15 цитат Элизабета Гилберт: цитаты о любви

Подборка из 15 цитат Элизабета Гилберт: цитаты о любви: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ...в конце концов все сводится к одному простому вопросу: хочешь ли ты до конца жизни прижиматься животом к животу партнера или нет?

   ...в конце концов все сводится к одному простому вопросу: хочешь ли ты до конца жизни прижиматься животом к животу партнера или нет?

   — Элизабет Гилберт · книга
2. «

   Отчаянно влюблённые люди всегда воспринимают своих возлюбленных как вымышленных героев и требуют, чтобы они были именно такими, как им нужно, а когда те отказываются выполнять предназначенную роль, чувствуют себя несчастными.

   Отчаянно влюблённые люди всегда воспринимают своих возлюбленных как вымышленных героев и требуют, чтобы они были именно такими, как им нужно, а когда те отказываются выполнять предназначенную роль, чувствуют себя несчастными.

   — Элизабет Гилберт · книга
3. «

   — Но я люблю его. — Так люби дальше. — Но я скучаю! — Скучай. Каждый раз, когда вспомнишь о нём, дари ему частичку любви и света, а потом отпускай эти мысли.

   — Но я люблю его. — Так люби дальше. — Но я скучаю! — Скучай. Каждый раз, когда вспомнишь о нём, дари ему частичку любви и света, а потом отпускай эти мысли.

   — Элизабет Гилберт · книга
4. «

   Он даже меня воспринимал как данность – так что, сама понимаешь, у меня не было выбора, кроме как воспылать к нему неодолимой страстью.

   Он даже меня воспринимал как данность – так что, сама понимаешь, у меня не было выбора, кроме как воспылать к нему неодолимой страстью.

   — Элизабет Гилберт · книга
5. «

   Пойми, плейбоев в мире пруд пруди, но большинство из них не умеет наслаждаться обществом женщины после того, как получит от неё желаемое. Мужчина, который способен очаровать любую женщину, но не ценит ни одну из них, от таких стоит держаться подальше.

   Пойми, плейбоев в мире пруд пруди, но большинство из них не умеет наслаждаться обществом женщины после того, как получит от неё желаемое. Мужчина, который способен очаровать любую женщину, но не ценит ни одну из них, от таких стоит держаться подальше.

   — Элизабет Гилберт · книга
6. «

   Разбитое сердце – хороший знак. Знак того, что ты хотя бы попытался кого-нибудь полюбить.

   Разбитое сердце – хороший знак. Знак того, что ты хотя бы попытался кого-нибудь полюбить.

   — Элизабет Гилберт · книга
7. «

   Только молодые и глупые люди чувствуют себя уверенно в любви!

   Только молодые и глупые люди чувствуют себя уверенно в любви!

   — Элизабет Гилберт · книга
8. «

   Ведь мы любили друг друга. В этом никто никогда не сомневался. Просто мы так и не выяснили, как жить вместе, не причиняя друг другу невыносимую, острую, душераздирающую боль...

   Ведь мы любили друг друга. В этом никто никогда не сомневался. Просто мы так и не выяснили, как жить вместе, не причиняя друг другу невыносимую, острую, душераздирающую боль...

   — Элизабет Гилберт · книга
9. «

   Если уж я люблю, то отдаю всё без остатка. Свое время, преданность, тело, деньги, семью, собаку, деньги моей собаки, время собаки: всё — значит всё. Если я люблю, то готова взять на себя чужую боль, чужие долги (во всех смыслах этого слова) и защитить любимого от его же комплексов, а также наделить его воображаемыми хорошими качествами, которых у него и в помине не было. Я готова накупить рождественских подарков для всех членов его семьи. Ради него я способна вызвать солнце и дождь, и если сразу не выйдет, то в следующий раз уж точно. Отдав другому всё это и полкоролевства в придачу, я в конце концов почувствую себя полностью истощенной и измученной, и лишь одно будет способно восстановить мои силы? Слепая влюбленность в следующего. Гордиться тут нечем, но так было всегда.

