170 цитат Эмиля Золи для тех, кто любит думать

Эмиль Золя — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 170 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Никогда насилие не приводило к добру. В один день мир не переделаешь. И кто обещает вам переменить все сразу, тот либо болтун, либо мошенник.

   Никогда насилие не приводило к добру. В один день мир не переделаешь. И кто обещает вам переменить все сразу, тот либо болтун, либо мошенник.

   — Раснер · книга
2. «

   Да, что правда, то правда: здесь ели не на шутку! Оно и понятно — когда в кои-то веки доберешься до вкусного куска, то глупо церемониться!

   Да, что правда, то правда: здесь ели не на шутку! Оно и понятно — когда в кои-то веки доберешься до вкусного куска, то глупо церемониться!

   — Западня · книга
3. «

   Светские женщины отнюдь не отличаются добротой, а когда они осмеливаются обнажить свою душу, получается малопривлекательная картина.

   Светские женщины отнюдь не отличаются добротой, а когда они осмеливаются обнажить свою душу, получается малопривлекательная картина.

   — Дамское счастье · книга
4. «

   Религия закрывает глаза на многие слабости людские, лишь бы соблюдались приличия.

   Религия закрывает глаза на многие слабости людские, лишь бы соблюдались приличия.

   — Нана · книга
5. «

   Попробуй-ка пожелать женщину и добиться ее: один миг вознаградит тебя за все страдания.

   Попробуй-ка пожелать женщину и добиться ее: один миг вознаградит тебя за все страдания.

   — Октав Муре · книга
6. «

   Он почувствовал в этой девушке скрытую прелесть, незаурядное изящество и нежность, которых она и сама за собой не знала.

   Он почувствовал в этой девушке скрытую прелесть, незаурядное изящество и нежность, которых она и сама за собой не знала.

   — Дамское счастье · книга
7. «

   Еще один банк, мой милый друг, еще один банк! Уж если бы я куда-нибудь и вложил деньги, так в какую — нибудь машину, да в гильотину, чтобы рубить головы всем этим банкам, которые теперь основываются.

   Еще один банк, мой милый друг, еще один банк! Уж если бы я куда-нибудь и вложил деньги, так в какую — нибудь машину, да в гильотину, чтобы рубить головы всем этим банкам, которые теперь основываются.

   — Гундерман · книга
8. «

   Заработная плата — это новая форма рабства.

   Заработная плата — это новая форма рабства.

   — Этьен · книга
9. «

   Абсолютного зла не существует. Человек не бывает злым ко всем на свете, есть всегда кто-то, кому он делает добро.

   Абсолютного зла не существует. Человек не бывает злым ко всем на свете, есть всегда кто-то, кому он делает добро.
10. «

    — Ваш театр… – начал он вкрадчиво. Борднав спокойно поправил его, подсказав то глупое слово, которое не смущает людей, любящих называть вещи своими именами. — Скажите уж прямо – публичный дом.

    — Ваш театр… – начал он вкрадчиво. Борднав спокойно поправил его, подсказав то глупое слово, которое не смущает людей, любящих называть вещи своими именами. — Скажите уж прямо – публичный дом.

    — Нана · книга
11. «

    Один очень талантливый писатель в ответ на мою жалобу на то, что я не нахожу сочувствия у критики, мудро ответил мне: «У вас есть существенный недостаток, который закроет перед вами все двери: вы и двух минут не можете поговорить с дураком, не дав ему понять, что он дурак».

    Один очень талантливый писатель в ответ на мою жалобу на то, что я не нахожу сочувствия у критики, мудро ответил мне: «У вас есть существенный недостаток, который закроет перед вами все двери: вы и двух минут не можете поговорить с дураком, не дав ему понять, что он дурак».

    — Тереза Ракен · книга
12. «

    Разве вам непременно нужны бог и рай, чтобы быть счастливыми? Разве вы не можете сами создать себе счастье на земле?

    Разве вам непременно нужны бог и рай, чтобы быть счастливыми? Разве вы не можете сами создать себе счастье на земле?

