259 афоризмов Эриха Марии Ремарк: жизненные цитаты

Ниже 259 цитат Эриха Марии Ремарк: жизненные цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Как хорошо бодрствовать ночью. Тогда и разговаривать легче.

   Как хорошо бодрствовать ночью. Тогда и разговаривать легче.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
2. «

   Просто удивительно, до чего нелеп этикет горя. Застань ты меня мертвецки пьяным – и приличия были бы соблюдены. А я играл в шахматы и потом лег спать. И это вовсе не говорит о том, что я черств или бессердечен.

   Просто удивительно, до чего нелеп этикет горя. Застань ты меня мертвецки пьяным – и приличия были бы соблюдены. А я играл в шахматы и потом лег спать. И это вовсе не говорит о том, что я черств или бессердечен.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   В человеке тебе принадлежит только то, что ты в нем изменил...

   В человеке тебе принадлежит только то, что ты в нем изменил...

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   В любви вообще слишком много спрашивают, а когда начинают к тому же докапываться до сути ответов — она быстро уходит.

   В любви вообще слишком много спрашивают, а когда начинают к тому же докапываться до сути ответов — она быстро уходит.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   Человек был ничем; надежный паспорт — всем.

   Человек был ничем; надежный паспорт — всем.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   Я никогда не думал, была ли Елена здесь верна мне. Это уже не имело значения. Нам выпало слишком много испытаний, и у нас не осталось ничего, кроме стремления выжить во что бы то ни стало.

   Я никогда не думал, была ли Елена здесь верна мне. Это уже не имело значения. Нам выпало слишком много испытаний, и у нас не осталось ничего, кроме стремления выжить во что бы то ни стало.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
7. «

   Еще со времен санатория она знала, что иногда бывает тяжелее смотреть на вещи покойного, чем на него самого.

   Еще со времен санатория она знала, что иногда бывает тяжелее смотреть на вещи покойного, чем на него самого.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Странно, как много мы получаем отовсюду советов. <…> Человек — мастер давать советы другим.

   Странно, как много мы получаем отовсюду советов. <…> Человек — мастер давать советы другим.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   …ценность утраченного познаешь, только когда оно ускользает.

   …ценность утраченного познаешь, только когда оно ускользает.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Неужели, чтобы что-то понять, человеку надо пережить катастрофу, боль, нищету, близость смерти?!

    Неужели, чтобы что-то понять, человеку надо пережить катастрофу, боль, нищету, близость смерти?!

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    Человек должен пройти через многие двери, пока придёт к себе и туда, где останется; и двери не могут оставаться открытыми.

    Человек должен пройти через многие двери, пока придёт к себе и туда, где останется; и двери не могут оставаться открытыми.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    — Вот, выпейте ещё. Помочь не поможет, но согреет наверняка, И что бы с вами ни стряслось — не переживайте. На свете не так уж много вещей, из-за которых стоит переживать. Женщина вскинула на него глаза. Но пить не стала. — Это правда так, — продолжил Равик. — Особенно ночью. Ночь — она все преувеличивает.

    — Вот, выпейте ещё. Помочь не поможет, но согреет наверняка, И что бы с вами ни стряслось — не переживайте. На свете не так уж много вещей, из-за которых стоит переживать. Женщина вскинула на него глаза. Но пить не стала. — Это правда так, — продолжил Равик. — Особенно ночью. Ночь — она все преувеличивает.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    ...воспоминания чрезвычайно опасны; если ты вступишь на путь воспоминаний, то окажешься на узких мостках без перил, по обе стороны которых — пропасть; пробираясь по этим мосткам, нельзя ни иронизировать, ни размышлять, можно только идти вперед не раздумывая.

    ...воспоминания чрезвычайно опасны; если ты вступишь на путь воспоминаний, то окажешься на узких мостках без перил, по обе стороны которых — пропасть; пробираясь по этим мосткам, нельзя ни иронизировать, ни размышлять, можно только идти вперед не раздумывая.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
14. «

    Он шагал бодро и уверенно, будто у него была какая-то цель. Он вдруг почувствовал, как оковы упали, как сдвинулась завеса, скрывавшая от него красоты мира. Теплый воздух воодушевлял его; он чувствовал невероятный прилив сил, мурашки пробегали по спине, и колени дрожали. Таинственный ритм отзывался в его дыхании и шагах, он словно парил, ему чудилось, будто неизвестный фокусник, дергая за невидимые ниточки, управлял его жизнью.

