94 цитаты Джона Стейнбек: жизненные цитаты — избранное

Подборка из 94 цитаты Джона Стейнбек: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ибо человек единственное существо во всей органической жизни природы, которое перерастает пределы созданного им, поднимается вверх по ступенькам своих замыслов, рвется вперед, оставляя достигнутое позади.

   Ибо человек единственное существо во всей органической жизни природы, которое перерастает пределы созданного им, поднимается вверх по ступенькам своих замыслов, рвется вперед, оставляя достигнутое позади.

   — Джон Стейнбек · книга
2. «

   Конечно, нет правил без исключений, только чаще всего, если парень старается тебя напугать, то он сам трус.

   Конечно, нет правил без исключений, только чаще всего, если парень старается тебя напугать, то он сам трус.

   — Джон Стейнбек · книга
3. «

   — Иной раз трудно соблюсти закон, — сказал отец. — Особенно если хочешь, чтобы все было по-честному.

   — Иной раз трудно соблюсти закон, — сказал отец. — Особенно если хочешь, чтобы все было по-честному.

   — Джон Стейнбек · книга
4. «

   Говорят, когда любишь женщину, всё время в ней сомневаешься, потому что сомневаешься в себе.

   Говорят, когда любишь женщину, всё время в ней сомневаешься, потому что сомневаешься в себе.

   — Джон Стейнбек · книга
5. «

   Мы народ, Том, мы живые. Нас не уничтожишь. Мы народ — мы живем и живем.

   Мы народ, Том, мы живые. Нас не уничтожишь. Мы народ — мы живем и живем.

   — Джон Стейнбек · книга
6. «

   Женатым доверять нельзя. Как бы он ни ругал свою бабу, всё равно к ней вернется. Начнет думать, вспоминать и не выдержит. Нет уж, раз женился — веры тебе нет.

   Женатым доверять нельзя. Как бы он ни ругал свою бабу, всё равно к ней вернется. Начнет думать, вспоминать и не выдержит. Нет уж, раз женился — веры тебе нет.

   — Джон Стейнбек · книга
7. «

   За четыре сотни лет народ Кино нашел только одно средство защиты — слегка прищурить глаза, слегка поджать губы и уйти в себя. Ничто не в силах было пробить эту стену, а за стеной они оставались целыми и невредимыми.

   За четыре сотни лет народ Кино нашел только одно средство защиты — слегка прищурить глаза, слегка поджать губы и уйти в себя. Ничто не в силах было пробить эту стену, а за стеной они оставались целыми и невредимыми.

   — Джон Стейнбек · книга
8. «

   Чем ты честней, тем меньше тебе верят.

   Чем ты честней, тем меньше тебе верят.

   — Джон Стейнбек · книга
9. «

   Нет ничего чудовищнее того, что мы можем внушить себе сами.

   Нет ничего чудовищнее того, что мы можем внушить себе сами.

   — Джон Стейнбек · книга
10. «

    Правда — это всегда хорошо. Даже когда колется. Человек должен знать о себе всю правду.

    Правда — это всегда хорошо. Даже когда колется. Человек должен знать о себе всю правду.

    — Джон Стейнбек · книга
11. «

    Когда нам приходится очень плохо, для утешения хочется найти другого человека, которому еще хуже. Так уж, видно, мы устроены: стоит убедиться, что чужая беда злее нашей, настроение повышается.

    Когда нам приходится очень плохо, для утешения хочется найти другого человека, которому еще хуже. Так уж, видно, мы устроены: стоит убедиться, что чужая беда злее нашей, настроение повышается.

    — Джон Стейнбек · книга
12. «

    Дурная привычка, от которой труднее всего избавиться, — это привычка давать советы.

    Дурная привычка, от которой труднее всего избавиться, — это привычка давать советы.

    — Джон Стейнбек
13. «

    Знаешь, — начал он, — я не так многого хотел в жизни. Смолоду приучил себя к мысли, что многого мне и не надо. От желаний сплошные разочарования.

    Знаешь, — начал он, — я не так многого хотел в жизни. Смолоду приучил себя к мысли, что многого мне и не надо. От желаний сплошные разочарования.

    — Джон Стейнбек · книга
14. «

    Если мужчина женился по любви, девять шансов против одного, что эта женщина ему не пара.

    Если мужчина женился по любви, девять шансов против одного, что эта женщина ему не пара.

    — Джон Стейнбек · книга
15. «

    Дети, как правило ненавидят чем-то выделяться. Им хочется выглядеть, говорить, одеваться и вести себя в точности, как все остальные. Если в детской среде моден какой-нибудь несусветно глупый наряд, ребенок, у которого нет этой глупости, безутешен.

    Дети, как правило ненавидят чем-то выделяться. Им хочется выглядеть, говорить, одеваться и вести себя в точности, как все остальные. Если в детской среде моден какой-нибудь несусветно глупый наряд, ребенок, у которого нет этой глупости, безутешен.

    — Джон Стейнбек · книга
16. «

    Человеческий ум так же зыбок, как мираж над заливом.

    Человеческий ум так же зыбок, как мираж над заливом.

    — Джон Стейнбек · книга
17. «

    Мужчина иной раз мучается, мучается — совсем себя изведет, потом, глядишь, и ноги протянул с тоски. А если его разозлить как следует, тогда всё будет хорошо.

    Мужчина иной раз мучается, мучается — совсем себя изведет, потом, глядишь, и ноги протянул с тоски. А если его разозлить как следует, тогда всё будет хорошо.

    — Джон Стейнбек · книга
18. «

    Два галлона вина — это немалое количество даже для двух пайсано. В духовном отношении эти бутылки можно распределить следующим образом. Чуть пониже горлышка первой бутылки — серьезная, прочувствованная беседа. Двумя дюймами ниже — воспоминания, овеянные приятной грустью. Ещё три дюйма — вздохи о былых счастливых любовях. На донышке — всеобъемлющая абстрактная печаль. Горлышко второй бутылки — чёрная, свирепая тоска. Двумя пальцами ниже — песнь смерти или томления. Большим пальцем ниже — все остальные песни, известные собутыльникам. На этом шкала кончается, ибо тут перекресток и дальнейшие пути неведомы. За этой чертой может произойти всё, что угодно.

    Два галлона вина — это немалое количество даже для двух пайсано. В духовном отношении эти бутылки можно распределить следующим образом. Чуть пониже горлышка первой бутылки — серьезная, прочувствованная беседа. Двумя дюймами ниже — воспоминания, овеянные приятной грустью. Ещё три дюйма — вздохи о былых счастливых любовях. На донышке — всеобъемлющая абстрактная печаль. Горлышко второй бутылки — чёрная, свирепая тоска. Двумя пальцами ниже — песнь смерти или томления. Большим пальцем ниже — все остальные песни, известные собутыльникам. На этом шкала кончается, ибо тут перекресток и дальнейшие пути неведомы. За этой чертой может произойти всё, что угодно.

    — Джон Стейнбек · книга
19. «

    И каждый рисовал себе картину счастливого будущего по-своему, в зависимости от того, чего был лишён в настоящем.

    И каждый рисовал себе картину счастливого будущего по-своему, в зависимости от того, чего был лишён в настоящем.

    — Джон Стейнбек · книга
20. «

    Я верю, что у вполне обыкновенных людей может родиться чудовище, монстр.

    Я верю, что у вполне обыкновенных людей может родиться чудовище, монстр.

    — Джон Стейнбек · книга