179 цитат Эриха Марии Ремарк: цитаты про жизня для тех, кто любит думать

Эрих Мария Ремарк: цитаты про жизнь — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 179 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Ничего не страшно, пока тот, кого ты любишь ещё жив!

   Ничего не страшно, пока тот, кого ты любишь ещё жив!

   — Эрих Мария Ремарк · книга
2. «

   Жизнь — это чудо, но чудес она не творит.

   Жизнь — это чудо, но чудес она не творит.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   — Можно быть либо зрителем, либо действующим лицом. — Либо тем и другим. — Я предпочитаю быть только зрителем. Люди, которые пытаются совместить и то, и другое, не достигают совершенства.

   — Можно быть либо зрителем, либо действующим лицом. — Либо тем и другим. — Я предпочитаю быть только зрителем. Люди, которые пытаются совместить и то, и другое, не достигают совершенства.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   Когда бухгалтер Йозеф Детеринг вышел из дома и собрался перейти на другую сторону улицы, что вела к месту его работы, им овладело странное чувство. Впервые в жизни ему пришло в голову, что вот уже двадцать восемь лет каждый день он ходит по этой длинной, пыльной улице, в конце которой находится его контора, – по утрам, ровно в половине восьмого, туда, по вечерам, в четыре часа, обратно.

   Когда бухгалтер Йозеф Детеринг вышел из дома и собрался перейти на другую сторону улицы, что вела к месту его работы, им овладело странное чувство. Впервые в жизни ему пришло в голову, что вот уже двадцать восемь лет каждый день он ходит по этой длинной, пыльной улице, в конце которой находится его контора, – по утрам, ровно в половине восьмого, туда, по вечерам, в четыре часа, обратно.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   А память наша вообще лжет, давая возможность выжить, — старается смягчить невыносимое, покрывая его налетом забвения.

   А память наша вообще лжет, давая возможность выжить, — старается смягчить невыносимое, покрывая его налетом забвения.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   Что мы знаем о черном водовороте жизни, бурлящем под поверхностью наших чувств, которые превращают его в различные вещи? Тому, кого окружает этот жуткий полумрак, остаются лишь смутные догадки.

   Что мы знаем о черном водовороте жизни, бурлящем под поверхностью наших чувств, которые превращают его в различные вещи? Тому, кого окружает этот жуткий полумрак, остаются лишь смутные догадки.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
7. «

   Стэнтон давно понял, что очарование жизни заключается не в ее смысле, а в случайностях и приключениях, из которых она состоит. Поэтому он любил разнообразить логичную размеренность своего существования маленькими неожиданностями и позволял внезапным порывам овладевать собою, потому что это придавало выразительность монотонным будням и сохраняло остроту переживаний. Самоуверенность позволяла ему исполнять самые причудливые капризы.

   Стэнтон давно понял, что очарование жизни заключается не в ее смысле, а в случайностях и приключениях, из которых она состоит. Поэтому он любил разнообразить логичную размеренность своего существования маленькими неожиданностями и позволял внезапным порывам овладевать собою, потому что это придавало выразительность монотонным будням и сохраняло остроту переживаний. Самоуверенность позволяла ему исполнять самые причудливые капризы.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Сегодня ты была в гостях у буржуа, для которых жизнь — это кухня, салон и спальня, где же им понять, что жизнь — это парусная лодка, на которой слишком много парусов, так что в любой момент она может перевернуться. Тебе надо от них отдохнуть.

   Сегодня ты была в гостях у буржуа, для которых жизнь — это кухня, салон и спальня, где же им понять, что жизнь — это парусная лодка, на которой слишком много парусов, так что в любой момент она может перевернуться. Тебе надо от них отдохнуть.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   ... жизнь — это болезнь, и смерть начинается с самого рождения. В каждом дыхании, в каждом ударе сердца уже заключено немного умирания — всё это толчки, приближающие нас к концу.

   ... жизнь — это болезнь, и смерть начинается с самого рождения. В каждом дыхании, в каждом ударе сердца уже заключено немного умирания — всё это толчки, приближающие нас к концу.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Ты приходишь, смотришь пьесу, в которой сперва не понимаешь ни слова, а потом, когда начинаешь что-то понимать, тебе уже пора уходить.

    Ты приходишь, смотришь пьесу, в которой сперва не понимаешь ни слова, а потом, когда начинаешь что-то понимать, тебе уже пора уходить.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    У нас только одна жизнь, она коротка, она быстротечна...

    У нас только одна жизнь, она коротка, она быстротечна...