    — Этьен · книга
13. «

    Жена его, молча о чем-то думавшая, вдруг словно очнулась: — Да если бы еще правду священники говорили, что беднякам на том свете хорошо будет, а богачам — плохо. Ее слова прервал взрыв хохота; даже дети пожимали плечами, никто не верил в потустороннюю благодать; углекопы по-прежнему боялись привидений, блуждающих в шахтах, но насмехались над пустыми небесами.

    Жена его, молча о чем-то думавшая, вдруг словно очнулась: — Да если бы еще правду священники говорили, что беднякам на том свете хорошо будет, а богачам — плохо. Ее слова прервал взрыв хохота; даже дети пожимали плечами, никто не верил в потустороннюю благодать; углекопы по-прежнему боялись привидений, блуждающих в шахтах, но насмехались над пустыми небесами.

    — Маэ · книга
14. «

    Взгляните на эту прекрасную ночь, на этот ненарушимый покой, — что перед ними ваше страстное волнение!

    Взгляните на эту прекрасную ночь, на этот ненарушимый покой, — что перед ними ваше страстное волнение!

    — аббат Жув · книга
15. «

    Недра земли, как и сама земля, принадлежат всему народу, а различные Компании безраздельно пользуются ими только благодаря гнусной привилегии...

    Недра земли, как и сама земля, принадлежат всему народу, а различные Компании безраздельно пользуются ими только благодаря гнусной привилегии...

    — Жерминаль · книга
16. «

    Нана, видя его смирение, злобно торжествовала. У нее была инстинктивная потребность унижать людей; ей мало было уничтожать, она стремилась смешать с грязью. Прикосновение ее холеных рук не только оставляло отвратительные следы, оно разлагало все, что было ими сломано.

    Нана, видя его смирение, злобно торжествовала. У нее была инстинктивная потребность унижать людей; ей мало было уничтожать, она стремилась смешать с грязью. Прикосновение ее холеных рук не только оставляло отвратительные следы, оно разлагало все, что было ими сломано.

    — Нана · книга
17. «

    Когда люди знают, что правда на их стороне, это придаёт им духу, и в конце концов они всегда своего добьются.

    Когда люди знают, что правда на их стороне, это придаёт им духу, и в конце концов они всегда своего добьются.

    — Жерминаль · книга
18. «

    Лабордет свистнул с некоторым недоверием. Он не верил в смерть Вандевра. Кто-то уверял, будто видел, как он спасся через окно. Он поджег конюшню в припадке умопомешательства, но, видно, как только стало слишком жарко, сразу опомнился. Человек, который так глупо вел себя с женщинами, такой пустой человек не мог умереть с подобной смелостью. Нана разочарованно слушала и сказала, не найдя ничего другого: – Ах, несчастный! Это было так красиво!

    Лабордет свистнул с некоторым недоверием. Он не верил в смерть Вандевра. Кто-то уверял, будто видел, как он спасся через окно. Он поджег конюшню в припадке умопомешательства, но, видно, как только стало слишком жарко, сразу опомнился. Человек, который так глупо вел себя с женщинами, такой пустой человек не мог умереть с подобной смелостью. Нана разочарованно слушала и сказала, не найдя ничего другого: – Ах, несчастный! Это было так красиво!

    — Нана · книга
19. «

    Солнце опыляло бледное небо золотистым светом. Лучи медленно струились между безлистными ветками. Деревья алели, нежные лиловые почки смягчали серый тон коры. На лужайке, вдоль аллей, травинки и камешки мерцали бликами света, чуть затуманенными легкой дымкой, скользившей над самой землей. Еще не видно было ни цветка, — лишь солнце, ласково озарявшее голую землю, возвещало весну.

    Солнце опыляло бледное небо золотистым светом. Лучи медленно струились между безлистными ветками. Деревья алели, нежные лиловые почки смягчали серый тон коры. На лужайке, вдоль аллей, травинки и камешки мерцали бликами света, чуть затуманенными легкой дымкой, скользившей над самой землей. Еще не видно было ни цветка, — лишь солнце, ласково озарявшее голую землю, возвещало весну.

    — Страница любви · книга
20. «

    — Знаете, они ведь отомстят. — О ком это вы? — спросил Муре, уже потерявший нить разговора. — Да о женщинах.

    — Знаете, они ведь отомстят. — О ком это вы? — спросил Муре, уже потерявший нить разговора. — Да о женщинах.

    — Октав Муре · книга