117 коротких цитат Эрина Хантера

Подборка из 117 цитат Эрина Хантера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Воин есть воин, живой он или мертвый.

   Воин есть воин, живой он или мертвый.

   — Звездоцап · книга
2. «

   Рождение было давно, преданность существует сейчас. Ее надо доказывать каждым патрулем, каждым куском дичи принесённой в лагерь, каждой битвой.

   Рождение было давно, преданность существует сейчас. Ее надо доказывать каждым патрулем, каждым куском дичи принесённой в лагерь, каждой битвой.

   — Огнезвёзд · книга
3. «

   – Ты такая заботливая! Ты не жалеешь, что у тебя не будет своих котят? – Всё племя — мои котята. Разве я смогла бы выделить кого-то одного? – Кажется, теперь я понимаю, что такое быть целителем... Это очень-очень тяжело, а я — ты только не смейся, ладно? — очень хочу, чтобы у меня была подруга и много-много котят! Скорее бы подрасти!

   – Ты такая заботливая! Ты не жалеешь, что у тебя не будет своих котят? – Всё племя — мои котята. Разве я смогла бы выделить кого-то одного? – Кажется, теперь я понимаю, что такое быть целителем... Это очень-очень тяжело, а я — ты только не смейся, ладно? — очень хочу, чтобы у меня была подруга и много-много котят! Скорее бы подрасти!

   — Целительница Щербатая · книга
4. «

   У каждого из нас есть свои сильные и слабые стороны. Печально, если в памяти остаются только одни твои слабости.

   У каждого из нас есть свои сильные и слабые стороны. Печально, если в памяти остаются только одни твои слабости.

   — Ежевика · книга
5. «

   — Знаешь... я во сне немного храплю, — прошептала она. — Вот и славно! — весело отозвался Мика, откусывая от рыбы очередной кусок. — Я тоже! Пёстрая Шёрстка страдальчески закатила глаза. — Надо же, как мне повезло!

   — Знаешь... я во сне немного храплю, — прошептала она. — Вот и славно! — весело отозвался Мика, откусывая от рыбы очередной кусок. — Я тоже! Пёстрая Шёрстка страдальчески закатила глаза. — Надо же, как мне повезло!

   — целительница Бабочка · книга
6. «

   Я просто не понимаю, почему Ежевика позволяет себе обращаться со мной, как с ученицей! Заноза под хвостом, а не кот! Впрочем, все они такие... Подожди чуть-чуть, у меня просто лапы чешутся подложить этот мокрый мох в гнёздышко Ежевике!

   Я просто не понимаю, почему Ежевика позволяет себе обращаться со мной, как с ученицей! Заноза под хвостом, а не кот! Впрочем, все они такие... Подожди чуть-чуть, у меня просто лапы чешутся подложить этот мокрый мох в гнёздышко Ежевике!

   — Белка · книга
7. «

   – Мне оправдываться перед ТОБОЙ, жалкая насмешка над судьбой воина?! Какая ты предводительница? Ты из шкуры вон лезла, поддерживая мир между племенами! Я бы положил конец этому позору! – И сколько воинов ты принёс бы в жертву своим кровожадным планам?

   – Мне оправдываться перед ТОБОЙ, жалкая насмешка над судьбой воина?! Какая ты предводительница? Ты из шкуры вон лезла, поддерживая мир между племенами! Я бы положил конец этому позору! – И сколько воинов ты принёс бы в жертву своим кровожадным планам?

   — Коготь · книга
8. «

   Жизнь, начатая со лжи, обречена на вечную тьму.

   Жизнь, начатая со лжи, обречена на вечную тьму.

   — Щербатая · книга
9. «

   — Ты сделала великое дело. Твоя сестра гордилась бы тобой. Но Буран уже стал воином — сказал Желудь. — Теперь ты можешь подумать и о своей жизни. — Может быть, — прошептала Синегривка. — Но это невозможно. — Что? — Мы. — Почему? — с болью спросил Желудь. Синегривка удивленно подняла глаза. «Неужели он не понимает?» — Мы принадлежим к разным племенам, — прошептала она. «И у меня есть особое предназначение, которое не оставляет места для семьи! — напомнила она себе. — Я должна возглавить свое племя и стать огнем, который озарит лес». Эти мысли разрывали ей сердце. Синегривка попыталась отбросить их, но они никуда не уходили. Впервые в жизни ее будущее предназначение показалось Синегривке тяжелым, холодным и пустым, как одиночество. Она крепче прижалась к Желудю, чтобы его тепло прогнало грусть. — Если мы будем встречаться тайком, как сегодня, — прошептала она, — все закончится бедой. — Для меня единственная беда, — прошептал Желудь, — это жить без тебя.

