18 цитат от Эдуарда Тополя

Ниже 18 цитат Эдуарда Тополя — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Высшая раса — это не национальность. Высшая раса — это Бетховен, Шекспир, Чайковский, Толстой, Чарли Чаплин... А Гитлер, Геббельс, Муссолини — это мелкие бесы.

   Высшая раса — это не национальность. Высшая раса — это Бетховен, Шекспир, Чайковский, Толстой, Чарли Чаплин... А Гитлер, Геббельс, Муссолини — это мелкие бесы.

   — Семён Школьников · книга
2. «

   Американцы нам гнали столько материалов, без которых мы не могли формировать свои резервы и не могли бы продолжать войну...

   Американцы нам гнали столько материалов, без которых мы не могли формировать свои резервы и не могли бы продолжать войну...

   — Маршал Жуков · книга
3. «

   Пара американских авиационных баз на Сахалине или под Владивостоком могут остудить японских вояк, так же как одна или две американские базы на Кавказе могут развеять мечты Турции о бакинской нефти...

   Пара американских авиационных баз на Сахалине или под Владивостоком могут остудить японских вояк, так же как одна или две американские базы на Кавказе могут развеять мечты Турции о бакинской нефти...

   — Когда мы были союзниками · книга
4. «

   Секс в жизни семьи не главное. Но его отсутствие может быть решающим.

   Секс в жизни семьи не главное. Но его отсутствие может быть решающим.

   — Алёна и Мартин · книга
5. «

   Человеческий прогресс — это растущий инстинкт самоистребления и уничтожения всей планеты.

   Человеческий прогресс — это растущий инстинкт самоистребления и уничтожения всей планеты.

   — Борис Заточный · книга
6. «

   Наверное… Бог создаёт нас парами, но тут же разъединяет, разбрасывает по континентам, социальным слоям и национальностям. А потом забавляется, наблюдая, как мы ищем свою вторую половину, шарим по глобусу, обманываемся, отчаиваемся, и если соглашаемся на замену, то страдаем от этого до конца своей жизни.

   Наверное… Бог создаёт нас парами, но тут же разъединяет, разбрасывает по континентам, социальным слоям и национальностям. А потом забавляется, наблюдая, как мы ищем свою вторую половину, шарим по глобусу, обманываемся, отчаиваемся, и если соглашаемся на замену, то страдаем от этого до конца своей жизни.

   — Женское время или война полов · книга
7. «

   Судьба — это злобная торговка, подсчитывающая кто, где, сколько, чего и зачем. Она великодушна и божественна. Каждому дается шанс завтра быть лучше, счастливее, любимее. И этот шанс она не взвешивает на весах. Бросает и всё...

   Судьба — это злобная торговка, подсчитывающая кто, где, сколько, чего и зачем. Она великодушна и божественна. Каждому дается шанс завтра быть лучше, счастливее, любимее. И этот шанс она не взвешивает на весах. Бросает и всё...

   — Невинная Настя, или Сто первых мужчин · книга
8. «

   Истребив всех действительно выдающихся и талантливых руководителей и военачальников, от маршалов до комбригов, Сталин оставил вокруг себя только лизоблюдов, способных ежедневно твердить ему, что он гений всех времён и народов, и постепенно сам в этом поверил...

   Истребив всех действительно выдающихся и талантливых руководителей и военачальников, от маршалов до комбригов, Сталин оставил вокруг себя только лизоблюдов, способных ежедневно твердить ему, что он гений всех времён и народов, и постепенно сам в этом поверил...

   — Чарльз Болен · книга
9. «

   В России вы никогда не можете быть уверены в намерениях женщины, даже если она по своей воле пришла вечером к вам в гостиничный номер или в вашу квартиру. Взрослая на вид женщина может оказаться девственницей или ханжой – изнывая от желания, умирая от похоти, она ни за что не снимет трусики. И наоборот – четырнадцатилетняя соседка может зайти к вам якобы за солью или за книжкой, и, пока вы отвернетесь, она уже будет сидеть на вашей кровати, глядя на вас вопросительно взрослыми глазами…

   В России вы никогда не можете быть уверены в намерениях женщины, даже если она по своей воле пришла вечером к вам в гостиничный номер или в вашу квартиру. Взрослая на вид женщина может оказаться девственницей или ханжой – изнывая от желания, умирая от похоти, она ни за что не снимет трусики. И наоборот – четырнадцатилетняя соседка может зайти к вам якобы за солью или за книжкой, и, пока вы отвернетесь, она уже будет сидеть на вашей кровати, глядя на вас вопросительно взрослыми глазами…

   — Россия в постели · книга
10. «

    Магнетическую силу своей фигуры знает каждая красивая женщина.

