65 лучших цитат — Джон Стейнбек: жизненные цитаты

Подборка из 65 цитат Джона Стейнбек: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ведь что у тебя есть, тем и хвастаешься. И, может быть, чем меньше у тебя чего-нибудь, тем больше желание похвастаться.

   Ведь что у тебя есть, тем и хвастаешься. И, может быть, чем меньше у тебя чего-нибудь, тем больше желание похвастаться.

   — Джон Стейнбек · книга
2. «

   Отвага и упорство дрябнут в человеке, если их не упражнять.

   Отвага и упорство дрябнут в человеке, если их не упражнять.

   — Джон Стейнбек · книга
3. «

   Видишь ли, сынок, почти все люди испытывают страх, Сайрус говорил очень искренне, — а что вызывает этот страх — призрачные тени, неразрешимые загадки, бесчисленные и неведомые опасности, трепет перед незримой смертью? — они и сами не знают. Но если тебе достанет храбрости заглянуть в глаза не призраку, а настоящей смерти, зримой и объяснимой, будь то смерть от пули или клинка, от стрелы или копья, ты навсегда забудешь страх, по крайней мере тот, что жил в тебе прежде. И вот тогда ты поистине станешь отличен от других, ты будешь спокоен, когда другие будут кричать от ужаса. Это и есть величайшая награда за всё. Величайшая и, возможно, единственная. Возможно, это та наивысшая предельная чистота, которую не пятнает никакая грязь.

   Видишь ли, сынок, почти все люди испытывают страх, Сайрус говорил очень искренне, — а что вызывает этот страх — призрачные тени, неразрешимые загадки, бесчисленные и неведомые опасности, трепет перед незримой смертью? — они и сами не знают. Но если тебе достанет храбрости заглянуть в глаза не призраку, а настоящей смерти, зримой и объяснимой, будь то смерть от пули или клинка, от стрелы или копья, ты навсегда забудешь страх, по крайней мере тот, что жил в тебе прежде. И вот тогда ты поистине станешь отличен от других, ты будешь спокоен, когда другие будут кричать от ужаса. Это и есть величайшая награда за всё. Величайшая и, возможно, единственная. Возможно, это та наивысшая предельная чистота, которую не пятнает никакая грязь.

   — Джон Стейнбек · книга
4. «

   Самое быстрое и самое верное оружие самозащиты — смех.

   Самое быстрое и самое верное оружие самозащиты — смех.

   — Джон Стейнбек · книга
5. «

   Я верю, что у вполне обыкновенных людей может родиться чудовище, монстр.

   Я верю, что у вполне обыкновенных людей может родиться чудовище, монстр.

   — Джон Стейнбек · книга
6. «

   Люди тянутся к лучшей жизни, ищут её — и найдут. Обида многое может сделать, обиженный человек — горячий, он за свои права готов биться.

   Люди тянутся к лучшей жизни, ищут её — и найдут. Обида многое может сделать, обиженный человек — горячий, он за свои права готов биться.

   — Джон Стейнбек · книга
7. «

   У нас люди редко друг друга держатся. Не знаю почему. Может, в этом проклятом мире все боятся друг друга.

   У нас люди редко друг друга держатся. Не знаю почему. Может, в этом проклятом мире все боятся друг друга.

   — Джон Стейнбек · книга
8. «

   Ибо человек единственное существо во всей органической жизни природы, которое перерастает пределы созданного им, поднимается вверх по ступенькам своих замыслов, рвется вперед, оставляя достигнутое позади.

   Ибо человек единственное существо во всей органической жизни природы, которое перерастает пределы созданного им, поднимается вверх по ступенькам своих замыслов, рвется вперед, оставляя достигнутое позади.

   — Джон Стейнбек · книга
9. «

   Хорошо человеку, когда его полюбят, пусть даже под самый конец.

   Хорошо человеку, когда его полюбят, пусть даже под самый конец.

   — Джон Стейнбек · книга
10. «

    Дети, как правило ненавидят чем-то выделяться. Им хочется выглядеть, говорить, одеваться и вести себя в точности, как все остальные. Если в детской среде моден какой-нибудь несусветно глупый наряд, ребенок, у которого нет этой глупости, безутешен.

    Дети, как правило ненавидят чем-то выделяться. Им хочется выглядеть, говорить, одеваться и вести себя в точности, как все остальные. Если в детской среде моден какой-нибудь несусветно глупый наряд, ребенок, у которого нет этой глупости, безутешен.

    — Джон Стейнбек · книга
11. «

    — Я вижу, ты другая стала. Совсем взрослая. Что-нибудь произошло? — Произошло. Я Ароновы письма сожгла. — Он тебя обидел? — Да нет. Просто не по себе мне было последнее время. Я же с самого начала старалась ему доказать, что никакая я не идеальная. — Теперь тебе больше не надо никому ничего доказывать, достаточно быть самой собой. И от этого тебе стало легче. Правильно я говорю?

