38 лучших цитат — Джованни Боккаччо

Подборка из 38 цитат Джованни Боккаччо: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Прошлые поступки гораздо легче порицать, чем исправлять.

   Прошлые поступки гораздо легче порицать, чем исправлять.

   — Фьямметта · книга
2. «

   ... И кого любовь не могла соединить при жизни, тех в неразрывном союзе соединила смерть.

   ... И кого любовь не могла соединить при жизни, тех в неразрывном союзе соединила смерть.

   — Декамерон · книга
3. «

   Угрозы — оружие тех, кто сам под угрозой.

   Угрозы — оружие тех, кто сам под угрозой.

   — Декамерон · книга
4. «

   Говорят, что умирать хорошо, спасая жизнь другому.

   Говорят, что умирать хорошо, спасая жизнь другому.

   — Амето · книга
5. «

   В большинстве случаев последний, до кого доходят слухи, тот, кого они касаются.

   В большинстве случаев последний, до кого доходят слухи, тот, кого они касаются.

   — Декамерон · книга
6. «

   Да здравствует любовь и да погибнет война и все ее отродье!

   Да здравствует любовь и да погибнет война и все ее отродье!

   — Декамерон · книга
7. «

   Любовь не терпит советов, она следует лишь велениям своего желания.

   Любовь не терпит советов, она следует лишь велениям своего желания.

   — Декамерон · книга
8. «

   Тот не умен, кто мнит ценой смиренья От яростной судьбы себя спасти; Еще глупее тот, кто обойти Пытается тайком ее веленья;

   Тот не умен, кто мнит ценой смиренья От яростной судьбы себя спасти; Еще глупее тот, кто обойти Пытается тайком ее веленья;
9. «

   Прелестные дамы нам трудно бывает знать, что нам надо, ибо, как то часто видали, многие, полагая, что, разбогатев, они будут жить без заботы и опасений, не только просили о том бога молитвенно, но и настоятельно старались о приобретении, не избегая трудов и опасностей, и хотя это им и удавалось, находились-таки люди, которые из желания столь богатого наследия убивали их, а до того, прежде чем те разбогатели, они их любили и берегли их жизнь. Иные, воззойдя из низкого положения среди тысячи опасных битв, кровью братьев и друзей, к высоте царственной власти, в которой полагали высшее счастье, не только увидели и ощутили её полной забот и страхов, но и познали ценою жизни, что за царским столом в золотом кубке пьётся яд.

   Прелестные дамы нам трудно бывает знать, что нам надо, ибо, как то часто видали, многие, полагая, что, разбогатев, они будут жить без заботы и опасений, не только просили о том бога молитвенно, но и настоятельно старались о приобретении, не избегая трудов и опасностей, и хотя это им и удавалось, находились-таки люди, которые из желания столь богатого наследия убивали их, а до того, прежде чем те разбогатели, они их любили и берегли их жизнь. Иные, воззойдя из низкого положения среди тысячи опасных битв, кровью братьев и друзей, к высоте царственной власти, в которой полагали высшее счастье, не только увидели и ощутили её полной забот и страхов, но и познали ценою жизни, что за царским столом в золотом кубке пьётся яд.

   — Памфило · книга
10. «

    Употреби текущее время так, чтобы в старости не корить себя за молодость, прожитую зря.

    Употреби текущее время так, чтобы в старости не корить себя за молодость, прожитую зря.

    — Амето · книга
11. «

    Но разве влюбленные умеют поступать разумно? Наши мысли порывисты; любовники всему верят, потому что любовь — дело беспокойное и опасное.

    Но разве влюбленные умеют поступать разумно? Наши мысли порывисты; любовники всему верят, потому что любовь — дело беспокойное и опасное.

    — Фьямметта · книга
12. «

    В просторечии часто говорится такая присказка, что обманщик попадает под ноги к обманутому, что, кажется, трудно было бы подтвердить каким бы то ни было доводом, если бы не доказывали того приключающиеся дела.

    В просторечии часто говорится такая присказка, что обманщик попадает под ноги к обманутому, что, кажется, трудно было бы подтвердить каким бы то ни было доводом, если бы не доказывали того приключающиеся дела.

    — Филомена · книга
13. «

    Женщины от стыда и страха затаивают любовный пламень в нежной груди своей, а кто через это прошел и на себе испытал, те могут подтвердить, что огонь внутренний сильнее наружного.

    Женщины от стыда и страха затаивают любовный пламень в нежной груди своей, а кто через это прошел и на себе испытал, те могут подтвердить, что огонь внутренний сильнее наружного.

    — Декамерон · книга
14. «

    Соболезновать страждущим — черта истинно человеческая, и хотя это должно быть свойственно каждому из нас, однако в первую очередь мы вправе требовать участия от тех, кто сам его чаял и в ком-либо его находил.

    Соболезновать страждущим — черта истинно человеческая, и хотя это должно быть свойственно каждому из нас, однако в первую очередь мы вправе требовать участия от тех, кто сам его чаял и в ком-либо его находил.

    — Декамерон · книга
15. «

    По моему разумению, благодарность есть самая похвальная изо всех добродетелей, неблагодарность же заслуживает самого сурового порицания.

    По моему разумению, благодарность есть самая похвальная изо всех добродетелей, неблагодарность же заслуживает самого сурового порицания.

    — Декамерон · книга
16. «

    Много людей, в сущности глупейших, выступают учителями.

    Много людей, в сущности глупейших, выступают учителями.

    — Декамерон · книга
17. «

    Для всех смертных вино — вещь отличная.

    Для всех смертных вино — вещь отличная.

    — Декамерон · книга
18. «

    Знаменитые цари и величайшие короли не иным почти искусством, как убийством, и не одного человека, как ты хотел сделать, а бесчисленного множества, выжиганием стран и разрушением городов распространили свои царства, а следовательно, и свою славу.

    Знаменитые цари и величайшие короли не иным почти искусством, как убийством, и не одного человека, как ты хотел сделать, а бесчисленного множества, выжиганием стран и разрушением городов распространили свои царства, а следовательно, и свою славу.

    — Натан · книга
19. «

    Юные дамы, как вам хорошо известно, всякий порок может обратиться в величайший вред для отдающегося ему, а часто и других, в числе прочих, наиболее необузданно увлекающих нас в опасности, представляется мне гнев, а это не что иное, как внезапное и неразумное движение, которое, будучи вызвано ощущением горя, отогнав разум и наведя мрак на наши умственные очи, возжигает в нашей душе пламя ярости.

    Юные дамы, как вам хорошо известно, всякий порок может обратиться в величайший вред для отдающегося ему, а часто и других, в числе прочих, наиболее необузданно увлекающих нас в опасности, представляется мне гнев, а это не что иное, как внезапное и неразумное движение, которое, будучи вызвано ощущением горя, отогнав разум и наведя мрак на наши умственные очи, возжигает в нашей душе пламя ярости.

    — Лауретта · книга
20. «

    Дочь моя, если тебе так не нравятся неприятные люди, как ты это говоришь, и ты желаешь жить весело, не глядись никогда в зеркало.

    Дочь моя, если тебе так не нравятся неприятные люди, как ты это говоришь, и ты желаешь жить весело, не глядись никогда в зеркало.

    — Фреско · книга