41 цитата Джонатана Свифта для поста и дневника

Джонатан Свифт — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 41 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Тщеславие — свидетельство скорее неполноценности, чем гордыни.

   Тщеславие — свидетельство скорее неполноценности, чем гордыни.
2. «

   Бывает, что я читаю книгу с удовольствием и при этом ненавижу ее автора.

   Бывает, что я читаю книгу с удовольствием и при этом ненавижу ее автора.
3. «

   В спорах, как на войне, слабая сторона разжигает костры и устраивает сильный шум, чтобы противник решил, будто она сильней, чем есть на самом деле.

   В спорах, как на войне, слабая сторона разжигает костры и устраивает сильный шум, чтобы противник решил, будто она сильней, чем есть на самом деле.
4. «

   О, боже! Интересно, какой дурак впервые придумал поцелуй.

   О, боже! Интересно, какой дурак впервые придумал поцелуй.
5. «

   Буря несет шайку пиратов в неизвестном им направлении; наконец юнга окрывает с верхушки мачты землю; пираты выходят на берег, чтобы заняться грабежом и разбойничеством; они находят безобидное население, оказывающее им хороший прием; дают стране новое название, именем короля завладевают ею, водружают гнилую доску или камень в качестве памятного знака, убивают две или три дюжины туземцев, насильно забирают на корабль несколько человек в качестве образца, возвращаются на родину и получают прощение. Так возникает новая колония.

   Буря несет шайку пиратов в неизвестном им направлении; наконец юнга окрывает с верхушки мачты землю; пираты выходят на берег, чтобы заняться грабежом и разбойничеством; они находят безобидное население, оказывающее им хороший прием; дают стране новое название, именем короля завладевают ею, водружают гнилую доску или камень в качестве памятного знака, убивают две или три дюжины туземцев, насильно забирают на корабль несколько человек в качестве образца, возвращаются на родину и получают прощение. Так возникает новая колония.

   — Лемюэль Гулливер · книга
6. «

   Весьма заботливая мудрость наших предков придумала, в поощрение всех предприимчивых людей, три деревянных сооружения, которыми могли бы пользоваться ораторы, желающие без помехи произносить пространные речи. Сооружения эти: кафедра, лестница и странствующий театр.

   Весьма заботливая мудрость наших предков придумала, в поощрение всех предприимчивых людей, три деревянных сооружения, которыми могли бы пользоваться ораторы, желающие без помехи произносить пространные речи. Сооружения эти: кафедра, лестница и странствующий театр.

   — Сказка бочки · книга
7. «

   Намерением моим было открыть, если удастся, какой-нибудь необитаемый остров, где я мог бы добывать средства к существованию собственным трудом; подобная жизнь больше прельщала меня, чем пост первого министра при самом лощеном европейском дворе.

   Намерением моим было открыть, если удастся, какой-нибудь необитаемый остров, где я мог бы добывать средства к существованию собственным трудом; подобная жизнь больше прельщала меня, чем пост первого министра при самом лощеном европейском дворе.

   — Лемюэль Гулливер · книга
8. «

   Поверьте, любой смертный из ныне живущих счастливее меня; я не хочу этим сказать, что вовсе несчастлив, но что всё мне здесь не по вкусу из-за невозможности жить так, как я бы хотел.

   Поверьте, любой смертный из ныне живущих счастливее меня; я не хочу этим сказать, что вовсе несчастлив, но что всё мне здесь не по вкусу из-за невозможности жить так, как я бы хотел.

   — Дневник для Стеллы · книга
9. «

   Ложь летит, а истина, хромая, приходит после нее.

   Ложь летит, а истина, хромая, приходит после нее.
10. «

    Когда в свете является истинный гений, его легко узнать по тому, что против него дружно ополчаются все тупицы.

    Когда в свете является истинный гений, его легко узнать по тому, что против него дружно ополчаются все тупицы.
11. «

    Когда человеческий дух пришпорит и разнуздает свои мысли, он уже не способен остановиться, а естественно устремляется от одной крайности к другой, от высокого к низкому, от добра к злу; в первоначальном полете воображения он обыкновенно уносится к совершеннейшим и возвышенным идеям, но, заносясь в такие области, откуда уже невозможно различить границы, отделяющие высоту от глубины, он, в том же порыве и держась того же курса, падает стремглав вниз на самое дно пропасти.

