42 цитаты Джона Донна, которые захочется сохранить

Джон Донн — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 42 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Любя день целый одного меня, Что ты назавтра скажешь, изменя? Что мы уже не те и нет закона Придерживаться клятв чужих? <...> ... Иль заявишь, дабы оправдаться, Что для измен ты создана Природой — и всецело ей верна? Какого б ты ни нагнала туману, Как одержимый спорить я не стану; К чему мне нарываться на рога? Ведь завтра я и сам пущусь в бега.

   Любя день целый одного меня, Что ты назавтра скажешь, изменя? Что мы уже не те и нет закона Придерживаться клятв чужих? <...> ... Иль заявишь, дабы оправдаться, Что для измен ты создана Природой — и всецело ей верна? Какого б ты ни нагнала туману, Как одержимый спорить я не стану; К чему мне нарываться на рога? Ведь завтра я и сам пущусь в бега.
2. «

   Землетрясенье взор страшит, Ввергая в темноту умы. Когда ж небесный свод дрожит, Беспечны и спокойны мы.

   Землетрясенье взор страшит, Ввергая в темноту умы. Когда ж небесный свод дрожит, Беспечны и спокойны мы.
3. «

   Незнанье Лишь пуще разжигает в нас желанье, Мы вожделеем — и растет предмет, Мы остываем — сводится на нет. <...> Влюбленный, Еще вчера безумно исступленный, Добившись цели, скучен и не рад, Какой-то меланхолией объят.

   Незнанье Лишь пуще разжигает в нас желанье, Мы вожделеем — и растет предмет, Мы остываем — сводится на нет. <...> Влюбленный, Еще вчера безумно исступленный, Добившись цели, скучен и не рад, Какой-то меланхолией объят.
4. «

   ... Но ты учти, Одну лишь должно истину найти. Но где и как? Не сбиться бы со следа! Сын у отца спроси, отец — у деда; Родные сестры — истина и ложь, Но истина постарше будет все ж. Не уставай искать и сомневаться: Отвергнуть идолов иль поклоняться? <...> Хотенья мало, надобен и труд: Ведь знания на ветках не растут.

   ... Но ты учти, Одну лишь должно истину найти. Но где и как? Не сбиться бы со следа! Сын у отца спроси, отец — у деда; Родные сестры — истина и ложь, Но истина постарше будет все ж. Не уставай искать и сомневаться: Отвергнуть идолов иль поклоняться? <...> Хотенья мало, надобен и труд: Ведь знания на ветках не растут.
5. «

   Увы! судить о чувствах наших дам По их коварным клятвам и слезам Труднее, чем по тени об одежде. Из них одна доподлинно верна И тем верней меня убьет она!

   Увы! судить о чувствах наших дам По их коварным клятвам и слезам Труднее, чем по тени об одежде. Из них одна доподлинно верна И тем верней меня убьет она!
6. «

   Трудно звездочку поймать, Если скатится за гору; Трудно черта подковать, Обрюхатить мандрагору, Научить медузу петь, Залучить русалку в сеть, И, старея, Все труднее О прошедшем не жалеть.

   Трудно звездочку поймать, Если скатится за гору; Трудно черта подковать, Обрюхатить мандрагору, Научить медузу петь, Залучить русалку в сеть, И, старея, Все труднее О прошедшем не жалеть.
7. «

   В постели здесь — цари и короли! Я ей — монарх, она мне — государство.

   В постели здесь — цари и короли! Я ей — монарх, она мне — государство.
8. «

   И на слетевшее случайно с губ Обидное словцо — блеснет ли шпага В твоих руках?

   И на слетевшее случайно с губ Обидное словцо — блеснет ли шпага В твоих руках?
9. «

   Зачем, как лев и львица, Не можем мы играючи любиться? Печаль для нас — намек, Чтоб не был человек к утехам жаден, Ведь каждая нам сокращает на день Отмеренный судьбою срок, Но краткость Блаженства и существованья шаткость Опять в нас подстрекают эту прыть Стремление в потомстве жизнь продлить.

   Зачем, как лев и львица, Не можем мы играючи любиться? Печаль для нас — намек, Чтоб не был человек к утехам жаден, Ведь каждая нам сокращает на день Отмеренный судьбою срок, Но краткость Блаженства и существованья шаткость Опять в нас подстрекают эту прыть Стремление в потомстве жизнь продлить.
10. «

    Пока меж нами бой, пускай воюют Другие: нас их войны не волнуют. Ты — вольный град, вольна ты пред любым Открыть ворота, кто тобой любим. <...> Хочу я здесь, в тебе искать удачи: Стрелять и влагой истекать горячей, В твоих объятьях мне и смерть и плен, Мой выкуп — сердце, дай свое взамен! <...> Для ратных дел бойцы мы никакие, Но, может, наши отпрыски лихие Сгодятся в строй. Не всем же воевать: Кому-то надо и клинки ковать; Есть мастера щитов, доспехов, ранцев… Давай с тобою делать новобранцев!

    Пока меж нами бой, пускай воюют Другие: нас их войны не волнуют. Ты — вольный град, вольна ты пред любым Открыть ворота, кто тобой любим. <...> Хочу я здесь, в тебе искать удачи: Стрелять и влагой истекать горячей, В твоих объятьях мне и смерть и плен, Мой выкуп — сердце, дай свое взамен! <...> Для ратных дел бойцы мы никакие, Но, может, наши отпрыски лихие Сгодятся в строй. Не всем же воевать: Кому-то надо и клинки ковать; Есть мастера щитов, доспехов, ранцев… Давай с тобою делать новобранцев!
11. «

    Пока он был за красоту любим, Любовь питалась молоком грудным; Но в зрелых летах ей уже некстати Питаться тем, что годно для дитяти.

