19 цитат Джуно Доусона, которые стоит перечитать

Подборка из 19 цитат Джуно Доусона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Райан вспомнил, как в детстве бабушка рассказывала ему басню про льва и мышь. Лев хотел съесть мышь, но мышь убедила льва, что убийство не принесет ему чести. Лев отпустил зверька, но потом его самого схватили охотники. Вспомнив его доброту, мышь сгрызла сети и освободила льва. Райан пока не разобрался, мышь он или лев. Что еще важнее, он не помнил, чем закончилась история. Лев съел мышь? Или убил охотников?

   Райан вспомнил, как в детстве бабушка рассказывала ему басню про льва и мышь. Лев хотел съесть мышь, но мышь убедила льва, что убийство не принесет ему чести. Лев отпустил зверька, но потом его самого схватили охотники. Вспомнив его доброту, мышь сгрызла сети и освободила льва. Райан пока не разобрался, мышь он или лев. Что еще важнее, он не помнил, чем закончилась история. Лев съел мышь? Или убил охотников?

   — Райан Синклер · книга
2. «

   Ты будешь чудовищем, только если станешь вести себя как чудовище.

   Ты будешь чудовищем, только если станешь вести себя как чудовище.

   — Доктор Кто: Великий Доктор · книга
3. «

   — Каков план, Доктор? – спросил Грэм. – Пожалуйста, скажи, что это тот случай, когда у тебя есть реальный план, а не иллюзия. — Как тебе не стыдно? – возмутилась Доктор. – План есть всегда, даже если он заключается в том, чтобы притвориться, что он есть.

   — Каков план, Доктор? – спросил Грэм. – Пожалуйста, скажи, что это тот случай, когда у тебя есть реальный план, а не иллюзия. — Как тебе не стыдно? – возмутилась Доктор. – План есть всегда, даже если он заключается в том, чтобы притвориться, что он есть.

   — Доктор · книга
4. «

   Знаете, я часто задаюсь одним вопросом, и вопрос этот – почему. Почему я путешествую во времени и пространстве? И частенько мне кажется, что все это только ради того, чтобы хоть когда-нибудь, хоть раз мои друзья послушались и остались ждать в ТАРДИС, когда я им скажу это сделать.

   Знаете, я часто задаюсь одним вопросом, и вопрос этот – почему. Почему я путешествую во времени и пространстве? И частенько мне кажется, что все это только ради того, чтобы хоть когда-нибудь, хоть раз мои друзья послушались и остались ждать в ТАРДИС, когда я им скажу это сделать.

   — Доктор · книга
5. «

   — Доктор, тебе и впрямь стоит почаще оглядываться назад – чтобы увидеть, сколько добра ты принесла. Ты меняешь мир к лучшему. Правда! Если мы что-то и изменили, то хотели как лучше. За этот год я поняла одно: в космосе существует и добро, и зло, но ты всегда на стороне добра.

   — Доктор, тебе и впрямь стоит почаще оглядываться назад – чтобы увидеть, сколько добра ты принесла. Ты меняешь мир к лучшему. Правда! Если мы что-то и изменили, то хотели как лучше. За этот год я поняла одно: в космосе существует и добро, и зло, но ты всегда на стороне добра.

   — Доктор · книга
6. «

   — А с оливками что не так? — У нас нет времени подробно обсуждать проблему оливок, Грэм, иначе мы тут на много недель застрянем.

   — А с оливками что не так? — У нас нет времени подробно обсуждать проблему оливок, Грэм, иначе мы тут на много недель застрянем.

   — Доктор · книга
7. «

   — А что с Яс? – спросил Райан. Доктор закусила губу. — Яс сообразительная и способная девушка с отменным певческим голосом. Голос тут вряд ли поможет, но талант игнорировать нельзя. Если она ушла с «мятежниками» по доброй воле, я доверяю ее выбору.

   — А что с Яс? – спросил Райан. Доктор закусила губу. — Яс сообразительная и способная девушка с отменным певческим голосом. Голос тут вряд ли поможет, но талант игнорировать нельзя. Если она ушла с «мятежниками» по доброй воле, я доверяю ее выбору.

   — Доктор · книга
8. «

   — Кто же она такая? — Понятия не имею. Просто незнакомка и ее друзья. Пришли и спасли всех нас.

   — Кто же она такая? — Понятия не имею. Просто незнакомка и ее друзья. Пришли и спасли всех нас.

   — Блейн · книга
9. «

   — У моего народа, Повелителей времени, была своя собственная Книга Истин, и первое правило в ней гласило, что нам нельзя вмешиваться в судьбы мира. Мы должны оставаться безмолвными призраками, которые никогда и нигде не оставляют следов. Яс толкнула Доктора коленом. – И знаешь что? В твоем возрасте я взяла и порвала эту книгу правил. Яс улыбнулась. – Почему меня это не удивляет? – Но иногда я забываю, что все наши действия… имеют последствия. Наследие. Звучит грандиозно, а? Может быть, иногда все же лучше придерживаться старых добрых правил: оставлять все так, как есть.

   — У моего народа, Повелителей времени, была своя собственная Книга Истин, и первое правило в ней гласило, что нам нельзя вмешиваться в судьбы мира. Мы должны оставаться безмолвными призраками, которые никогда и нигде не оставляют следов. Яс толкнула Доктора коленом. – И знаешь что? В твоем возрасте я взяла и порвала эту книгу правил. Яс улыбнулась. – Почему меня это не удивляет? – Но иногда я забываю, что все наши действия… имеют последствия. Наследие. Звучит грандиозно, а? Может быть, иногда все же лучше придерживаться старых добрых правил: оставлять все так, как есть.

