168 цитат Эдгара Аллана По: от иронии до философии

Ниже 168 цитат Эдгара Аллана По — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я любил ее горячее, чем когда-либо думал, что могу любить земное существо.

   Я любил ее горячее, чем когда-либо думал, что могу любить земное существо.

   — Морелла · книга
2. «

   События самых ранних лет жизни редко оставляют в нашей душе столь заметный след, чтобы он сохранился в зрелые годы. Они превращаются обычно лишь в серую дымку, в неясное беспорядочное воспоминание — смутное скопище малых радостей и невообразимых страданий.

   События самых ранних лет жизни редко оставляют в нашей душе столь заметный след, чтобы он сохранился в зрелые годы. Они превращаются обычно лишь в серую дымку, в неясное беспорядочное воспоминание — смутное скопище малых радостей и невообразимых страданий.

   — Уильям Уилсон · книга
3. «

   И очнувшись от печали, Улыбнулся я вначале.

   И очнувшись от печали, Улыбнулся я вначале.

   — Ворон · книга
4. «

   То, что он почитал главным, были (странно сказать!) всего лишь физические упражнения на свежем воздухе. «Здоровье, достигаемое иными средствами, — говорил он, — едва ли достойно зваться здоровьем».

   То, что он почитал главным, были (странно сказать!) всего лишь физические упражнения на свежем воздухе. «Здоровье, достигаемое иными средствами, — говорил он, — едва ли достойно зваться здоровьем».

   — Поместье Арнгейм · книга
5. «

   Пробуждаясь от самого глубокого сна, мы разрываем зыбкую паутину некоего сновиденья. Но в следующий миг (так тонка эта паутина) мы уже не помним, что нам снилось.

   Пробуждаясь от самого глубокого сна, мы разрываем зыбкую паутину некоего сновиденья. Но в следующий миг (так тонка эта паутина) мы уже не помним, что нам снилось.

   — Колодец и маятник · книга
6. «

   Большинство людей считает мудрецом только того, кто высказывает предположение, идущее вразрез с принятыми представлениями.

   Большинство людей считает мудрецом только того, кто высказывает предположение, идущее вразрез с принятыми представлениями.

   — Тайна Мари Роже · книга
7. «

   Куда только не заносит иного добряка жажда помочь другу — ревностно и безоглядно кидаясь ему на выручку; он часто сбивается, путается в противоречиях и недоразумениях и, руководствуясь намерениями самыми благими, часто вредит беззащитному более, нежели помогает.

   Куда только не заносит иного добряка жажда помочь другу — ревностно и безоглядно кидаясь ему на выручку; он часто сбивается, путается в противоречиях и недоразумениях и, руководствуясь намерениями самыми благими, часто вредит беззащитному более, нежели помогает.

   — Ты еси муж, сотворивший сие. · книга
8. «

   Сколь бессмыслены бывают наши речи, когда мы стремимся придать им особую силу.

   Сколь бессмыслены бывают наши речи, когда мы стремимся придать им особую силу.

   — Метценгерштейн · книга
9. «

   .... Этот черный твой убор Для меня в моей кручине стал эмблемой лжи отныне, – Дай мне снова быть в пустыне! Прочь! Верни душе простор!

   .... Этот черный твой убор Для меня в моей кручине стал эмблемой лжи отныне, – Дай мне снова быть в пустыне! Прочь! Верни душе простор!

   — Ворон · книга
10. «

    Среди раздумья стылых плит Твоя душа себя узрит, — Никто не внидет в сумрак ложа, Твой сокровенный час тревожа.

    Среди раздумья стылых плит Твоя душа себя узрит, — Никто не внидет в сумрак ложа, Твой сокровенный час тревожа.
11. «

    Я вот, например, не гений. Я просто делец, бизнесмен. Мой гроссбус и приходно-расходная книга докажут вам это в одну минуту, замечу без ложной скромности, они всегда у меня в образцовом порядке, поскольку я склонен к аккуратности и пунктуальности. Дела, которыми занимаюсь я, всегда находятся в согласии с обыденными людскими привычками моих ближних.

    Я вот, например, не гений. Я просто делец, бизнесмен. Мой гроссбус и приходно-расходная книга докажут вам это в одну минуту, замечу без ложной скромности, они всегда у меня в образцовом порядке, поскольку я склонен к аккуратности и пунктуальности. Дела, которыми занимаюсь я, всегда находятся в согласии с обыденными людскими привычками моих ближних.