    — Я вижу, ты другая стала. Совсем взрослая. Что-нибудь произошло? — Произошло. Я Ароновы письма сожгла. — Он тебя обидел? — Да нет. Просто не по себе мне было последнее время. Я же с самого начала старалась ему доказать, что никакая я не идеальная. — Теперь тебе больше не надо никому ничего доказывать, достаточно быть самой собой. И от этого тебе стало легче. Правильно я говорю?

    — Джон Стейнбек · книга
12. «

    В России о будущем думают всегда. Об урожае будущего года, об удобствах, которые будут через десять лет, об одежде, которую очень скоро сошьют. Если какой-либо народ и может из надежды извлекать энергию, то это именно русский народ...

    В России о будущем думают всегда. Об урожае будущего года, об удобствах, которые будут через десять лет, об одежде, которую очень скоро сошьют. Если какой-либо народ и может из надежды извлекать энергию, то это именно русский народ...

    — Джон Стейнбек · книга
13. «

    Не странно ли, что женщины соперничают из-за мужчин, которые им даже не нужны?

    Не странно ли, что женщины соперничают из-за мужчин, которые им даже не нужны?

    — Джон Стейнбек · книга
14. «

    Не стоит думать, будто люди понимают все, что они делают. Очень многое они совершают инстинктивно, точно так же, как пчела откладывает на зиму мёд, а лиса мочит лапы в ручье, чтобы сбить собак со следа. Разве лиса может объяснить, почему она так делает, и где ты найдёшь пчелу, которая помнила бы о прошлой зиме или ждала, что зима придет снова?

    Не стоит думать, будто люди понимают все, что они делают. Очень многое они совершают инстинктивно, точно так же, как пчела откладывает на зиму мёд, а лиса мочит лапы в ручье, чтобы сбить собак со следа. Разве лиса может объяснить, почему она так делает, и где ты найдёшь пчелу, которая помнила бы о прошлой зиме или ждала, что зима придет снова?

    — Джон Стейнбек · книга
15. «

    Когда нам приходится очень плохо, для утешения хочется найти другого человека, которому еще хуже. Так уж, видно, мы устроены: стоит убедиться, что чужая беда злее нашей, настроение повышается.

    Когда нам приходится очень плохо, для утешения хочется найти другого человека, которому еще хуже. Так уж, видно, мы устроены: стоит убедиться, что чужая беда злее нашей, настроение повышается.

    — Джон Стейнбек · книга
16. «

    Самая человечная из человеческих черт — это непостоянство.

    Самая человечная из человеческих черт — это непостоянство.

    — Джон Стейнбек · книга
17. «

    Смерть — это личное дело каждого, и она порождает печаль, отчаяние, жгучие муки или холодную философию.

    Смерть — это личное дело каждого, и она порождает печаль, отчаяние, жгучие муки или холодную философию.

    — Джон Стейнбек · книга
18. «

    Мы можем стрелять ракетами в космос, но мы не можем вылечить гнев или недовольство.

    Мы можем стрелять ракетами в космос, но мы не можем вылечить гнев или недовольство.

    — Джон Стейнбек
19. «

    Ни у кого нет такого права — лишать человека любой, самой малой частицы того, что ему положено на земле. И жизнь, и смерть — наш общий удел. Каждый должен нести свою боль.

    Ни у кого нет такого права — лишать человека любой, самой малой частицы того, что ему положено на земле. И жизнь, и смерть — наш общий удел. Каждый должен нести свою боль.

    — Джон Стейнбек · книга
20. «

    — Мы думаем, что если война — единственный ответ, который нам могут дать наши лидеры, значит, мы живем в несчастное время, — И затем мы спросили: — Хочет ли войны русский народ, или какая-то его часть, или кто-то в русском правительстве? Тут он выпрямился, положил свой карандаш и сказал: — Я могу однозначно ответить на этот вопрос. Ни русский народ, ни какая-то его часть, ни часть русского правительства не хотят войны. И даже больше того: русские люди пойдут на всё, чтобы избежать войны. В этом я уверен.

    — Мы думаем, что если война — единственный ответ, который нам могут дать наши лидеры, значит, мы живем в несчастное время, — И затем мы спросили: — Хочет ли войны русский народ, или какая-то его часть, или кто-то в русском правительстве? Тут он выпрямился, положил свой карандаш и сказал: — Я могу однозначно ответить на этот вопрос. Ни русский народ, ни какая-то его часть, ни часть русского правительства не хотят войны. И даже больше того: русские люди пойдут на всё, чтобы избежать войны. В этом я уверен.

    — Джон Стейнбек · книга