73 афоризмов Эриха Фромма

Ниже 73 цитаты Эриха Фромма — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   ...воспоминание о материнской любви — самое утешительное воспоминание для того, кто чувствует себя потерянным и брошенным.

   ...воспоминание о материнской любви — самое утешительное воспоминание для того, кто чувствует себя потерянным и брошенным.

   — Вы будете как боги · книга
2. «

   Не скучать самому и не становиться в тягость другому — одно из главных условий любви.

   Не скучать самому и не становиться в тягость другому — одно из главных условий любви.

   — Искусство любить · книга
3. «

   Никакой человек не может быть средством для целей другого человека.

   Никакой человек не может быть средством для целей другого человека.

   — Искусство любить · книга
4. «

   ... Именно стремление к власти является наиболее характерной формой проявления садизма.

   ... Именно стремление к власти является наиболее характерной формой проявления садизма.

   — Бегство от Свободы · книга
5. «

   Человеческое счастье сегодня состоит в том, чтобы развлекаться. Развлекаться это значит получать удовольствие от употребления и потребления товаров, зрелищ, пищи, напитков, сигарет, людей, лекций, книг, кинокартин — всё потребляется, поглощается. Мир это один большой предмет нашего аппетита, большое яблоко, большая бутылка, большая грудь; мы — сосунки, вечно чего-то ждущие, вечно на что-то надеющиеся — и вечно разочарованные. Наш характер приспособлен к тому, чтобы обменивать и получать, торговать и потреблять; все предметы, как духовные, так и материальные, становятся предметом обмена и потребления. Там, где дело касается любви, ситуация соответствует по необходимости социальному характеру современного человека. Автоматы не могут любить; они могут обменивать свои «личные пакеты» и надеяться на удачную сделку!

   Человеческое счастье сегодня состоит в том, чтобы развлекаться. Развлекаться это значит получать удовольствие от употребления и потребления товаров, зрелищ, пищи, напитков, сигарет, людей, лекций, книг, кинокартин — всё потребляется, поглощается. Мир это один большой предмет нашего аппетита, большое яблоко, большая бутылка, большая грудь; мы — сосунки, вечно чего-то ждущие, вечно на что-то надеющиеся — и вечно разочарованные. Наш характер приспособлен к тому, чтобы обменивать и получать, торговать и потреблять; все предметы, как духовные, так и материальные, становятся предметом обмена и потребления. Там, где дело касается любви, ситуация соответствует по необходимости социальному характеру современного человека. Автоматы не могут любить; они могут обменивать свои «личные пакеты» и надеяться на удачную сделку!

   — Искусство любить · книга
6. «

   Уважение — это не страх и благоговение; оно означает в соответствии с корнем слова (respicere = to look at) способность видеть человека таким, каков он есть, осознавать его уникальную индивидуальность. Уважение означает желание, чтобы другой человек рос и развивался таким, каков он есть.

   Уважение — это не страх и благоговение; оно означает в соответствии с корнем слова (respicere = to look at) способность видеть человека таким, каков он есть, осознавать его уникальную индивидуальность. Уважение означает желание, чтобы другой человек рос и развивался таким, каков он есть.

   — Искусство любить · книга
7. «

   Только тот, кто верен себе самому, может быть верен другим.

   Только тот, кто верен себе самому, может быть верен другим.
8. «

   Если бы вещи могли разговаривать, то на вопрос «Кто ты?» пишущая машинка ответила бы: «Я — пишущая машинка», автомобиль сказал бы: «Я — автомобиль» или более конкретно: Я — «форд» либо «бьюик», либо «кадиллак». Если же вы спрашиваете человека, кто он, он отвечает: «Я — фабрикант», «Я — служащий», «Я — доктор» или «Я — женатый человек» или «Я — отец двоих детей», и его ответ будет означать почти то же самое, что означал бы ответ говорящей вещи. Так уж он воспринимает себя: не человеком с его любовью, страхами, убеждениями и сомнениями, а чем-то абстрактным, отчужденным от своей подлинной сущности, выполняющим определенную функцию в социальной системе. Его самооценка зависит от того, насколько он преуспеет: может ли он удачно продать себя, может ли получить за себя больше того, с чего он начинал, удачлив ли он.

   Если бы вещи могли разговаривать, то на вопрос «Кто ты?» пишущая машинка ответила бы: «Я — пишущая машинка», автомобиль сказал бы: «Я — автомобиль» или более конкретно: Я — «форд» либо «бьюик», либо «кадиллак». Если же вы спрашиваете человека, кто он, он отвечает: «Я — фабрикант», «Я — служащий», «Я — доктор» или «Я — женатый человек» или «Я — отец двоих детей», и его ответ будет означать почти то же самое, что означал бы ответ говорящей вещи. Так уж он воспринимает себя: не человеком с его любовью, страхами, убеждениями и сомнениями, а чем-то абстрактным, отчужденным от своей подлинной сущности, выполняющим определенную функцию в социальной системе. Его самооценка зависит от того, насколько он преуспеет: может ли он удачно продать себя, может ли получить за себя больше того, с чего он начинал, удачлив ли он.

   — Здоровое общество · книга
9. «

   Я верю в свободу, в право человека быть самим собой, отстаивать себя и давать отпор всем тем, кто пытается помешать ему быть собой.

   Я верю в свободу, в право человека быть самим собой, отстаивать себя и давать отпор всем тем, кто пытается помешать ему быть собой.

   — По ту сторону порабощающих нас иллюзий. Как я столкнулся с Марксом и Фрейдом · книга
10. «

    Если я не стою за себя, то кто встанет за меня? Если я только за себя, то кто я? Если не сейчас, то когда?

    Если я не стою за себя, то кто встанет за меня? Если я только за себя, то кто я? Если не сейчас, то когда?

