44 цитаты, которые говорил Эрик-Эмманюэль Шмитт

Ниже 44 цитаты Эрика-Эмманюэля Шмитта — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Нужно каждый день смотреть на мир, будто видишь его в первый раз.

   Нужно каждый день смотреть на мир, будто видишь его в первый раз.

   — Оскар и Розовая дама · книга
2. «

   Истина всегда заставляла меня сожалеть о неопределенности.

   Истина всегда заставляла меня сожалеть о неопределенности.

   — Рассказчик · книга
3. «

   На земле хватает поводов очаровываться, вот только очарованных мало.

   На земле хватает поводов очаровываться, вот только очарованных мало.

   — Эрик-Эммануэль Шмитт · книга
4. «

   Если ты произносишь здесь слово «смерть», никто этого не слышит. Можешь быть уверен, оно улетает в какую-то дыру, потому что они сразу начинают говорить о другом.

   Если ты произносишь здесь слово «смерть», никто этого не слышит. Можешь быть уверен, оно улетает в какую-то дыру, потому что они сразу начинают говорить о другом.

   — Оскар · книга
5. «

   По правде сказать, я не боюсь неведомого. Меня мучает, что предстоит потерять тех, кого знал.

   По правде сказать, я не боюсь неведомого. Меня мучает, что предстоит потерять тех, кого знал.

   — Оскар и Розовая дама · книга
6. «

   Считать себя Богом — обычный удел детей, которых никогда не наказывали.

   Считать себя Богом — обычный удел детей, которых никогда не наказывали.

   — Евангелие от Пилата · книга
7. «

   Жизнь — забавный подарок. Поначалу этот подарок переоценивают: думают, что им вручили вечную жизнь. После — ее недооценивают, находят некудышной, слишком короткой, почти готовы бросить ее. И наконец, сознают, что это был не подарок, жизнью просто дали попользоваться. И тогда ее пытаются ценить.

   Жизнь — забавный подарок. Поначалу этот подарок переоценивают: думают, что им вручили вечную жизнь. После — ее недооценивают, находят некудышной, слишком короткой, почти готовы бросить ее. И наконец, сознают, что это был не подарок, жизнью просто дали попользоваться. И тогда ее пытаются ценить.

   — Оскар и Розовая дама · книга
8. «

   Можем ли мы измениться? А главное, меняемся ли мы добровольно?

   Можем ли мы измениться? А главное, меняемся ли мы добровольно?

   — Концерт «Памяти ангела» · книга
9. «

   Верить — да, но во что?

   Верить — да, но во что?

   — Секта эгоистов · книга
10. «

    — А зачем мне писать Богу? — Тебе будет не так одиноко. — Не так одиноко с кем-то, кого не существует?

    — А зачем мне писать Богу? — Тебе будет не так одиноко. — Не так одиноко с кем-то, кого не существует?

    — Оскар · книга
11. «

    Иудейская религия настаивает на уважении, в то время как христианская — на любви. Вот я думаю: не является ли уважение чувством более основательным, нежели любовь? И вдобавок более реальным... Любить своего врага, как предлагает Иисус, и, получив пощёчину, подставлять другую щеку — это, конечно, восхитительно, но не применимо на практике. <...> И, однако же, может ли любовь быть долгом? Можно ли приказать своему сердцу? Не думаю. А вот по мнению великих раввинов, уважение является постоянной обязанностью. Вот это уже кажется мне возможным. Я могу уважать тех, кого не люблю, или тех, кто мне безразличен. Но любить их? И к тому же есть ли необходимость в том, чтобы я их любил, если я их уважаю?

    Иудейская религия настаивает на уважении, в то время как христианская — на любви. Вот я думаю: не является ли уважение чувством более основательным, нежели любовь? И вдобавок более реальным... Любить своего врага, как предлагает Иисус, и, получив пощёчину, подставлять другую щеку — это, конечно, восхитительно, но не применимо на практике. <...> И, однако же, может ли любовь быть долгом? Можно ли приказать своему сердцу? Не думаю. А вот по мнению великих раввинов, уважение является постоянной обязанностью. Вот это уже кажется мне возможным. Я могу уважать тех, кого не люблю, или тех, кто мне безразличен. Но любить их? И к тому же есть ли необходимость в том, чтобы я их любил, если я их уважаю?