    Он шагал бодро и уверенно, будто у него была какая-то цель. Он вдруг почувствовал, как оковы упали, как сдвинулась завеса, скрывавшая от него красоты мира. Теплый воздух воодушевлял его; он чувствовал невероятный прилив сил, мурашки пробегали по спине, и колени дрожали. Таинственный ритм отзывался в его дыхании и шагах, он словно парил, ему чудилось, будто неизвестный фокусник, дергая за невидимые ниточки, управлял его жизнью.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    Наша проклятая память — это решето. И она хочет выжить. А выжить можно, только обо всем забыв.

    Наша проклятая память — это решето. И она хочет выжить. А выжить можно, только обо всем забыв.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    Человек никогда не может закалиться. Он может только ко многому привыкнуть.

    Человек никогда не может закалиться. Он может только ко многому привыкнуть.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Люди неуклонно и последовательно идут своим путем — к одиночеству и бессмысленности. Они не задумываются над этим, просто признают и принимают. Так формируется «я». Все, чем ты дорожил, во что верил, растекается у тебя за спиной, а тяжко становится, когда теряешь последнего человека. Ведь вместе с ним ты теряешь все — себя, свои цели, свое «я», свое имя, ты только путь и движение вперед. Но внезапно путь кончается; внизу зияет бездна, Ничто — любой шаг означает смерть. Не медля ни секунды, ты делаешь этот шаг и переживаешь чудо цельности, непостижное для всех половинчатых… Шаг этот ведет не вниз, как тебе казалось, а вспять. Быть может, он был последним испытанием, которое выдерживают лишь немногие. Это чудо можно назвать трансцендентальным сальто-мортале. Прыгаешь в бездоннную пропасть, но что-то подхватывает тебя, поворачивает — и ты идешь своим путем вспять… неуязвимый. Ты изведал Ничто — и уязвить тебя уже невозможно. Ты побывал по ту сторону всех вещей — и они уже не могут убить тебя. Ты пережил абсолютное уничтожение — и ни одна утрата, способная сломить любого другого, тебя уже не коснется.

    Люди неуклонно и последовательно идут своим путем — к одиночеству и бессмысленности. Они не задумываются над этим, просто признают и принимают. Так формируется «я». Все, чем ты дорожил, во что верил, растекается у тебя за спиной, а тяжко становится, когда теряешь последнего человека. Ведь вместе с ним ты теряешь все — себя, свои цели, свое «я», свое имя, ты только путь и движение вперед. Но внезапно путь кончается; внизу зияет бездна, Ничто — любой шаг означает смерть. Не медля ни секунды, ты делаешь этот шаг и переживаешь чудо цельности, непостижное для всех половинчатых… Шаг этот ведет не вниз, как тебе казалось, а вспять. Быть может, он был последним испытанием, которое выдерживают лишь немногие. Это чудо можно назвать трансцендентальным сальто-мортале. Прыгаешь в бездоннную пропасть, но что-то подхватывает тебя, поворачивает — и ты идешь своим путем вспять… неуязвимый. Ты изведал Ничто — и уязвить тебя уже невозможно. Ты побывал по ту сторону всех вещей — и они уже не могут убить тебя. Ты пережил абсолютное уничтожение — и ни одна утрата, способная сломить любого другого, тебя уже не коснется.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    Высказаться – значит облегчить душу.

    Высказаться – значит облегчить душу.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    Человеческая жизнь тянется слишком долго для одной любви, просто слишком долго. Любовь чудесна, но кому-то из двух всегда становится скучно, а другой остается ни с чем, застынет и чего-то ждет... ждет как безумный.

    Человеческая жизнь тянется слишком долго для одной любви, просто слишком долго. Любовь чудесна, но кому-то из двух всегда становится скучно, а другой остается ни с чем, застынет и чего-то ждет... ждет как безумный.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
20. «

    Мы слишком прозорливы, чтобы погрузиться в банальный круговорот: еда – работа – любовь. Мы слишком больны, чтобы с упрямством и презрением наблюдать за бессмысленностью жизни, как за цирковой пантомимой, хладнокровно дожидаясь последнего акта этой комедии.

    Мы слишком прозорливы, чтобы погрузиться в банальный круговорот: еда – работа – любовь. Мы слишком больны, чтобы с упрямством и презрением наблюдать за бессмысленностью жизни, как за цирковой пантомимой, хладнокровно дожидаясь последнего акта этой комедии.

    — Эрих Мария Ремарк · книга