210 цитат Эрина Хантера для поста и дневника

Подборка из 210 цитат Эрина Хантера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Глаза её остановились на Грачике, и Ураган увидел в них такую бесконечную любовь, которой хватило бы на то, чтобы навеки уничтожить вековую вражду между племенами.

   Глаза её остановились на Грачике, и Ураган увидел в них такую бесконечную любовь, которой хватило бы на то, чтобы навеки уничтожить вековую вражду между племенами.

   — Коты-воители · книга
2. «

   Судьба исполнится, когда настанет время, а не когда мы этого хотим. Не пытайся торопить события, ибо срок не зависит от наших тревог и ожиданий.

   Судьба исполнится, когда настанет время, а не когда мы этого хотим. Не пытайся торопить события, ибо срок не зависит от наших тревог и ожиданий.

   — Пестролистая · книга
3. «

   Вера очень большая сила. Сильнее всего на свете. Она может всё.

   Вера очень большая сила. Сильнее всего на свете. Она может всё.

   — Полночь · книга
4. «

   — Племя не может предложить тебе ни легкого пропитания, ни тепла, — продолжала Синяя Звезда. — В сезон голых веток ночи в лесу особенно трудные. От всех членов племени потребуется верность и усердие. Будет много тяжелой работы. Если понадобится, ты должен будешь защищать свое племя — порой ценой собственной жизни. И голодных ртов у нас много. Но за это ты будешь вознагражден. Ты останешься котом. Ты научишься жить в лесу. Ты почувствуешь себя настоящим котом. Сила племени, взаимопомощь котов племени всегда будут с тобой, даже если ты охотишься в одиночку.

   — Племя не может предложить тебе ни легкого пропитания, ни тепла, — продолжала Синяя Звезда. — В сезон голых веток ночи в лесу особенно трудные. От всех членов племени потребуется верность и усердие. Будет много тяжелой работы. Если понадобится, ты должен будешь защищать свое племя — порой ценой собственной жизни. И голодных ртов у нас много. Но за это ты будешь вознагражден. Ты останешься котом. Ты научишься жить в лесу. Ты почувствуешь себя настоящим котом. Сила племени, взаимопомощь котов племени всегда будут с тобой, даже если ты охотишься в одиночку.

   — Синяя звезда · книга
5. «

   Путешествие — это совсем не страшно, это всего лишь много-много маленьких шагов. Ты же можешь сделать один шаг, правда?

   Путешествие — это совсем не страшно, это всего лишь много-много маленьких шагов. Ты же можешь сделать один шаг, правда?

   — Ока · книга
6. «

   Ты слушаешься своего живота, когда он урчит от голода, ты слушаешь своё горло, когда оно пересыхает от жажды, так почему же нельзя прослушаться к сердцу, когда оно говорит с тобой?

   Ты слушаешься своего живота, когда он урчит от голода, ты слушаешь своё горло, когда оно пересыхает от жажды, так почему же нельзя прослушаться к сердцу, когда оно говорит с тобой?

   — Шпиль · книга
7. «

   Ты хорошо слышишь меня, киска? Сначала я убью тебя, а потом и всех твоих воинов – одного за другим!

   Ты хорошо слышишь меня, киска? Сначала я убью тебя, а потом и всех твоих воинов – одного за другим!

   — Коготь · книга
8. «

   Наверное, горе легче переносить в стужу, когда дни коротки, а ночи длинны и темны. Тогда кажется, что весь мир погрузился во тьму вместе с тобой.

   Наверное, горе легче переносить в стужу, когда дни коротки, а ночи длинны и темны. Тогда кажется, что весь мир погрузился во тьму вместе с тобой.

   — Ежевичная Звезда · книга
9. «

   – Он не умрёт! Он не может умереть! Только не так! Это несправедливо! «Жизнь вообще несправедлива», – прозвучали в его ушах горькие слова Джейка.

   – Он не умрёт! Он не может умереть! Только не так! Это несправедливо! «Жизнь вообще несправедлива», – прозвучали в его ушах горькие слова Джейка.

   — Лучехвост · книга
10. «

    Рождение было давно, преданность существует сейчас. Ее надо доказывать каждым патрулем, каждым куском дичи принесённой в лагерь, каждой битвой.

    Рождение было давно, преданность существует сейчас. Ее надо доказывать каждым патрулем, каждым куском дичи принесённой в лагерь, каждой битвой.

    — Огнезвёзд · книга
11. «

    Кусачей собаке звёзды зубов не дают.

    Кусачей собаке звёзды зубов не дают.

    — Воробей · книга
12. «

    А это Медуница. Она выжила в бою и скрыла свои раны от товарищей, чтобы те не падали духом. Медуница умерла почти сразу после победы. Она была самой храброй и мужественной кошкой.

    А это Медуница. Она выжила в бою и скрыла свои раны от товарищей, чтобы те не падали духом. Медуница умерла почти сразу после победы. Она была самой храброй и мужественной кошкой.

    — Каплелап · книга
13. «

    Ну да, он вернётся и будет подчиняться Жалу Вершинному несмотря на то, что знает. Станет притворяться, что почитает и уважает его. Ягодка и Пачкуля будут в безопасности, а ему придется лгать и лгать, пока они оба с отвращением не отвернутся от него. Ему придётся хранить эту омерзительную тайну, пока она не сгложет его изнутри.

