Болезнь культуры двадцатого века — неспособность чувствовать свою реальность.

    Болезнь культуры двадцатого века — неспособность чувствовать свою реальность.
17. «

    Я вижу себя огромной огненной кометой, летящей звездой. Все останавливаются, показывают пальцем и шепчут в изумлении «Посмотрите на это!» А потом — фьють, и меня уже нет. И больше они никогда не увидят ничего подобного и никогда не смогут меня забыть. Никогда.

    Я вижу себя огромной огненной кометой, летящей звездой. Все останавливаются, показывают пальцем и шепчут в изумлении «Посмотрите на это!» А потом — фьють, и меня уже нет. И больше они никогда не увидят ничего подобного и никогда не смогут меня забыть. Никогда.
18. «

    Учителя, религиозные лидеры — даже друзья или так называемые друзья — берут верх там, где родители отступают. Они все время требуют от нас, чтоб мы проявляли только те чувства, которые им угодны от нас, не спрашивая нашего мнения. Они требуют, чтобы мы чувствовали для них. Мы словно актеры, возвращенные свободными в этот мир, чтобы блуждать в поисках призрака… бесконечно, в поисках наполовину забытой тени нашей утраченной сущности. Когда другие просят нас стать людьми, то на самом деле они просят нас уничтожить собственную личность, то, что мы есть на самом деле. Это такая незаметная разновидность убийства… очень любящие родители и родственники совершают его с улыбкой на лице.

    Учителя, религиозные лидеры — даже друзья или так называемые друзья — берут верх там, где родители отступают. Они все время требуют от нас, чтоб мы проявляли только те чувства, которые им угодны от нас, не спрашивая нашего мнения. Они требуют, чтобы мы чувствовали для них. Мы словно актеры, возвращенные свободными в этот мир, чтобы блуждать в поисках призрака… бесконечно, в поисках наполовину забытой тени нашей утраченной сущности. Когда другие просят нас стать людьми, то на самом деле они просят нас уничтожить собственную личность, то, что мы есть на самом деле. Это такая незаметная разновидность убийства… очень любящие родители и родственники совершают его с улыбкой на лице.
19. «

    Никогда не знаешь, когда тебе придётся исполнить свою последнюю песню.

    Никогда не знаешь, когда тебе придётся исполнить свою последнюю песню.
20. «

    Если поколение имеет свободу, то оно вместе с тем как бы получает право на саморазрушение.

    Если поколение имеет свободу, то оно вместе с тем как бы получает право на саморазрушение.