    Пока он был за красоту любим, Любовь питалась молоком грудным; Но в зрелых летах ей уже некстати Питаться тем, что годно для дитяти.
12. «

    Я — как город, в котором враг, Я рвусь впустить Тебя, но нет, не могу: Разум, Твой наместник, был мне оплот; Но он — в плену, он — неверен, он — слаб- Я Тебя люблю, я хочу Твоей любви, Но я отдан в обет Твоему врагу; Разлучи нас, разорви, разруби нашу связь И похить меня к Себе, в небесный острог, Ибо в узах Твоих — свобода моя, И моя чистота — под насилием Твоим.

    Я — как город, в котором враг, Я рвусь впустить Тебя, но нет, не могу: Разум, Твой наместник, был мне оплот; Но он — в плену, он — неверен, он — слаб- Я Тебя люблю, я хочу Твоей любви, Но я отдан в обет Твоему врагу; Разлучи нас, разорви, разруби нашу связь И похить меня к Себе, в небесный острог, Ибо в узах Твоих — свобода моя, И моя чистота — под насилием Твоим.
13. «

    Пусть мой по кругу путь далек И клонит долу шаг превратный, Есть ты — опора и залог Того, что я вернусь обратно.

    Пусть мой по кругу путь далек И клонит долу шаг превратный, Есть ты — опора и залог Того, что я вернусь обратно.
14. «

    Кто красоту узрел внутри, Лишь к ней питает нежность, А ты — на кожи блеск смотри, Влюбившийся во внешность!

    Кто красоту узрел внутри, Лишь к ней питает нежность, А ты — на кожи блеск смотри, Влюбившийся во внешность!
15. «

    Нет человека, который был бы как Остров, сам по себе, каждый человек есть часть материка, часть суши; и если Волной снесёт в море береговой Утес, меньше станет Европа, и также, если смоет край Мыса или разрушит Замок твой или Друга твоего; смерть каждого человека умаляет и меня, ибо я един со всем человечеством, а потому не спрашивай никогда, по ком звонит Колокол: он звонит по Тебе.

    Нет человека, который был бы как Остров, сам по себе, каждый человек есть часть материка, часть суши; и если Волной снесёт в море береговой Утес, меньше станет Европа, и также, если смоет край Мыса или разрушит Замок твой или Друга твоего; смерть каждого человека умаляет и меня, ибо я един со всем человечеством, а потому не спрашивай никогда, по ком звонит Колокол: он звонит по Тебе.
16. «

    Прерви сей горький поцелуй, прерви, Пока душа из уст не излетела! Простимся: без разлуки нет любви, Дня светлого — без черного предела. Не бойся сделать шаг, ступив на край; Нет смерти проще, чем сказать: «Прощай!» «Прощай», — шепчу и медлю, как убийца, Но если все в душе твоей мертво, Пусть слово гибельное возвратится И умертвит злодея твоего. Ответь же мне: «Прощай!» Твоим ответом Убит я дважды — в лоб и рикошетом.

    Прерви сей горький поцелуй, прерви, Пока душа из уст не излетела! Простимся: без разлуки нет любви, Дня светлого — без черного предела. Не бойся сделать шаг, ступив на край; Нет смерти проще, чем сказать: «Прощай!» «Прощай», — шепчу и медлю, как убийца, Но если все в душе твоей мертво, Пусть слово гибельное возвратится И умертвит злодея твоего. Ответь же мне: «Прощай!» Твоим ответом Убит я дважды — в лоб и рикошетом.
17. «

    Да не умрёт любовь и не убьёт.

    Да не умрёт любовь и не убьёт.
18. «

    Исчезла ты, и боль исчезла сразу, Одна мечта в душе моей царит; Все, в чем ты отказала, без отказу Даст мне она: мечте неведом стыд. Я наслажусь, и бред мой будет явью: Ведь даже наяву блаженство — бред; Зато от скорби я себя избавлю, Во сне нет мысли — значит, скорби нет.

    Исчезла ты, и боль исчезла сразу, Одна мечта в душе моей царит; Все, в чем ты отказала, без отказу Даст мне она: мечте неведом стыд. Я наслажусь, и бред мой будет явью: Ведь даже наяву блаженство — бред; Зато от скорби я себя избавлю, Во сне нет мысли — значит, скорби нет.
19. «

    Как циркуля игла, дрожа, Те будет озирать края, Где кружится моя душа, Не двигаясь, душа твоя.

    Как циркуля игла, дрожа, Те будет озирать края, Где кружится моя душа, Не двигаясь, душа твоя.
20. «

    Беспечный Фригий всем по горло сыт, Не верит ничему: как тот гуляка, Что, много шлюх познав, страшится брака. Любвеобильный Гракх — наоборот, Он мыслит, сколь ни много женских мод, Под платьями различий важных нету.

    Беспечный Фригий всем по горло сыт, Не верит ничему: как тот гуляка, Что, много шлюх познав, страшится брака. Любвеобильный Гракх — наоборот, Он мыслит, сколь ни много женских мод, Под платьями различий важных нету.