   — Ты сделала великое дело. Твоя сестра гордилась бы тобой. Но Буран уже стал воином — сказал Желудь. — Теперь ты можешь подумать и о своей жизни. — Может быть, — прошептала Синегривка. — Но это невозможно. — Что? — Мы. — Почему? — с болью спросил Желудь. Синегривка удивленно подняла глаза. «Неужели он не понимает?» — Мы принадлежим к разным племенам, — прошептала она. «И у меня есть особое предназначение, которое не оставляет места для семьи! — напомнила она себе. — Я должна возглавить свое племя и стать огнем, который озарит лес». Эти мысли разрывали ей сердце. Синегривка попыталась отбросить их, но они никуда не уходили. Впервые в жизни ее будущее предназначение показалось Синегривке тяжелым, холодным и пустым, как одиночество. Она крепче прижалась к Желудю, чтобы его тепло прогнало грусть. — Если мы будем встречаться тайком, как сегодня, — прошептала она, — все закончится бедой. — Для меня единственная беда, — прошептал Желудь, — это жить без тебя.

   — Синегривка · книга
10. «

    Ты шутишь? Ты хочешь дать им возможность выдумать какую-нибудь причину, хотя мы все отлично понимаем, что её нет и не было? Воинский закон требует преследовать нарушителей границ, а не спрашивать у них, почему они так поступают!

    Ты шутишь? Ты хочешь дать им возможность выдумать какую-нибудь причину, хотя мы все отлично понимаем, что её нет и не было? Воинский закон требует преследовать нарушителей границ, а не спрашивать у них, почему они так поступают!

    — Мышеус · книга
11. «

    Истинный воин не должен убивать для того, чтобы победить.

    Истинный воин не должен убивать для того, чтобы победить.

    — Львиносвет · книга
12. «

    Ты хорошо слышишь меня, киска? Сначала я убью тебя, а потом и всех твоих воинов – одного за другим!

    Ты хорошо слышишь меня, киска? Сначала я убью тебя, а потом и всех твоих воинов – одного за другим!

    — Коготь · книга
13. «

    Война — это вовсе не повод, чтобы проявить себя. Война — это раненные, и даже убитые. Воевать нужно только тогда, когда нет другого выхода.

    Война — это вовсе не повод, чтобы проявить себя. Война — это раненные, и даже убитые. Воевать нужно только тогда, когда нет другого выхода.

    — Коты-воители: Темная река · книга
14. «

    – Думаю, ты слышала немало слухов об этом, так что вполне можешь придумать свою историю. – Слухи слухами, но я хочу узнать правду.

    – Думаю, ты слышала немало слухов об этом, так что вполне можешь придумать свою историю. – Слухи слухами, но я хочу узнать правду.

    — Коготь · книга
15. «

    Когда твои котята появятся на свет, ты узнаешь, что в твоём сердце гораздо больше места для любви, чем ты могла вообразить. Любовь безгранична, Листвичка.

    Когда твои котята появятся на свет, ты узнаешь, что в твоём сердце гораздо больше места для любви, чем ты могла вообразить. Любовь безгранична, Листвичка.

    — Щербатая · книга
16. «

    Жизнь меняет нас, но мы всё равно должны следовать своей дорогой.

    Жизнь меняет нас, но мы всё равно должны следовать своей дорогой.

    — Стефани Майер · книга
17. «

    – Саша, только подумай, что я тебе предлагаю! Ты будешь под защитой. Все коты будут нас боятся. – Я не хочу, чтобы меня кто-то боялся. Я хотела быть любимой и считала, что ты меня любишь. – Я люблю. Я думал... ты поймёшь. Это моё предназначение – встать во главе леса. – Но не моё.

    – Саша, только подумай, что я тебе предлагаю! Ты будешь под защитой. Все коты будут нас боятся. – Я не хочу, чтобы меня кто-то боялся. Я хотела быть любимой и считала, что ты меня любишь. – Я люблю. Я думал... ты поймёшь. Это моё предназначение – встать во главе леса. – Но не моё.

    — Саша · книга
18. «

    Не место красит кота, а кот место!

    Не место красит кота, а кот место!

    — целительница Бабочка · книга
19. «

    — Ты была его матерью? — задыхаясь, прошептал он. — Но ведь ты была целительницей! Щербатая с трудом оторвала взгляд от сына и посмотрела на Воробья. — Все совершают ошибки, — прорычала она. Воробей втянул голову в плечи. Ошибки? Значит, так она думает и о нем? Нежное дыхание Пестролистой защекотало ему ухо. — Ты не был ошибкой, Воробей. Твоя мать всегда любила тебя. — Она в упор посмотрела на Звездолома и повторила: — Тебя всегда любили, Воробей.

    — Ты была его матерью? — задыхаясь, прошептал он. — Но ведь ты была целительницей! Щербатая с трудом оторвала взгляд от сына и посмотрела на Воробья. — Все совершают ошибки, — прорычала она. Воробей втянул голову в плечи. Ошибки? Значит, так она думает и о нем? Нежное дыхание Пестролистой защекотало ему ухо. — Ты не был ошибкой, Воробей. Твоя мать всегда любила тебя. — Она в упор посмотрела на Звездолома и повторила: — Тебя всегда любили, Воробей.

    — Воробей · книга
20. «

    Великодушие забывается, зато остается долгое эхо слабости.

    Великодушие забывается, зато остается долгое эхо слабости.

    — Огнезвёзд · книга