    — Дети Ноя · книга
12. «

    ... после я узнал, что этот человек был счастлив только оттого, что просто думал.

    ... после я узнал, что этот человек был счастлив только оттого, что просто думал.

    — Секта эгоистов · книга
13. «

    Особенность чудес в том, что они редки; повторение стирает ощущение волшебства.

    Особенность чудес в том, что они редки; повторение стирает ощущение волшебства.

    — Женщина в зеркале · книга
14. «

    Злого умысла в чистом виде не существует. Каждый убежден, что творит добро. Дьявол всегда мнит себя ангелом.

    Злого умысла в чистом виде не существует. Каждый убежден, что творит добро. Дьявол всегда мнит себя ангелом.

    — Другая судьба · книга
15. «

    С судьбами всё обстоит так же, как со священными книгами: смысл им придаёт чтение. Закрытая книга нема; она заговорит, только когда её откроют. И язык, на котором она заговорит, будет языком того, кто склонился над её страницами: он передаст оттенки его надежд, желаний, стремлений, наваждений, страстей, смятений. События — как фразы в книге, сами по себе они не имеют иного смысла, кроме того, который им придают.

    С судьбами всё обстоит так же, как со священными книгами: смысл им придаёт чтение. Закрытая книга нема; она заговорит, только когда её откроют. И язык, на котором она заговорит, будет языком того, кто склонился над её страницами: он передаст оттенки его надежд, желаний, стремлений, наваждений, страстей, смятений. События — как фразы в книге, сами по себе они не имеют иного смысла, кроме того, который им придают.

    — Концерт «Памяти ангела» · книга
16. «

    Я глянул на сад, на вишневые деревья, усеянные цветами, на ярко-зеленые весенние листья, и здесь, в мире, насыщенном свежестью, наполненном красками и трелями птиц, вдруг засомневался, что смерть существует.

    Я глянул на сад, на вишневые деревья, усеянные цветами, на ярко-зеленые весенние листья, и здесь, в мире, насыщенном свежестью, наполненном красками и трелями птиц, вдруг засомневался, что смерть существует.

    — Евангелие от Пилата · книга
17. «

    Какое чувство не несёт в себе самом своей противоположности, как ткань изнанку? Какая любовь свободна от ненависти? Ласкающая рука через минуту схватится за кинжал. Какая исключительная страсть не знает ярости? Не способны ли мы убить в восторге соития, через которое передаётся жизнь? Наши чувства не переменчивы, но двойственны, чёрные или белые, в зависимости от угла зрения, натянутые между противоречиями, колышущиеся, переливающиеся, способные как на плохое, так и на хорошее.

    Какое чувство не несёт в себе самом своей противоположности, как ткань изнанку? Какая любовь свободна от ненависти? Ласкающая рука через минуту схватится за кинжал. Какая исключительная страсть не знает ярости? Не способны ли мы убить в восторге соития, через которое передаётся жизнь? Наши чувства не переменчивы, но двойственны, чёрные или белые, в зависимости от угла зрения, натянутые между противоречиями, колышущиеся, переливающиеся, способные как на плохое, так и на хорошее.

    — Концерт «Памяти ангела» · книга
18. «

    Понимаешь, она умерла, как все на свете, но мысль о смерти исковеркала ей жизнь

    Понимаешь, она умерла, как все на свете, но мысль о смерти исковеркала ей жизнь

    — Бабушка Роза · книга
19. «

    Кого легче любить — человека или собаку? И кто лучше отвечает на нашу любовь?

    Кого легче любить — человека или собаку? И кто лучше отвечает на нашу любовь?

    — Пес · книга
20. «

    Душа может видеть красоту, только если она сама прекрасна.

    Душа может видеть красоту, только если она сама прекрасна.

    — Женщина в зеркале · книга