   Если уж я люблю, то отдаю всё без остатка. Свое время, преданность, тело, деньги, семью, собаку, деньги моей собаки, время собаки: всё — значит всё. Если я люблю, то готова взять на себя чужую боль, чужие долги (во всех смыслах этого слова) и защитить любимого от его же комплексов, а также наделить его воображаемыми хорошими качествами, которых у него и в помине не было. Я готова накупить рождественских подарков для всех членов его семьи. Ради него я способна вызвать солнце и дождь, и если сразу не выйдет, то в следующий раз уж точно. Отдав другому всё это и полкоролевства в придачу, я в конце концов почувствую себя полностью истощенной и измученной, и лишь одно будет способно восстановить мои силы? Слепая влюбленность в следующего. Гордиться тут нечем, но так было всегда.

   — Элизабет Гилберт · книга
10. «

    Что касается мужчин, в жизни я приняла немало поспешных решений. Я всегда влюблялась очертя голову и не оценивая риск. У меня есть такая особенность: я не только вижу в людях лишь хорошее, но и полагаю, что каждый обладает нужными эмоциональными качествами, чтобы достичь совершенства. Сколько раз я влюблялась в это «совершенство», а не в самого мужчину, а потом долго цеплялась за отношения (порой даже чересчур долго), все ждала, когда же мой возлюбленный осуществит свой потенциал. В любви я не раз падала жертвой собственного оптимизма.

    Что касается мужчин, в жизни я приняла немало поспешных решений. Я всегда влюблялась очертя голову и не оценивая риск. У меня есть такая особенность: я не только вижу в людях лишь хорошее, но и полагаю, что каждый обладает нужными эмоциональными качествами, чтобы достичь совершенства. Сколько раз я влюблялась в это «совершенство», а не в самого мужчину, а потом долго цеплялась за отношения (порой даже чересчур долго), все ждала, когда же мой возлюбленный осуществит свой потенциал. В любви я не раз падала жертвой собственного оптимизма.

    — Элизабет Гилберт · книга
11. «

    Последняя стадия отчаянной любви — полная и жестокая деградация собственного Я.

    Последняя стадия отчаянной любви — полная и жестокая деградация собственного Я.

    — Элизабет Гилберт · книга
12. «

    Любой опыт близких отношений где-то под первоначальной милой наружностью скрывает потенциальную возможность обернуться полной катастрофой — как змея, свернувшаяся клубком.

    Любой опыт близких отношений где-то под первоначальной милой наружностью скрывает потенциальную возможность обернуться полной катастрофой — как змея, свернувшаяся клубком.

    — Элизабет Гилберт · книга
13. «

    — Подумаешь... Ну влюбилась. Неужели не понимаешь, как всё произошло? Этот человек затронул глубины твоего сердца, которые всегда казались тебе недоступными, и ты подсела на это, как на наркотик. Но та любовь была всего лишь стартовой точкой. Тебе всего лишь дали распробовать немножко. И ты любовь — барахло, куцые чувства смертных людишек. Погоди, скоро ты поймёшь, что способна любить намного глубже. Хомяк, в тебе есть силы в один прекрасный день полюбить весь мир. Таково твоё предназначение. Не смейся. — Я не смеюсь. — Вообще-то, я плакала.

    — Подумаешь... Ну влюбилась. Неужели не понимаешь, как всё произошло? Этот человек затронул глубины твоего сердца, которые всегда казались тебе недоступными, и ты подсела на это, как на наркотик. Но та любовь была всего лишь стартовой точкой. Тебе всего лишь дали распробовать немножко. И ты любовь — барахло, куцые чувства смертных людишек. Погоди, скоро ты поймёшь, что способна любить намного глубже. Хомяк, в тебе есть силы в один прекрасный день полюбить весь мир. Таково твоё предназначение. Не смейся. — Я не смеюсь. — Вообще-то, я плакала.

    — Элизабет Гилберт · книга
14. «

    Рыба может влюбиться в птицу, но где они будут жить?... Я была птицей, которая умела плавать, а Фелипе — рыбой, которая умела летать.

    Рыба может влюбиться в птицу, но где они будут жить?... Я была птицей, которая умела плавать, а Фелипе — рыбой, которая умела летать.

    — Элизабет Гилберт · книга
15. «

    Я люблю тебя, я никогда тебя не оставлю, я всегда буду охранять тебя.

    Я люблю тебя, я никогда тебя не оставлю, я всегда буду охранять тебя.

    — Элизабет Гилберт · книга