Джон Стейнбек: 117 цитат на каждый день

Джон Стейнбек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 117 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Когда человек беден, он думает: «Будь у меня деньги, я поделился бы с моими бедными друзьями». Но стоит ему получить эти деньги, как великодушие и щедрость покидают его.

   Когда человек беден, он думает: «Будь у меня деньги, я поделился бы с моими бедными друзьями». Но стоит ему получить эти деньги, как великодушие и щедрость покидают его.

   — Пилон · книга
2. «

   Беда всяких там социологов в том, что они изучают народ как группу людей, а это совсем не так. Народ — это тот же самый зверь. И людского в нём не больше, чем в собаке.

   Беда всяких там социологов в том, что они изучают народ как группу людей, а это совсем не так. Народ — это тот же самый зверь. И людского в нём не больше, чем в собаке.

   — И проиграли бой · книга
3. «

   Что за устрашающая штука человек, что за сложная система шкал, индикаторов, счетчиков, а мы умеем читать показания лишь немногих из них, да и то, может быть, неверно.

   Что за устрашающая штука человек, что за сложная система шкал, индикаторов, счетчиков, а мы умеем читать показания лишь немногих из них, да и то, может быть, неверно.

   — Итен Хоули · книга
4. «

   Всякий хочет иметь клочок земли, хоть небольшой, да собственный. И кров над головою, чтоб никто не мог его выгнать, как собаку.

   Всякий хочет иметь клочок земли, хоть небольшой, да собственный. И кров над головою, чтоб никто не мог его выгнать, как собаку.

   — О мышах и людях · книга
5. «

   Великие деяния, несомненно, изменяют ход истории, но вполне вероятно, что вообще все поступки и происшествия, вплоть до самых пустяковых — скажем, ты переступил через лежащий на дороге камень, или затаил дыхание при виде красивой девушки, или, копаясь в огороде, зашиб ноготь, так или иначе воздействуют на исторический процесс.

   Великие деяния, несомненно, изменяют ход истории, но вполне вероятно, что вообще все поступки и происшествия, вплоть до самых пустяковых — скажем, ты переступил через лежащий на дороге камень, или затаил дыхание при виде красивой девушки, или, копаясь в огороде, зашиб ноготь, так или иначе воздействуют на исторический процесс.

   — К востоку от Эдема · книга
6. «

   Мы гордимся тем, что смогли помочь. У людей такая потребность — помогать друг другу.

   Мы гордимся тем, что смогли помочь. У людей такая потребность — помогать друг другу.

   — Гроздья гнева · книга
7. «

   — Одно я заучила крепко, — сказала она. — Все время этому учусь, изо дня в день. Если у тебя беда, если ты в нужде, если тебя обидели — иди к беднякам. Только они и помогут, больше никто.

   — Одно я заучила крепко, — сказала она. — Все время этому учусь, изо дня в день. Если у тебя беда, если ты в нужде, если тебя обидели — иди к беднякам. Только они и помогут, больше никто.

   — Мать · книга
8. «

   Вино добавляет заглавные буквы и многоточия к хорошей истории...

   Вино добавляет заглавные буквы и многоточия к хорошей истории...

   — Золотая Чаша · книга
9. «

   У нас люди редко друг друга держатся. Не знаю почему. Может, в этом проклятом мире все боятся друг друга.

   У нас люди редко друг друга держатся. Не знаю почему. Может, в этом проклятом мире все боятся друг друга.

   — Рослый · книга
10. «

    Не бывает так, чтобы денег хватало. Одно из двух: денег нет совсем или денег не хватает.

    Не бывает так, чтобы денег хватало. Одно из двух: денег нет совсем или денег не хватает.

    — Итен Хоули · книга
11. «

    Гордишься своим горем? (…) Чувствуешь себя трагическим героем? (…) Возможно, ты играешь роль на высокой сцене перед единственным зрителем — самим собою.