   — Доктор · книга
10. «

    Доктор примолкла на секунду. Она перескочила с ноги на ногу, и Райан узнал этот танец – «Убегай прочь или беги навстречу». И он точно знал, что она выберет.

    Доктор примолкла на секунду. Она перескочила с ноги на ногу, и Райан узнал этот танец – «Убегай прочь или беги навстречу». И он точно знал, что она выберет.

    — Доктор · книга
11. «

    — Что, если нам понадобится ваша помощь? Мир еще так хрупок. Что, если? — Забудьте про «если». Будущее открыто перед вами, так что уж потрудитесь его сберечь.

    — Что, если нам понадобится ваша помощь? Мир еще так хрупок. Что, если? — Забудьте про «если». Будущее открыто перед вами, так что уж потрудитесь его сберечь.

    — Оррикс · книга
12. «

    — Жили-были четверо лучших друзей, и любили они путешествовать по свету очень, очень далеко от дома. Они повидали на пути много удивительного и прекрасного, пока однажды не попали в мир, где бушевала война. Два народа не могли договориться, кому принадлежат камни, песок и море. – Никому не принадлежат. – Пожалуй. Каждая сторона считала, что превосходит другую всем – не только оружием и силой, но и кровью, и костями. – Женщина неотрывно смотрела стражнику в глаза, не позволяя отводить взгляд. Гадаполос как будто бы впал в транс. – И вот что забавно: когда после битвы перед ними выросла целая гора мертвых тел, обе стороны в ужасе взглянули на нее и наконец осознали истину… Гадаполос неловко поерзал. – И в чем истина? – В том, что кости у всех белые, а кровь – красная.

    — Жили-были четверо лучших друзей, и любили они путешествовать по свету очень, очень далеко от дома. Они повидали на пути много удивительного и прекрасного, пока однажды не попали в мир, где бушевала война. Два народа не могли договориться, кому принадлежат камни, песок и море. – Никому не принадлежат. – Пожалуй. Каждая сторона считала, что превосходит другую всем – не только оружием и силой, но и кровью, и костями. – Женщина неотрывно смотрела стражнику в глаза, не позволяя отводить взгляд. Гадаполос как будто бы впал в транс. – И вот что забавно: когда после битвы перед ними выросла целая гора мертвых тел, обе стороны в ужасе взглянули на нее и наконец осознали истину… Гадаполос неловко поерзал. – И в чем истина? – В том, что кости у всех белые, а кровь – красная.

    — Доктор · книга
13. «

    Всегда питала слабость к фоторамкам. Особенно после двадцатого века, когда все вокруг перешло на цифровой формат. Потому что именно с тех пор повелось: если уж ты все-таки потрудился распечатать чью-нибудь фотографию и вставить в рамку, значит, этот человек тебе и правда очень дорог.

    Всегда питала слабость к фоторамкам. Особенно после двадцатого века, когда все вокруг перешло на цифровой формат. Потому что именно с тех пор повелось: если уж ты все-таки потрудился распечатать чью-нибудь фотографию и вставить в рамку, значит, этот человек тебе и правда очень дорог.

    — Доктор · книга
14. «

    — Значит, вот кто ты такой? Знамение грядущего апокалипсиса? Грэм покачал головой. – Нет, приятель. Всего лишь отставной водитель автобуса.

    — Значит, вот кто ты такой? Знамение грядущего апокалипсиса? Грэм покачал головой. – Нет, приятель. Всего лишь отставной водитель автобуса.

    — Микадос · книга
15. «

    Когда привыкаешь сама быть главной, очень трудно найти кого-нибудь такого же главного, как ты.

    Когда привыкаешь сама быть главной, очень трудно найти кого-нибудь такого же главного, как ты.

    — Доктор · книга
16. «

    На свете есть много чего очень, очень страшного. Встречаются злые, безумные люди, которые творят ужасные вещи, но она… то есть мы… стараемся им помешать. Мы делаем Вселенную лучше. По крайней мере пытаемся.

    На свете есть много чего очень, очень страшного. Встречаются злые, безумные люди, которые творят ужасные вещи, но она… то есть мы… стараемся им помешать. Мы делаем Вселенную лучше. По крайней мере пытаемся.

    — Райан Синклер · книга
17. «

    — В ближайшее время начнется суд поединком. Я пришел спросить, хотите ли вы стать свидетелем кончины вашего друга. Грэм нахмурился. — Готов поспорить, в школе с тобой ни одна девушка не хотела встречаться. Грэм мог поклясться, что видел, как вздрогнул Микадос. На вопрос тот ответить не удосужился.

    — В ближайшее время начнется суд поединком. Я пришел спросить, хотите ли вы стать свидетелем кончины вашего друга. Грэм нахмурился. — Готов поспорить, в школе с тобой ни одна девушка не хотела встречаться. Грэм мог поклясться, что видел, как вздрогнул Микадос. На вопрос тот ответить не удосужился.

    — Микадос · книга
18. «

    Это пьянящее чувство – осознание, что люди смотрят на тебя, как на доблестного защитника и капризного тирана...

    Это пьянящее чувство – осознание, что люди смотрят на тебя, как на доблестного защитника и капризного тирана...

    — Доктор Кто: Великий Доктор · книга
19. «

    Мне иногда кажется, что на крышу ТАРДИС стоит приклеить зеркало заднего вида. Я всегда так спешу вперед, что порой забываю оглянуться назад.

    Мне иногда кажется, что на крышу ТАРДИС стоит приклеить зеркало заднего вида. Я всегда так спешу вперед, что порой забываю оглянуться назад.

    — Доктор · книга