33 сильных цитаты Эдуарда Тополя

Ниже 33 цитаты Эдуарда Тополя — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Ты в душе моей просто выспался и наутро ушел опять.

   Ты в душе моей просто выспался и наутро ушел опять.

   — Роман о любви и терроре · книга
2. «

   Истребив всех действительно выдающихся и талантливых руководителей и военачальников, от маршалов до комбригов, Сталин оставил вокруг себя только лизоблюдов, способных ежедневно твердить ему, что он гений всех времён и народов, и постепенно сам в этом поверил...

   Истребив всех действительно выдающихся и талантливых руководителей и военачальников, от маршалов до комбригов, Сталин оставил вокруг себя только лизоблюдов, способных ежедневно твердить ему, что он гений всех времён и народов, и постепенно сам в этом поверил...

   — Чарльз Болен · книга
3. «

   Дети, с их природной склонностью к стадности, с удовольствием маршировали под партийные гимны и легко усваивали большевицкие грёзы о скором построении коммунистического рая...

   Дети, с их природной склонностью к стадности, с удовольствием маршировали под партийные гимны и легко усваивали большевицкие грёзы о скором построении коммунистического рая...

   — Когда мы были союзниками · книга
4. «

   Пусть будут немцы, только бы не Советы — хуже всё равно не будет.

   Пусть будут немцы, только бы не Советы — хуже всё равно не будет.

   — Когда мы были союзниками · книга
5. «

   Человек, говорящий о своих неудачах, а тем более о неудачах, связанных с постелью, он искренен, потому что победы мы всегда преувеличиваем, но преувеличивать свои поражения неохота никому, кроме мазохистов.

   Человек, говорящий о своих неудачах, а тем более о неудачах, связанных с постелью, он искренен, потому что победы мы всегда преувеличиваем, но преувеличивать свои поражения неохота никому, кроме мазохистов.

   — Алёна и Мартин · книга
6. «

   Я буквально жила на его чувстве ко мне.

   Я буквально жила на его чувстве ко мне.

   — Алёна и Мартин · книга
7. «

   Пара американских авиационных баз на Сахалине или под Владивостоком могут остудить японских вояк, так же как одна или две американские базы на Кавказе могут развеять мечты Турции о бакинской нефти...

   Пара американских авиационных баз на Сахалине или под Владивостоком могут остудить японских вояк, так же как одна или две американские базы на Кавказе могут развеять мечты Турции о бакинской нефти...

   — Когда мы были союзниками · книга
8. «

   Любой человек поймёт, что идеологию нельзя уничтожить силой, нельзя покончить с ней войной.

   Любой человек поймёт, что идеологию нельзя уничтожить силой, нельзя покончить с ней войной.

   — Когда мы были союзниками · книга
9. «

   Судьба — это злобная торговка, подсчитывающая кто, где, сколько, чего и зачем. Она великодушна и божественна. Каждому дается шанс завтра быть лучше, счастливее, любимее. И этот шанс она не взвешивает на весах. Бросает и всё...

   Судьба — это злобная торговка, подсчитывающая кто, где, сколько, чего и зачем. Она великодушна и божественна. Каждому дается шанс завтра быть лучше, счастливее, любимее. И этот шанс она не взвешивает на весах. Бросает и всё...

   — Невинная Настя, или Сто первых мужчин · книга
10. «

    Магнетическую силу своей фигуры знает каждая красивая женщина.

    Магнетическую силу своей фигуры знает каждая красивая женщина.

    — Когда мы были союзниками · книга
11. «

    Американцы нам гнали столько материалов, без которых мы не могли формировать свои резервы и не могли бы продолжать войну...

    Американцы нам гнали столько материалов, без которых мы не могли формировать свои резервы и не могли бы продолжать войну...

    — Маршал Жуков · книга
12. «

    Любовь — это индивидуальное чувство, направленное мужчиной на одну женщину или женщиной на одного мужчину. Другие не могут их заменить.

    Любовь — это индивидуальное чувство, направленное мужчиной на одну женщину или женщиной на одного мужчину. Другие не могут их заменить.

    — Невинная Настя, или Сто первых мужчин · книга
13. «

    Жить нужно только нынешней минутой.

    Жить нужно только нынешней минутой.

    — Мария Журко · книга
14. «

    Все политики заранее готовят себе место в истории — хоть такие коротышки, как Сталин и Наполеон, хоть такие переростки, как Гарриман, Рузвельт и де Голль.

    Все политики заранее готовят себе место в истории — хоть такие коротышки, как Сталин и Наполеон, хоть такие переростки, как Гарриман, Рузвельт и де Голль.

    — Чарльз Болен · книга
15. «

    Порой, в начале тридцатых, советская власть ещё проявляла великодушие...

    Порой, в начале тридцатых, советская власть ещё проявляла великодушие...

    — Когда мы были союзниками · книга
16. «

    В России вы никогда не можете быть уверены в намерениях женщины, даже если она по своей воле пришла вечером к вам в гостиничный номер или в вашу квартиру. Взрослая на вид женщина может оказаться девственницей или ханжой – изнывая от желания, умирая от похоти, она ни за что не снимет трусики. И наоборот – четырнадцатилетняя соседка может зайти к вам якобы за солью или за книжкой, и, пока вы отвернетесь, она уже будет сидеть на вашей кровати, глядя на вас вопросительно взрослыми глазами…

    В России вы никогда не можете быть уверены в намерениях женщины, даже если она по своей воле пришла вечером к вам в гостиничный номер или в вашу квартиру. Взрослая на вид женщина может оказаться девственницей или ханжой – изнывая от желания, умирая от похоти, она ни за что не снимет трусики. И наоборот – четырнадцатилетняя соседка может зайти к вам якобы за солью или за книжкой, и, пока вы отвернетесь, она уже будет сидеть на вашей кровати, глядя на вас вопросительно взрослыми глазами…

    — Россия в постели · книга
17. «

    Человек — это океан. Вы можете всю жизнь просидеть перед океаном, подсчитывать и оценивать его волны — это плохая и грязная, а эта хорошая, и ни черта не понять даже законов прилива и отлива. Не говоря уже о тайнах океанских глубин. Тот, кто хочет познать жизнь океана, должен нырнуть в него. И желательно — поглубже.

    Человек — это океан. Вы можете всю жизнь просидеть перед океаном, подсчитывать и оценивать его волны — это плохая и грязная, а эта хорошая, и ни черта не понять даже законов прилива и отлива. Не говоря уже о тайнах океанских глубин. Тот, кто хочет познать жизнь океана, должен нырнуть в него. И желательно — поглубже.

    — Алёна и Мартин · книга
18. «

    Что с него возьмёшь? С урода не возьмёшь ничего, кроме анализов.

    Что с него возьмёшь? С урода не возьмёшь ничего, кроме анализов.

    — Алёна и Мартин · книга
19. «

    Чем лучше дела у русских, тем они наглее.

    Чем лучше дела у русских, тем они наглее.

    — Когда мы были союзниками · книга
20. «

    В России может меняться общественное строй, княжества могут превращаться в царства, царство в империю, а империя — в так называемый Союз Советский Социалистических Республик, но при любой смене вывески власть остаётся вождистской и диктаторской.

    В России может меняться общественное строй, княжества могут превращаться в царства, царство в империю, а империя — в так называемый Союз Советский Социалистических Республик, но при любой смене вывески власть остаётся вождистской и диктаторской.

    — Чарльз Болен · книга