    Гордишься своим горем? (…) Чувствуешь себя трагическим героем? (…) Возможно, ты играешь роль на высокой сцене перед единственным зрителем — самим собою.

    — К востоку от Эдема · книга
12. «

    Дурная привычка, от которой труднее всего избавиться, — это привычка давать советы.

    Дурная привычка, от которой труднее всего избавиться, — это привычка давать советы.
13. «

    ...в человеческой психике есть механизмы, с помощью которых в её тёмной глубине сами собой взвешиваются, отбрасываются, решаются проблемы. При этом в человеке порой действуют нутряные силы, о которых он и сам не ведает. Как часто засыпаешь, полон непонятной тревоги и боли, а утром встаёшь с чувством широко и ясно открывшегося нового пути — и всё благодаря, быть может, этим тёмным глубинным процессам. И бывают утра, когда кровь вскипает восторгом, всё тело туго, электрически вибрирует от радости — а в мыслях ничего такого, что могло бы родить или оправдать эту радость.

    ...в человеческой психике есть механизмы, с помощью которых в её тёмной глубине сами собой взвешиваются, отбрасываются, решаются проблемы. При этом в человеке порой действуют нутряные силы, о которых он и сам не ведает. Как часто засыпаешь, полон непонятной тревоги и боли, а утром встаёшь с чувством широко и ясно открывшегося нового пути — и всё благодаря, быть может, этим тёмным глубинным процессам. И бывают утра, когда кровь вскипает восторгом, всё тело туго, электрически вибрирует от радости — а в мыслях ничего такого, что могло бы родить или оправдать эту радость.

    — К востоку от Эдема · книга
14. «

    Женщины — это одно, а женщина — совсем другое. Можно все знать о женщинах вообще и ничего — об одной-единственной.

    Женщины — это одно, а женщина — совсем другое. Можно все знать о женщинах вообще и ничего — об одной-единственной.
15. «

    — Убить способен любой, — заметил шериф. — Человек, что пистолет, надо только знать, где нажать.

    — Убить способен любой, — заметил шериф. — Человек, что пистолет, надо только знать, где нажать.

    — К востоку от Эдема · книга
16. «

    Человеку надобно, чтоб кто-то живой был рядом. Можно сойти с ума, ежели у тебя никого нету. Пускай хоть кто-нибудь, лишь бы был рядом. Я тебе говорю: жить в одиночестве очень тяжко!

    Человеку надобно, чтоб кто-то живой был рядом. Можно сойти с ума, ежели у тебя никого нету. Пускай хоть кто-нибудь, лишь бы был рядом. Я тебе говорю: жить в одиночестве очень тяжко!

    — Горбун · книга
17. «

    Если человеку некогда думать, значит, он не хочет думать, вот и все.

    Если человеку некогда думать, значит, он не хочет думать, вот и все.

    — Зима тревоги нашей · книга
18. «

    Я люблю ее, и это странно, ведь в ней все то, что мне ненавистно в других, но тем не менее я души в ней не чаю.

    Я люблю ее, и это странно, ведь в ней все то, что мне ненавистно в других, но тем не менее я души в ней не чаю.

    — Зима тревоги нашей · книга
19. «

    Когда нам приходится очень плохо, для утешения хочется найти другого человека, которому еще хуже. Так уж, видно, мы устроены: стоит убедиться, что чужая беда злее нашей, настроение повышается.

    Когда нам приходится очень плохо, для утешения хочется найти другого человека, которому еще хуже. Так уж, видно, мы устроены: стоит убедиться, что чужая беда злее нашей, настроение повышается.

    — Благостный четверг · книга
20. «

    Была у нас раньше некая вещь или некое достояние, которым мы очень дорожили. Называлось это Народ.

    Была у нас раньше некая вещь или некое достояние, которым мы очень дорожили. Называлось это Народ.

    — Путешествие с Чарли в поисках Америки · книга