33 цитаты Джойса Кэрола Оутса — читать онлайн

Джойс Кэрол Оутс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 33 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Один греческий философ утверждал, что то состояние, в котором пребывает еще не рожденный на свет младенец в утробе матери — самое сладостное. Ну а я уверен, что самое сладостное состояние — это сон. Ты мертв, и в то же время жив. Нет ощущения совершеннее.

   Один греческий философ утверждал, что то состояние, в котором пребывает еще не рожденный на свет младенец в утробе матери — самое сладостное. Ну а я уверен, что самое сладостное состояние — это сон. Ты мертв, и в то же время жив. Нет ощущения совершеннее.

   — Блондинка · книга
2. «

   Кожа — зеркало моей души. Душе просто негде больше поселиться. В ней одной обещание всех мыслимых и немыслимых человеческих радостей.

   Кожа — зеркало моей души. Душе просто негде больше поселиться. В ней одной обещание всех мыслимых и немыслимых человеческих радостей.

   — Блондинка · книга
3. «

   Раз вы смеетесь, значит, это комедия. Даже если при этом вам больно.

   Раз вы смеетесь, значит, это комедия. Даже если при этом вам больно.

   — Блондинка · книга
4. «

   В мироздании нет ничего случайного — таков один из моих Законов Физики, — ничего, кроме самого мироздания.

   В мироздании нет ничего случайного — таков один из моих Законов Физики, — ничего, кроме самого мироздания.
5. «

   Она не была влюблена, но полюбила бы, если бы это могло ее спасти.

   Она не была влюблена, но полюбила бы, если бы это могло ее спасти.

   — Черная вода · книга
6. «

   Куда уходишь ты, когда исчезаешь? И одна ли ты там, куда ушла?

   Куда уходишь ты, когда исчезаешь? И одна ли ты там, куда ушла?

   — Блондинка · книга
7. «

   Ощущение счастья столь острое, будто рот набит осколками стекла.

   Ощущение счастья столь острое, будто рот набит осколками стекла.

   — Блондинка · книга
8. «

   Они были похожи на типичную голливудскую парочку. Красавица и Чудовище. Что всегда смешно, если сами вы, конечно, не являетесь этим чудовищем.

   Они были похожи на типичную голливудскую парочку. Красавица и Чудовище. Что всегда смешно, если сами вы, конечно, не являетесь этим чудовищем.

   — Блондинка · книга
9. «

   Разве Война не Зло? Разве Зло не Война?

   Разве Война не Зло? Разве Зло не Война?

   — Блондинка · книга
10. «

    Этот мир, дорогие детки, наш — до тех пор, пока мы этого желаем. Пока нам достает храбрости, милые детки, желать этого.

    Этот мир, дорогие детки, наш — до тех пор, пока мы этого желаем. Пока нам достает храбрости, милые детки, желать этого.

    — Исповедь моего сердца · книга
11. «

    Страх рождается из надежды, и если ты сумеешь выбросить надежду из жизни, то вместе с ней избавишься и от страха.

    Страх рождается из надежды, и если ты сумеешь выбросить надежду из жизни, то вместе с ней избавишься и от страха.

    — Блондинка · книга
12. «

    Знаю, ни о чем не пожалею, Если полюбить тебя посмею.

    Знаю, ни о чем не пожалею, Если полюбить тебя посмею.

    — Блондинка · книга
13. «

    Одиночество — опасная вещь. Если оно не ведет тебя к Богу, оно ведет к дьяволу. Оно ведет тебя к самому себе.

    Одиночество — опасная вещь. Если оно не ведет тебя к Богу, оно ведет к дьяволу. Оно ведет тебя к самому себе.
14. «

    В пустом доме телефон всегда звонит громче.

    В пустом доме телефон всегда звонит громче.
15. «

    Но что есть время, как не ожидания людей, которые ты обязана оправдать? Но можно отказаться играть в эту игру.

    Но что есть время, как не ожидания людей, которые ты обязана оправдать? Но можно отказаться играть в эту игру.

    — Блондинка · книга
16. «

    Что есть скорбь мира, если не горе любви, выраженное в столь многих и разных словах?

    Что есть скорбь мира, если не горе любви, выраженное в столь многих и разных словах?

    — Ангел Света · книга
17. «

    Ведь музыка возникает на кончиках пальцев и проходит через нас насквозь. Мы не слышим её, мы её подслушиваем.

    Ведь музыка возникает на кончиках пальцев и проходит через нас насквозь. Мы не слышим её, мы её подслушиваем.

    — Исповедь моего сердца · книга
18. «

    И как настойчиво все твердили: держись, будь храброй, тужься! тужься! тужься! — и так на протяжении восемнадцати часов. Рожать. Дарить жизнь ребенку. Словно роды — это дар небес, невесть какая радость. В тот момент Лорейн так и подмывало сказать всем: роды — это совсем не дар, это когда у тебя отбирают. Младенец проталкивается, изо всех сил стремится выйти из тебя. Он — сосуд насилия, жаркой невыразимой ярости.

    И как настойчиво все твердили: держись, будь храброй, тужься! тужься! тужься! — и так на протяжении восемнадцати часов. Рожать. Дарить жизнь ребенку. Словно роды — это дар небес, невесть какая радость. В тот момент Лорейн так и подмывало сказать всем: роды — это совсем не дар, это когда у тебя отбирают. Младенец проталкивается, изо всех сил стремится выйти из тебя. Он — сосуд насилия, жаркой невыразимой ярости.

    — Лорейн Лейк · книга
19. «

    Ибо мы, если нам не говорят, кто мы, словно и не мы вовсе.

    Ибо мы, если нам не говорят, кто мы, словно и не мы вовсе.

    — Блондинка · книга
20. «

    Смерть — лишь последняя сцена последнего акта.

    Смерть — лишь последняя сцена последнего акта.

    — Блондинка · книга