    — Бегство от Свободы · книга
11. «

    Если другие люди не понимают нашего поведения — ну и что? Их требования, чтобы мы делали только то, что они понимают, попытка продиктовать нам. Если это «необщительно» или «иррационально» в их глазах, пусть будет так. Главным образом, они негодуют на нашу свободу и нашу храбрость, и хотят быть нами. Мы не должны никому объяснять и отчитываться, пока наши действия не причиняют боль или не посягают на них. Сколько жизней было разрушено этой потребностью «объяснить», которая обычно подразумевает, что объяснение «понято», то есть одобрено. Позволь своим делам быть оценёнными, но знай, что свободный человек должен давать объяснение только себе, обращаясь к причинам и совести, и некоторым, у кого может быть оправданное требование к объяснению.

    Если другие люди не понимают нашего поведения — ну и что? Их требования, чтобы мы делали только то, что они понимают, попытка продиктовать нам. Если это «необщительно» или «иррационально» в их глазах, пусть будет так. Главным образом, они негодуют на нашу свободу и нашу храбрость, и хотят быть нами. Мы не должны никому объяснять и отчитываться, пока наши действия не причиняют боль или не посягают на них. Сколько жизней было разрушено этой потребностью «объяснить», которая обычно подразумевает, что объяснение «понято», то есть одобрено. Позволь своим делам быть оценёнными, но знай, что свободный человек должен давать объяснение только себе, обращаясь к причинам и совести, и некоторым, у кого может быть оправданное требование к объяснению.
12. «

    Равенство теперь означает скорее «единообразие», нежели «единство» . Это — единообразие людей, которые выполняют одинаковую работу, одинаково развлекаются, читают одни и те же газеты, одинаково чувствуют и одинаково думают.

    Равенство теперь означает скорее «единообразие», нежели «единство» . Это — единообразие людей, которые выполняют одинаковую работу, одинаково развлекаются, читают одни и те же газеты, одинаково чувствуют и одинаково думают.

    — Искусство любить · книга
13. «

    Под дурной компанией я разумею не только людей злобных и вредных: их компании следует избегать, потому что они отравляют атмосферу и угнетают. Я имею в виду также компанию «живых трупов», людей, чей дух мертв, хотя тело их живо; людей, чьи мысли и разговоры тривиальны; которые болтают вместо того, чтобы говорить, и которые изрекают мнения — штампы вместо того, чтобы думать самостоятельно.

    Под дурной компанией я разумею не только людей злобных и вредных: их компании следует избегать, потому что они отравляют атмосферу и угнетают. Я имею в виду также компанию «живых трупов», людей, чей дух мертв, хотя тело их живо; людей, чьи мысли и разговоры тривиальны; которые болтают вместо того, чтобы говорить, и которые изрекают мнения — штампы вместо того, чтобы думать самостоятельно.

    — Искусство любить · книга
14. «

    Для человека все важно, за исключением его собственной жизни и искусства жить. Он существует для чего угодно, но только не для самого себя.

    Для человека все важно, за исключением его собственной жизни и искусства жить. Он существует для чего угодно, но только не для самого себя.
15. «

    Сегодня мы имеем дело с индивидуумом, ведущим себя подобно автомату, который не знает и не понимает самого себя. Знает он лишь того человека, которого ожидают в нем видеть — человека, который язык общения заменил бессмысленным лепетом, живой смех — синтетической улыбкой, чья истинная боль сменилась чувством тупого отчаяния. Об этом человеке можно сказать две вещи. Первое — что он страдает от утраты непосредственности и индивидуальности, и это может оказаться неизлечимой болезнью. Второе — он мало чем отличается от нас и от миллионов тех, кто ходит по этой земле.

    Сегодня мы имеем дело с индивидуумом, ведущим себя подобно автомату, который не знает и не понимает самого себя. Знает он лишь того человека, которого ожидают в нем видеть — человека, который язык общения заменил бессмысленным лепетом, живой смех — синтетической улыбкой, чья истинная боль сменилась чувством тупого отчаяния. Об этом человеке можно сказать две вещи. Первое — что он страдает от утраты непосредственности и индивидуальности, и это может оказаться неизлечимой болезнью. Второе — он мало чем отличается от нас и от миллионов тех, кто ходит по этой земле.
16. «

    Привлекательность обычно означает красивую упаковку свойств, которые популярны и искомы на личностном рынке.

    Привлекательность обычно означает красивую упаковку свойств, которые популярны и искомы на личностном рынке.

    — Искусство любить · книга
17. «

    В XIX в. бесчеловечность означала жестокость, в XX в. она означает шизоидное самоотчуждение.

    В XIX в. бесчеловечность означала жестокость, в XX в. она означает шизоидное самоотчуждение.

    — Здоровое общество · книга
18. «

    Есть замечательная пословица: «Каждый хочет иметь друга, но не каждый хочет им быть».

    Есть замечательная пословица: «Каждый хочет иметь друга, но не каждый хочет им быть».
19. «

    Чувство вины доказало свою способность быть самым эффективным средством формирования и укрепления зависимости.

    Чувство вины доказало свою способность быть самым эффективным средством формирования и укрепления зависимости.

    — Человек для себя · книга
20. «

    Ребятишек учат в воскресной школе, что честность, прямота, забота о душе должны служить главными ориентирами в жизни, в то время как «жизнь учит» , что следование этим принципам делает из нас в лучшем случае беспочвенных мечтателей.

    Ребятишек учат в воскресной школе, что честность, прямота, забота о душе должны служить главными ориентирами в жизни, в то время как «жизнь учит» , что следование этим принципам делает из нас в лучшем случае беспочвенных мечтателей.

    — Психоанализ и религия · книга