50 цитат, которые говорила Елена Котова: жизненные цитаты

Ниже 50 цитат Елены Котова: жизненные цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Удивительным был город Тамбов того времени, да и вся Тамбовщина с ее странной, во многом дикой культурой, то ли русской, то ли мордовской, а в чем-то и татарской. Любовь высшего сословия к старым русским традициям прекрасно уживалась с его любовью к западному вольнодумству, к культуре европейской.

   Удивительным был город Тамбов того времени, да и вся Тамбовщина с ее странной, во многом дикой культурой, то ли русской, то ли мордовской, а в чем-то и татарской. Любовь высшего сословия к старым русским традициям прекрасно уживалась с его любовью к западному вольнодумству, к культуре европейской.

   — Елена Котова · книга
2. «

   «Бедный город, но до чего же sexy», — повторяют и горожане, и приезжие. В нём соседство разных мировоззрений, богатство, стыдящееся показухи, атмосфера вдохновения. Он креативнее Лондона, намного свободнее Парижа, гораздо скромнее Нью-Йорка.

   «Бедный город, но до чего же sexy», — повторяют и горожане, и приезжие. В нём соседство разных мировоззрений, богатство, стыдящееся показухи, атмосфера вдохновения. Он креативнее Лондона, намного свободнее Парижа, гораздо скромнее Нью-Йорка.

   — Елена Котова
3. «

   Не нравилось ему и знакомство с настоящим безденежьем, не нравилось питаться спагетти и замороженной курицей, покупать в день по два банана. Не нравилось думать о том, что будет, когда купленные мамой шмотки износятся. Не нравилась, что и сама новая жизнь, в которую он с таким трудом вырвался, оказалась скучной и убогой.

   Не нравилось ему и знакомство с настоящим безденежьем, не нравилось питаться спагетти и замороженной курицей, покупать в день по два банана. Не нравилось думать о том, что будет, когда купленные мамой шмотки износятся. Не нравилась, что и сама новая жизнь, в которую он с таким трудом вырвался, оказалась скучной и убогой.

   — Елена Котова · книга
4. «

   Рольф не вынесет ее процесса в Лондоне, не сможет пережить, если она окажется в тюрьме. В реальность тюрьмы в России можно было не верить, Россия далеко. А английскую тюрьму ему придется как-то встраивать в собственную жизнь. Это уже не «вальенки, вальенки...» — чужие слова чужой зазубренной песни.

   Рольф не вынесет ее процесса в Лондоне, не сможет пережить, если она окажется в тюрьме. В реальность тюрьмы в России можно было не верить, Россия далеко. А английскую тюрьму ему придется как-то встраивать в собственную жизнь. Это уже не «вальенки, вальенки...» — чужие слова чужой зазубренной песни.

   — Елена Котова · книга
5. «

   Всегда хочется, чтобы любовь не причинила боли. Но даже боль — это тоже нормально. И ошибки — нормально. Это взросление.

   Всегда хочется, чтобы любовь не причинила боли. Но даже боль — это тоже нормально. И ошибки — нормально. Это взросление.

   — Елена Котова · книга
6. «

   Старость чаще всего описывают как очень грустное время, и проживают ее люди чаще грустно, а почему? Неужели нет счастливой старости, и не потому, что жизнь у кого-то легка, а потому и старость уютна?

   Старость чаще всего описывают как очень грустное время, и проживают ее люди чаще грустно, а почему? Неужели нет счастливой старости, и не потому, что жизнь у кого-то легка, а потому и старость уютна?

   — Елена Котова · книга
7. «

   …все-таки главный смысл там в том, что человеку необходимо быть частью чего-то. Но не стада, понимаешь? Те, кто не задумывается, откуда и куда они идут, начинают оносороживаться.

   …все-таки главный смысл там в том, что человеку необходимо быть частью чего-то. Но не стада, понимаешь? Те, кто не задумывается, откуда и куда они идут, начинают оносороживаться.

   — Елена Котова
8. «

   Англия подожгла мир и воспаленные умы всех имевшихся в этом мире нищих, отрицающих все то, чего у них самих быть не могло, – собственность, богатство, корни, брак. А для пущей веры в святость затеянного пожара – в лучших и умом непостижимых британских традициях – не пожалела для его растопки своей собственной аристократии.

   Англия подожгла мир и воспаленные умы всех имевшихся в этом мире нищих, отрицающих все то, чего у них самих быть не могло, – собственность, богатство, корни, брак. А для пущей веры в святость затеянного пожара – в лучших и умом непостижимых британских традициях – не пожалела для его растопки своей собственной аристократии.

   — Елена Котова · книга
9. «

   Мы молоды, пока живем в «одном формате» с нашими детьми. Пока те, кому 25-35 любят нас за то, что мы клевые, а не потому, что мы родители. Пока их любовь к нам свободна от снисходительности и терпения медсестры или сиделки.

   Мы молоды, пока живем в «одном формате» с нашими детьми. Пока те, кому 25-35 любят нас за то, что мы клевые, а не потому, что мы родители. Пока их любовь к нам свободна от снисходительности и терпения медсестры или сиделки.

   — Елена Котова
10. «

    Зачем-то ввязываюсь с бабушкой в разговор, бабушкино резюме сводится к тому, что «все кругом бандиты, закона никакого и справедливости никакой. Волчьи нравы. Что ты рвешься отсюда, тут не сахар, но все лучше, чем на нарах. И стучишь все время на своем… этом… буке. Телевизор бы посмотрела, тебе тут отдыхать положено».