    Когда человеческий дух пришпорит и разнуздает свои мысли, он уже не способен остановиться, а естественно устремляется от одной крайности к другой, от высокого к низкому, от добра к злу; в первоначальном полете воображения он обыкновенно уносится к совершеннейшим и возвышенным идеям, но, заносясь в такие области, откуда уже невозможно различить границы, отделяющие высоту от глубины, он, в том же порыве и держась того же курса, падает стремглав вниз на самое дно пропасти.

    — Сказка бочки · книга
12. «

    Ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, не может иметь таких роковых последствий для общего блага, как деятельность человека с порочными наклонностями, одаренного умением скрывать свои пороки, умножать их и безнаказанно предаваться им.

    Ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, не может иметь таких роковых последствий для общего блага, как деятельность человека с порочными наклонностями, одаренного умением скрывать свои пороки, умножать их и безнаказанно предаваться им.

    — Путешествия Лемюэля Гулливера · книга
13. «

    Невежество, леность и пороки являются подчас полезнейшими качествами законодателя. Законы лучше всего объясняются, истолковываются и применяются на практике теми, кто более всего заинтересован и способен извращать, запутывать и обходить их.

    Невежество, леность и пороки являются подчас полезнейшими качествами законодателя. Законы лучше всего объясняются, истолковываются и применяются на практике теми, кто более всего заинтересован и способен извращать, запутывать и обходить их.

    — король великанов · книга
14. «

    Давно уже замечено, что истинный критик как древности, так и нового времени, подобно проститутке и олдермену, никогда не меняет своего звания и своей природы.

    Давно уже замечено, что истинный критик как древности, так и нового времени, подобно проститутке и олдермену, никогда не меняет своего звания и своей природы.

    — Сказка бочки · книга
15. «

    Для привлечения внимания публики необходимо требуется возвышенное место.

    Для привлечения внимания публики необходимо требуется возвышенное место.

    — Сказка бочки · книга
16. «

    Самые высокие умственные дарования не могут заменить нравственных достоинств. Нет ничего опаснее как поручать важные должности таким даровитым людям. Ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, всегда может быть исправлена. Но деятельность человека с дурными наклонностями, одаренного умением скрывать свои пороки и безнаказанно предаваться им, представляет огромную опасность для общественного блага.

    Самые высокие умственные дарования не могут заменить нравственных достоинств. Нет ничего опаснее как поручать важные должности таким даровитым людям. Ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, всегда может быть исправлена. Но деятельность человека с дурными наклонностями, одаренного умением скрывать свои пороки и безнаказанно предаваться им, представляет огромную опасность для общественного блага.

    — Лемюэль Гулливер · книга
17. «

    Честолюбие монархов не имеет пределов.

    Честолюбие монархов не имеет пределов.

    — Лемюэль Гулливер · книга
18. «

    Истинный критик должен странствовать по обширному книжному царству; преследовать и гнать встречающиеся там чудовищные глупости, извлекать на свет скрытые ошибки. Истинный критик есть искатель и собиратель писательских промахов.

    Истинный критик должен странствовать по обширному книжному царству; преследовать и гнать встречающиеся там чудовищные глупости, извлекать на свет скрытые ошибки. Истинный критик есть искатель и собиратель писательских промахов.

    — Сказка бочки · книга
19. «

    На свете нет такой нелепости, которая не имела бы своих защитников среди философов.

    На свете нет такой нелепости, которая не имела бы своих защитников среди философов.

    — Путешествия Лемюэля Гулливера · книга
20. «

    Умников в нынешний век так много и так они проницательны, что сановники церкви и государства начинают, по-видимому сильно опасаться, как бы эти господа не вздумали, в периоды долгого мира, выискивать на досуге слабые стороны религии и управления.

    Умников в нынешний век так много и так они проницательны, что сановники церкви и государства начинают, по-видимому сильно опасаться, как бы эти господа не вздумали, в периоды долгого мира, выискивать на досуге слабые стороны религии и управления.

    — Сказка бочки · книга