84 афоризмов Джорджа Гордона Байрона

Подборка из 84 цитаты Джорджа Гордона Байрона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Воспоминание о пережитом счастье — уже не счастье, воспоминание о пережитой боли — это все еще боль.

   Воспоминание о пережитом счастье — уже не счастье, воспоминание о пережитой боли — это все еще боль.
2. «

   Он человек незаурядный, из тех, что несмотря на все усилия держаться в тени неизменно привлекают к себе внимание.

   Он человек незаурядный, из тех, что несмотря на все усилия держаться в тени неизменно привлекают к себе внимание.

   — Вампир · книга
3. «

   Для красоты дистанция нужна.

   Для красоты дистанция нужна.
4. «

   It is the hour when from the boughs The nightingale’s high note is heard. It is the hour when lovers’ vows Seem sweet in every whisper’d word. And gentle winds and waters near Make music to the lonely ear. Each flower the dews have lightly wet, And in the sky the stars are met: And on the wave is deeper blue, And on the leaf a browner hue, And in the Heaven, that clear obscure So softly dark and darkly pure, That follows the decline of day As twilight melts beneath the moon away.

   It is the hour when from the boughs The nightingale’s high note is heard. It is the hour when lovers’ vows Seem sweet in every whisper’d word. And gentle winds and waters near Make music to the lonely ear. Each flower the dews have lightly wet, And in the sky the stars are met: And on the wave is deeper blue, And on the leaf a browner hue, And in the Heaven, that clear obscure So softly dark and darkly pure, That follows the decline of day As twilight melts beneath the moon away.
5. «

   Любовь — глубокой нежности полна, В соблазнах, в горестях закалена. Крепка в разлуке, вдалеке горда, Все та же — чудо — долгие года.

   Любовь — глубокой нежности полна, В соблазнах, в горестях закалена. Крепка в разлуке, вдалеке горда, Все та же — чудо — долгие года.
6. «

   В одиночестве человек часто чувствует себя менее одиноким.

   В одиночестве человек часто чувствует себя менее одиноким.
7. «

   Тысячи лет едва достаточно, чтобы создать государство, одного часа довольно, чтобы оно развеялось в прах.

   Тысячи лет едва достаточно, чтобы создать государство, одного часа довольно, чтобы оно развеялось в прах.

   — Паломничество мятежного Дон Жуана · книга
8. «

   Так вот каков истории урок. Меняется не сущность, только дата.

   Так вот каков истории урок. Меняется не сущность, только дата.

   — Паломничество Чайльд-Гарольда · книга
9. «

   Прощай. И если мы расстаемся навсегда, то навсегда прощай.

   Прощай. И если мы расстаемся навсегда, то навсегда прощай.
10. «

    Без меры. Без начала. Без конца, Великолепно в гневе и в покое. Ты в урагане — зеркало творца, В полярных льдах и в синем, южном зное Всегда неповторимое, живое. Твоим созданиям имя — легион, С тобой возникло житие земное, Лик вечности, невидимого трон, Над всем ты царствуешь, само себе закон.

    Без меры. Без начала. Без конца, Великолепно в гневе и в покое. Ты в урагане — зеркало творца, В полярных льдах и в синем, южном зное Всегда неповторимое, живое. Твоим созданиям имя — легион, С тобой возникло житие земное, Лик вечности, невидимого трон, Над всем ты царствуешь, само себе закон.
11. «

    Каким я был дураком, что вступил в брак — да и ты немногим умней, моя милая; а ведь мы могли бы прожить так счастливо — старой девой и старым холостяком; мне нигде не найти такой, как ты, а тебе (пусть это звучит тщеславно) — такого, как я. Мы созданы, чтобы прожить жизнь вместе; а теперь мы — по крайней мере я — по многим причинам разлучен с единственным существом, которое могло бы меня любить и к кому я мог бы безраздельно привязаться. Будь ты монахиней — а я монахом — мы могли бы беседовать через решётку, а не через моря — но всё равно — голос и сердце моё всегда летят к тебе…

    Каким я был дураком, что вступил в брак — да и ты немногим умней, моя милая; а ведь мы могли бы прожить так счастливо — старой девой и старым холостяком; мне нигде не найти такой, как ты, а тебе (пусть это звучит тщеславно) — такого, как я. Мы созданы, чтобы прожить жизнь вместе; а теперь мы — по крайней мере я — по многим причинам разлучен с единственным существом, которое могло бы меня любить и к кому я мог бы безраздельно привязаться. Будь ты монахиней — а я монахом — мы могли бы беседовать через решётку, а не через моря — но всё равно — голос и сердце моё всегда летят к тебе…
12. «

    Конец! Всё было только сном. Нет света в будущем моём. Где счастье, где очарованье? Дрожу под ветром злой зимы, Рассвет мой скрыт за тучей тьмы, Ушли любовь, недежд сиянье... О, если б и воспоминанье!

    Конец! Всё было только сном. Нет света в будущем моём. Где счастье, где очарованье? Дрожу под ветром злой зимы, Рассвет мой скрыт за тучей тьмы, Ушли любовь, недежд сиянье... О, если б и воспоминанье!
13. «

    Ты плачешь — светятся слезой Ресницы синих глаз. Фиалка, полная росой, Роняет свой алмаз. Ты улыбнулась — пред тобой Сапфира блеск погас: Его затмил огонь живой, Сиянье синих глаз.

    Ты плачешь — светятся слезой Ресницы синих глаз. Фиалка, полная росой, Роняет свой алмаз. Ты улыбнулась — пред тобой Сапфира блеск погас: Его затмил огонь живой, Сиянье синих глаз.
14. «

    От адской гекатомбы мертвых тел Сам дьявол содрогнулся...

    От адской гекатомбы мертвых тел Сам дьявол содрогнулся...

    — Видение суда · книга
15. «

    Её платье начинается слишком поздно и заканчивается слишком рано.

    Её платье начинается слишком поздно и заканчивается слишком рано.
16. «

    Трудно сказать, какая форма правления хуже, до того все плохи. А демократическая — хуже всех, ибо что такое демократия, как не аристократия негодяев.

    Трудно сказать, какая форма правления хуже, до того все плохи. А демократическая — хуже всех, ибо что такое демократия, как не аристократия негодяев.
17. «

    Жизнь коротка, стеснен ее полет, В суждениях не терпим мы различий. Фальшив отяготивший нас обычай. Средь наших норм, условностей, приличий Добро случайно, злу преграды нет, Рабы успеха, денег и отличий, На мысль и чувство наложив запрет, Предпочитают тьму, их раздражает свет.

    Жизнь коротка, стеснен ее полет, В суждениях не терпим мы различий. Фальшив отяготивший нас обычай. Средь наших норм, условностей, приличий Добро случайно, злу преграды нет, Рабы успеха, денег и отличий, На мысль и чувство наложив запрет, Предпочитают тьму, их раздражает свет.

    — Паломничество Чайльд-Гарольда · книга
18. «

    Я прежде ненавидел и любил, Теперь умею только издеваться.

    Я прежде ненавидел и любил, Теперь умею только издеваться.

    — Джон Джонсон · книга
19. «

    Два слова «ложь» и «ложе» так похожи — Об этом говорит судьба иных вельмож. В парламенте преподносил он ложь. В аббатстве он покоится на ложе.

    Два слова «ложь» и «ложе» так похожи — Об этом говорит судьба иных вельмож. В парламенте преподносил он ложь. В аббатстве он покоится на ложе.
20. «

    И пес, голодая, на кражу пойдет.

    И пес, голодая, на кражу пойдет.

    — Ода авторам билля, направленного против разрушителей станков · книга