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    На одном из перекрестков располагался ночной ресторан. И часто, особенно зимой, случалось, что оттуда выходили припозднившиеся посетители. Иногда шубка из норки или каракульчи даже касалась его крылатки, он вдыхал аромат чувственных духов, замечал опаловые ногти ухоженной ручки. Тогда в его настроенную на дебет и кредит душу закрадывалось робкое желание, которое все больше и больше усиливалось, доходя до страстной потребности; поздний инстинкт заявлял о себе – несколько пружинящих шагов оживляли смирение поношенных брюк, – и под уже слегка обтрепанным котелком проносилось радужное мерцание, обволакивая, словно туман, привычный распорядок: десять страниц бухгалтерских счетов, завтрак, сверка копий, подсчеты, конец рабочего дня; оно окутывало, манило, манило, пока наконец понятия: мир, большая жизнь, приключения, наслаждение – не стали ассоциироваться с таинственным проемом двери ночного ресторана и не начали с каждым днем все больше возбуждать и соблазнять его.

    На одном из перекрестков располагался ночной ресторан. И часто, особенно зимой, случалось, что оттуда выходили припозднившиеся посетители. Иногда шубка из норки или каракульчи даже касалась его крылатки, он вдыхал аромат чувственных духов, замечал опаловые ногти ухоженной ручки. Тогда в его настроенную на дебет и кредит душу закрадывалось робкое желание, которое все больше и больше усиливалось, доходя до страстной потребности; поздний инстинкт заявлял о себе – несколько пружинящих шагов оживляли смирение поношенных брюк, – и под уже слегка обтрепанным котелком проносилось радужное мерцание, обволакивая, словно туман, привычный распорядок: десять страниц бухгалтерских счетов, завтрак, сверка копий, подсчеты, конец рабочего дня; оно окутывало, манило, манило, пока наконец понятия: мир, большая жизнь, приключения, наслаждение – не стали ассоциироваться с таинственным проемом двери ночного ресторана и не начали с каждым днем все больше возбуждать и соблазнять его.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    Жить — значит жить для других. Все мы питаемся друг от друга. Пусть хоть иногда теплиться огонек доброты… Не надо отказываться от нее... Доброта придает человеку силы, если ему трудно живется.

    Жить — значит жить для других. Все мы питаемся друг от друга. Пусть хоть иногда теплиться огонек доброты… Не надо отказываться от нее... Доброта придает человеку силы, если ему трудно живется.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
14. «

    Иногда даже страх приносит пользу. Главное — расслабиться. Когда держишь себя в кулаке, обязательно случится несчастье. Жизнь — как мяч. Она всегда сохраняет равновесие.

    Иногда даже страх приносит пользу. Главное — расслабиться. Когда держишь себя в кулаке, обязательно случится несчастье. Жизнь — как мяч. Она всегда сохраняет равновесие.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    Слышишь? Оказывается, всё очень просто, если относиться к жизни просто.

    Слышишь? Оказывается, всё очень просто, если относиться к жизни просто.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    А что потом? Что еще меня ждет? Должность представителя автозавода в каком-то провинциальном городе — и медленно поступающая старость с бесконечными вечерами, постепенной потерей сил, болезненными воспоминаниями, с удручающими потерями, с рутиной, с призраком экзистенции, которая подходит к концу в приторных повторах? Боль мира заразна. Ресурс жизни, без цели и без опоры.

    А что потом? Что еще меня ждет? Должность представителя автозавода в каком-то провинциальном городе — и медленно поступающая старость с бесконечными вечерами, постепенной потерей сил, болезненными воспоминаниями, с удручающими потерями, с рутиной, с призраком экзистенции, которая подходит к концу в приторных повторах? Боль мира заразна. Ресурс жизни, без цели и без опоры.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Ощущение опасности всегда обостряет восприятие жизни. Но только до тех пор, пока опасность лишь маячит где-то на горизонте.

    Ощущение опасности всегда обостряет восприятие жизни. Но только до тех пор, пока опасность лишь маячит где-то на горизонте.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    Идущий ради самого пути никогда не имеет кругозора, тонет в отдельных деталях. Лишь тот, кто чувствовал напряженность, распознал степени различий, воспринимал перемены не как трагичность, а лишь как широкий размах напряженности, — только такой человек достоин тягаться с жизнью.

    Идущий ради самого пути никогда не имеет кругозора, тонет в отдельных деталях. Лишь тот, кто чувствовал напряженность, распознал степени различий, воспринимал перемены не как трагичность, а лишь как широкий размах напряженности, — только такой человек достоин тягаться с жизнью.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    Кто часто убегает от смерти, одинаково часто рождается заново и каждый раз испытывает более глубокую благодарность, если только избавится от иллюзии, что имеет какое-то право на жизнь.

    Кто часто убегает от смерти, одинаково часто рождается заново и каждый раз испытывает более глубокую благодарность, если только избавится от иллюзии, что имеет какое-то право на жизнь.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
20. «

    Жизнь зачастую так сложна… и так нужно, чтобы рядом кто-то был.

    Жизнь зачастую так сложна… и так нужно, чтобы рядом кто-то был.

    — Эрих Мария Ремарк · книга