    — Питер Профит · книга
12. «

    Ни один человеческий разум не в силах измыслить такую головоломку, которую другой человек, наделенный определенной смекалкой и правильно ее применяющий, был бы не в силах разгадать.

    Ни один человеческий разум не в силах измыслить такую головоломку, которую другой человек, наделенный определенной смекалкой и правильно ее применяющий, был бы не в силах разгадать.

    — Вильям Легран · книга
13. «

    Он не участвовал в нашем веселье, разве что его лицо, обезображенное чумой, и его глаза, в которых смерть погасила пламя болезни лишь наполовину, казалось, выражали то особое любопытство, какое только умершие способны проявить к забавам обреченных на смерть.

    Он не участвовал в нашем веселье, разве что его лицо, обезображенное чумой, и его глаза, в которых смерть погасила пламя болезни лишь наполовину, казалось, выражали то особое любопытство, какое только умершие способны проявить к забавам обреченных на смерть.
14. «

    Я душевнобольной, но с тяжелыми приступами душевного здоровья.

    Я душевнобольной, но с тяжелыми приступами душевного здоровья.

    — Сочинения · книга
15. «

    ... человек — верный раб привычек, и многие мелочи повседневной жизни только кажутся ему существенно важными, а на самом деле они сделались такими единственно в результате привычки.

    ... человек — верный раб привычек, и многие мелочи повседневной жизни только кажутся ему существенно важными, а на самом деле они сделались такими единственно в результате привычки.

    — Ганс Пфааль · книга
16. «

    Значительная, если не подавляющая, часть истины раскрывается через обстоятельства, на первый взгляд совершенно посторонние.

    Значительная, если не подавляющая, часть истины раскрывается через обстоятельства, на первый взгляд совершенно посторонние.

    — Убийство на улице Морг · книга
17. «

    Почему в красоте усмотрел я воплощение безобразия, в залоге безмятежности — улыбку скорби? Но как в этике зло является следствием добра, так в жизни из радости рождается скорбь: воспоминания о прошлом блаженстве становятся нынешним страданием, и муками оборачиваются несбывшиеся восторги.

    Почему в красоте усмотрел я воплощение безобразия, в залоге безмятежности — улыбку скорби? Но как в этике зло является следствием добра, так в жизни из радости рождается скорбь: воспоминания о прошлом блаженстве становятся нынешним страданием, и муками оборачиваются несбывшиеся восторги.

    — Береника · книга
18. «

    ... Можно рассматривать подобные поступки и стремления как угодно, и все равно останется очевидным, что исходят они исключительно из духа противоречия. Мы совершаем их, ибо понимаем, что не должны их совершать. Никакого объяснимого разумом принципа за ними не кроется; и, право, можно было бы счесть это стремление поступать наперекор прямой подсказкой нечистой силы, если бы порой оно не служило добру...

    ... Можно рассматривать подобные поступки и стремления как угодно, и все равно останется очевидным, что исходят они исключительно из духа противоречия. Мы совершаем их, ибо понимаем, что не должны их совершать. Никакого объяснимого разумом принципа за ними не кроется; и, право, можно было бы счесть это стремление поступать наперекор прямой подсказкой нечистой силы, если бы порой оно не служило добру...

    — Бес противоречия · книга
19. «

    Пути Господни в природе и в Предначертаниях — не наши пути, и уподобления, к которым мы прибегаем, никоим образом несоизмеримы с необъятностью, неисчерпаемостью и непостижимостью его деяний, глубина коих превосходит глубину демокритова колодца.

    Пути Господни в природе и в Предначертаниях — не наши пути, и уподобления, к которым мы прибегаем, никоим образом несоизмеримы с необъятностью, неисчерпаемостью и непостижимостью его деяний, глубина коих превосходит глубину демокритова колодца.

    — Джозеф Гленвилл · книга
20. «

    Математические аксиомы — это отнюдь не аксиомы всеобщей истины. То, что справедливо для взаимоотношений формы и количества, часто оказывается вопиюще ложным в применении, например, к морали. В этой последней положение, что сумма частей равна целому, чаще всего оказывается неверным. Эта аксиома не подходит и для химии. При рассмотрении мотивов она также оказывается неверной.

    Математические аксиомы — это отнюдь не аксиомы всеобщей истины. То, что справедливо для взаимоотношений формы и количества, часто оказывается вопиюще ложным в применении, например, к морали. В этой последней положение, что сумма частей равна целому, чаще всего оказывается неверным. Эта аксиома не подходит и для химии. При рассмотрении мотивов она также оказывается неверной.

    — Дюпен · книга