35 цитат Джона Бойна о жизни и людях

Ниже 35 цитат Джона Бойна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Папам полагается строгость. И неважно, кто они, зеленщики, учителя, повара или коменданты.

   Папам полагается строгость. И неважно, кто они, зеленщики, учителя, повара или коменданты.

   — Бруно (друг Шмуэля) · книга
2. «

   А ты знаешь, зачем люди носят форму, а, Пьеро? <...> Затем, что человеку в форме кажется, будто ему все дозволено. <...> И что он волен поступать с людьми так, как никогда не посмел бы в обычной одежде. Лычки, шинели, высокие сапоги – все это дает право проявлять жестокость без всякого зазрения совести.

   А ты знаешь, зачем люди носят форму, а, Пьеро? <...> Затем, что человеку в форме кажется, будто ему все дозволено. <...> И что он волен поступать с людьми так, как никогда не посмел бы в обычной одежде. Лычки, шинели, высокие сапоги – все это дает право проявлять жестокость без всякого зазрения совести.

   — Эрнст · книга
3. «

   ... пусть каждый думает что хочет, а другой уважает его точку зрения.

   ... пусть каждый думает что хочет, а другой уважает его точку зрения.

   — Бруно (друг Шмуэля) · книга
4. «

   Ужас заключался в том, что его терзали угрызения совести, а каяться было не перед кем.

   Ужас заключался в том, что его терзали угрызения совести, а каяться было не перед кем.

   — Мальчик на вершине горы · книга
5. «

   Мы все в одной лодке, и эта лодка течет.

   Мы все в одной лодке, и эта лодка течет.

   — Мальчик в полосатой пижаме · книга
6. «

   Привязанности свои стоит держать в узде.

   Привязанности свои стоит держать в узде.

   — Элайза Кейн · книга
7. «

   Умному и неудача впрок.

   Умному и неудача впрок.

   — Бруно (друг Шмуэля) · книга
8. «

   До чего здорово обладать властью, до чего приятно иметь право брать что хочешь, когда хочешь и у кого хочешь и не быть тем, кто вечно всего лишается.

   До чего здорово обладать властью, до чего приятно иметь право брать что хочешь, когда хочешь и у кого хочешь и не быть тем, кто вечно всего лишается.

   — Пьеро · книга
9. «

   Согласитесь, забавно, что мы считаем смерть солдата поводом для гордости, а не позором нации.

   Согласитесь, забавно, что мы считаем смерть солдата поводом для гордости, а не позором нации.

   — Абсолютист · книга
10. «

    Я вспомнил анекдот про двух англичан, выброшенных на необитаемый остров, — они прожили там пять лет и не обменялись ни единым словом, так как не были друг другу представлены.

    Я вспомнил анекдот про двух англичан, выброшенных на необитаемый остров, — они прожили там пять лет и не обменялись ни единым словом, так как не были друг другу представлены.

    — Абсолютист · книга
11. «

    Помни: предательство никогда не остается безнаказанным.

    Помни: предательство никогда не остается безнаказанным.

    — Мальчик на вершине горы · книга
12. «

    — Помнишь, как мы были детьми? — Помню, – сказал я. — А нельзя нам опять стать детьми? Я покачал головой и улыбнулся. — Вряд ли, слишком много всего произошло.

    — Помнишь, как мы были детьми? — Помню, – сказал я. — А нельзя нам опять стать детьми? Я покачал головой и улыбнулся. — Вряд ли, слишком много всего произошло.

    — Пьеро · книга
13. «

    Недавно у нее был день рождения, ей исполнилось тринадцать, и с тех пор она полагала, что сарказм — высшее проявление изощренного ума.

    Недавно у нее был день рождения, ей исполнилось тринадцать, и с тех пор она полагала, что сарказм — высшее проявление изощренного ума.

    — Бруно (друг Шмуэля) · книга
14. «

    Меня поражают эти разговоры про рай, ад и жизнь после смерти. Никто ведь не пытается объяснить, откуда мы появляемся на свет, это была бы ересь. Но все почему-то твердо знают, что с ними будет после смерти. Нелепость какая-то.

    Меня поражают эти разговоры про рай, ад и жизнь после смерти. Никто ведь не пытается объяснить, откуда мы появляемся на свет, это была бы ересь. Но все почему-то твердо знают, что с ними будет после смерти. Нелепость какая-то.

    — Абсолютист · книга
15. «

    ... И мы забываем, что нас чуть не убили сегодня, в предчувствии, что нас убьют завтра.

    ... И мы забываем, что нас чуть не убили сегодня, в предчувствии, что нас убьют завтра.

    — Абсолютист · книга
16. «

    Делай хорошую мину при плохой игре.

    Делай хорошую мину при плохой игре.

    — Мальчик в полосатой пижаме · книга
17. «

    Одно дело, когда мама с папой учат тебя уму-разуму — им положено, такая уж у родителей работа, — и совсем другое, когда посторонний человек принимается тебя воспитывать.

    Одно дело, когда мама с папой учат тебя уму-разуму — им положено, такая уж у родителей работа, — и совсем другое, когда посторонний человек принимается тебя воспитывать.

    — Мальчик в полосатой пижаме · книга
18. «

    Он погубил людей, любивших его, и, пусть не своими руками, убил тех, от кого не видел ничего кроме добра; он пожертвовал даже собственным именем и теперь готов потратить, наверное, всю жизнь, пытаясь снова заслужить право его носить.

    Он погубил людей, любивших его, и, пусть не своими руками, убил тех, от кого не видел ничего кроме добра; он пожертвовал даже собственным именем и теперь готов потратить, наверное, всю жизнь, пытаясь снова заслужить право его носить.

    — Мальчик на вершине горы · книга
19. «

    Один слог нежности — и мир снова встал на место.

    Один слог нежности — и мир снова встал на место.

    — Абсолютист · книга
20. «

    Некоторые люди, когда им грустно, не любят расспросов; иногда они сами все выкладывают, а бывает, молчат месяцами.

    Некоторые люди, когда им грустно, не любят расспросов; иногда они сами все выкладывают, а бывает, молчат месяцами.

    — Мальчик в полосатой пижаме · книга