    Магнетическую силу своей фигуры знает каждая красивая женщина.

    — Когда мы были союзниками · книга
11. «

    ...не нужно смеяться над женщиной, ушибленной любовью. Не нужно.

    ...не нужно смеяться над женщиной, ушибленной любовью. Не нужно.

    — Интимные связи · книга
12. «

    — Сёмен, ты ж инвалид, навищо ты йдешь? — умоляла Мария, идя рядом и держа его за руку. — Так я ж построил цэй бронепоезд! — объяснил он и выдернул руку. Через три дня, 18 августа 1941, в районе станции Анновка бронепоезд «Маршал Буденный» был в упор разбит немецкой артиллерией. Политрука-комиссара Семён Кривонос погиб от прямого попадания снаряда.

    — Сёмен, ты ж инвалид, навищо ты йдешь? — умоляла Мария, идя рядом и держа его за руку. — Так я ж построил цэй бронепоезд! — объяснил он и выдернул руку. Через три дня, 18 августа 1941, в районе станции Анновка бронепоезд «Маршал Буденный» был в упор разбит немецкой артиллерией. Политрука-комиссара Семён Кривонос погиб от прямого попадания снаряда.

    — Когда мы были союзниками · книга
13. «

    Человек — это океан. Вы можете всю жизнь просидеть перед океаном, подсчитывать и оценивать его волны — это плохая и грязная, а эта хорошая, и ни черта не понять даже законов прилива и отлива. Не говоря уже о тайнах океанских глубин. Тот, кто хочет познать жизнь океана, должен нырнуть в него. И желательно — поглубже.

    Человек — это океан. Вы можете всю жизнь просидеть перед океаном, подсчитывать и оценивать его волны — это плохая и грязная, а эта хорошая, и ни черта не понять даже законов прилива и отлива. Не говоря уже о тайнах океанских глубин. Тот, кто хочет познать жизнь океана, должен нырнуть в него. И желательно — поглубже.

    — Алёна и Мартин · книга
14. «

    В России может меняться общественное строй, княжества могут превращаться в царства, царство в империю, а империя — в так называемый Союз Советский Социалистических Республик, но при любой смене вывески власть остаётся вождистской и диктаторской.

    В России может меняться общественное строй, княжества могут превращаться в царства, царство в империю, а империя — в так называемый Союз Советский Социалистических Республик, но при любой смене вывески власть остаётся вождистской и диктаторской.

    — Чарльз Болен · книга
15. «

    Пусть будут немцы, только бы не Советы — хуже всё равно не будет.

    Пусть будут немцы, только бы не Советы — хуже всё равно не будет.

    — Когда мы были союзниками · книга
16. «

    ...как дерутся девчонки — это ужасно, даже парни так не дерутся. Пацаны — что? Ударили друг друга по роже кулаками, и все вроде как подрались. А девчонки — нет. Они становятся в плотный круг, чтобы никто не подошел, и по очереди начинают бить девочку.

    ...как дерутся девчонки — это ужасно, даже парни так не дерутся. Пацаны — что? Ударили друг друга по роже кулаками, и все вроде как подрались. А девчонки — нет. Они становятся в плотный круг, чтобы никто не подошел, и по очереди начинают бить девочку.

    — Невинная Настя, или Сто первых мужчин · книга
17. «

    Гордая нищета — визитная карточка новой советской власти...

    Гордая нищета — визитная карточка новой советской власти...

    — Когда мы были союзниками · книга
18. «

    Далеко не каждый мужчина помнит свой первый оргазм, но нет лётчика, который не помнит свой первый взлёт.

    Далеко не каждый мужчина помнит свой первый оргазм, но нет лётчика, который не помнит свой первый взлёт.

    — Когда мы были союзниками · книга