    Зачем-то ввязываюсь с бабушкой в разговор, бабушкино резюме сводится к тому, что «все кругом бандиты, закона никакого и справедливости никакой. Волчьи нравы. Что ты рвешься отсюда, тут не сахар, но все лучше, чем на нарах. И стучишь все время на своем… этом… буке. Телевизор бы посмотрела, тебе тут отдыхать положено».

    — Елена Котова · книга
11. «

    «Почему русские не улыбаются?». Любят иностранцы мусолить этот вопрос. Русские, мол, никому не доверяют, страдания им необходимы, они истеричны, и вообще, эта загадочная русская душа... Это они так русского человека объясняют, дебилы... Не чтоб понять, а чтоб самим понятно было.

    «Почему русские не улыбаются?». Любят иностранцы мусолить этот вопрос. Русские, мол, никому не доверяют, страдания им необходимы, они истеричны, и вообще, эта загадочная русская душа... Это они так русского человека объясняют, дебилы... Не чтоб понять, а чтоб самим понятно было.

    — Елена Котова
12. «

    Скляр, действительно, был крайне педантичен и внимателен. Но отнюдь не только к мелочам. Он подмечал все несовершенства мира, порой непроизвольно искал, как исправить — или использовать — их самым эффективным образом. Его не заботила репутация рейдера, скорее, он гордился ею. Он очищает мир от ненужных наростов и занимается этим не только по природной жадности, которой тоже гордится, а во благо человечества.

    Скляр, действительно, был крайне педантичен и внимателен. Но отнюдь не только к мелочам. Он подмечал все несовершенства мира, порой непроизвольно искал, как исправить — или использовать — их самым эффективным образом. Его не заботила репутация рейдера, скорее, он гордился ею. Он очищает мир от ненужных наростов и занимается этим не только по природной жадности, которой тоже гордится, а во благо человечества.

    — Елена Котова · книга
13. «

    Так достали, нет сил! Нет их, чтобы подумать, как мы сами – мы! — творим именно то, что нас достало. На работе, в ресторане, в барбершопе… Везде, где есть контрактные отношения. Которые должны быть человеческими.

    Так достали, нет сил! Нет их, чтобы подумать, как мы сами – мы! — творим именно то, что нас достало. На работе, в ресторане, в барбершопе… Везде, где есть контрактные отношения. Которые должны быть человеческими.

    — Елена Котова
14. «

    Общество, лишенное согласия и общих целей, — это уже диагноз! Люди не знают, откуда берутся деньги, и не понимают, почему простой достаток — вечная битва в одиночку.

    Общество, лишенное согласия и общих целей, — это уже диагноз! Люди не знают, откуда берутся деньги, и не понимают, почему простой достаток — вечная битва в одиночку.

    — Елена Котова · книга
15. «

    Он умел сопереживать, не разделяя эмоций друзей, считая это не изъяном души, а воспитанием чувств. Если бы он сам переживал то, что переживают друзья и — уж тем более — подзащитные... От актера же не требуют подлинных страданий на сцене.

    Он умел сопереживать, не разделяя эмоций друзей, считая это не изъяном души, а воспитанием чувств. Если бы он сам переживал то, что переживают друзья и — уж тем более — подзащитные... От актера же не требуют подлинных страданий на сцене.

    — Елена Котова · книга
16. «

    Рольф оставил ее, как любимую собаку, привязав веревкой к фонарному столбу на станции, а сам уходит... Уходит и оглядывается. Уговаривая себя, что справится, что все рано или поздно пройдет. Но оглядывается. Потому что знает, что ни хрена не пройдет.

    Рольф оставил ее, как любимую собаку, привязав веревкой к фонарному столбу на станции, а сам уходит... Уходит и оглядывается. Уговаривая себя, что справится, что все рано или поздно пройдет. Но оглядывается. Потому что знает, что ни хрена не пройдет.

    — Елена Котова · книга
17. «

    Свобода нужна каждому, как воздух. Правда, большинство так не думает. Но это просто потому, что человек не умеет ценить того, что у него есть.

    Свобода нужна каждому, как воздух. Правда, большинство так не думает. Но это просто потому, что человек не умеет ценить того, что у него есть.

    — Елена Котова · книга
18. «

    Берлин с его безбрежным потенциалом продолжает импровизировать и в начале XXI века претендует на звание «моста» между западным развитым миром и рынками развивающимися.

    Берлин с его безбрежным потенциалом продолжает импровизировать и в начале XXI века претендует на звание «моста» между западным развитым миром и рынками развивающимися.

    — Елена Котова
19. «

    Без гуляющих по ночам толп, разгоряченных алкоголем, не представить себе ни Сохо, ни Кройцберг, ни Трайбеку в Нью-Йорке. Кому это не по нраву, живут в других местах. Не менее, а чаще более престижных и дорогих.

    Без гуляющих по ночам толп, разгоряченных алкоголем, не представить себе ни Сохо, ни Кройцберг, ни Трайбеку в Нью-Йорке. Кому это не по нраву, живут в других местах. Не менее, а чаще более престижных и дорогих.

    — Елена Котова
20. «

    В Москве зима длится вечность, а прошедшие осень и зима измерялись даже не по-московски, а по-северному.

    В Москве зима длится вечность, а прошедшие осень и зима измерялись даже не по-московски, а по-северному.

    — Елена Котова · книга