    Ну да, он вернётся и будет подчиняться Жалу Вершинному несмотря на то, что знает. Станет притворяться, что почитает и уважает его. Ягодка и Пачкуля будут в безопасности, а ему придется лгать и лгать, пока они оба с отвращением не отвернутся от него. Ему придётся хранить эту омерзительную тайну, пока она не сгложет его изнутри.

    — Заноза · книга
14. «

    «Ох, Искролапка, ты ничего не пропустила, если не считать ссор и взаимных упреков», — грустно подумала Голубичка, бросаясь в чащу леса следом за отцом.

    «Ох, Искролапка, ты ничего не пропустила, если не считать ссор и взаимных упреков», — грустно подумала Голубичка, бросаясь в чащу леса следом за отцом.

    — Голубичка · книга
15. «

    — Ты сделала великое дело. Твоя сестра гордилась бы тобой. Но Буран уже стал воином — сказал Желудь. — Теперь ты можешь подумать и о своей жизни. — Может быть, — прошептала Синегривка. — Но это невозможно. — Что? — Мы. — Почему? — с болью спросил Желудь. Синегривка удивленно подняла глаза. «Неужели он не понимает?» — Мы принадлежим к разным племенам, — прошептала она. «И у меня есть особое предназначение, которое не оставляет места для семьи! — напомнила она себе. — Я должна возглавить свое племя и стать огнем, который озарит лес». Эти мысли разрывали ей сердце. Синегривка попыталась отбросить их, но они никуда не уходили. Впервые в жизни ее будущее предназначение показалось Синегривке тяжелым, холодным и пустым, как одиночество. Она крепче прижалась к Желудю, чтобы его тепло прогнало грусть. — Если мы будем встречаться тайком, как сегодня, — прошептала она, — все закончится бедой. — Для меня единственная беда, — прошептал Желудь, — это жить без тебя.

    — Ты сделала великое дело. Твоя сестра гордилась бы тобой. Но Буран уже стал воином — сказал Желудь. — Теперь ты можешь подумать и о своей жизни. — Может быть, — прошептала Синегривка. — Но это невозможно. — Что? — Мы. — Почему? — с болью спросил Желудь. Синегривка удивленно подняла глаза. «Неужели он не понимает?» — Мы принадлежим к разным племенам, — прошептала она. «И у меня есть особое предназначение, которое не оставляет места для семьи! — напомнила она себе. — Я должна возглавить свое племя и стать огнем, который озарит лес». Эти мысли разрывали ей сердце. Синегривка попыталась отбросить их, но они никуда не уходили. Впервые в жизни ее будущее предназначение показалось Синегривке тяжелым, холодным и пустым, как одиночество. Она крепче прижалась к Желудю, чтобы его тепло прогнало грусть. — Если мы будем встречаться тайком, как сегодня, — прошептала она, — все закончится бедой. — Для меня единственная беда, — прошептал Желудь, — это жить без тебя.

    — Синегривка · книга
16. «

    Бедный мой добрый Лучехвост. Когда же ты поймёшь, что не сможешь спасти всех?

    Бедный мой добрый Лучехвост. Когда же ты поймёшь, что не сможешь спасти всех?

    — Светлокрылая · книга
17. «

    Огнегрив боязливо принюхался к тропинке, протоптанной Двуногими. Из дома на снег падал сноп яркого света, а где-то совсем рядом лаяла собака. Огнегрив вспомнил предостережение Ячменя. Кот-одиночка говорил, что по ночам Двуногие спускают собак с цепи. Хорошо бы отыскать Горелого до того, как псы учуют их след! Крутобок оторвался от изгороди и осторожно подошел к другу. Ледяной ветер трепал его густую серую шерсть. — Ничего не почуял? — спросил он. Огнегрив поднял голову, чтобы лучше принюхаться, и тут же уловил слабый, но знакомый запах. Горелый!

    Огнегрив боязливо принюхался к тропинке, протоптанной Двуногими. Из дома на снег падал сноп яркого света, а где-то совсем рядом лаяла собака. Огнегрив вспомнил предостережение Ячменя. Кот-одиночка говорил, что по ночам Двуногие спускают собак с цепи. Хорошо бы отыскать Горелого до того, как псы учуют их след! Крутобок оторвался от изгороди и осторожно подошел к другу. Ледяной ветер трепал его густую серую шерсть. — Ничего не почуял? — спросил он. Огнегрив поднял голову, чтобы лучше принюхаться, и тут же уловил слабый, но знакомый запах. Горелый!

    — Огнегрив · книга
18. «

    Жизнь вообще несправедлива, а смерть – тем более.

    Жизнь вообще несправедлива, а смерть – тем более.

    — Джейк · книга
19. «

    Мне кажется, тебе следует почаще думать о том, чего ты хочешь сам и меньше тревожиться о том, чего хотят другие и что они о тебе думают.

    Мне кажется, тебе следует почаще думать о том, чего ты хочешь сам и меньше тревожиться о том, чего хотят другие и что они о тебе думают.

    — Врабчик · книга
20. «

    Это твой дом, Лучехвост. Здесь живёт твоё сердце. Ты разорвёшь его пополам, если не вернёшься. Хватит разломов, Лучехвост. Слушай своё сердце, оно мудрее тебя.

    Это твой дом, Лучехвост. Здесь живёт твоё сердце. Ты разорвёшь его пополам, если не вернёшься. Хватит разломов, Лучехвост. Слушай своё сердце, оно мудрее тебя.

    — Джейк · книга