40 цитат Эрленда Лу — подборка на все случаи

Ниже 40 цитат Эрленда Лу — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Жизнь – это бесценный дар, который дается нам один-единственный раз. И слава богу.

   Жизнь – это бесценный дар, который дается нам один-единственный раз. И слава богу.

   — Мулей · книга
2. «

   У меня в голове происходит что то замечательное, стоит мне выпить вина. Противостоять этому я не могу. Стоит мне сделать глоток вина, и дальше все катится само по себе. Мне не нужно делать больше ничего, только ждать. Но мне нравится результат, к которому все катящееся приходит. Судя по всему, я из тех, кто в подпитии не впадает в тоску и агрессию, они, напротив, делаются радостными и не принимают ничего близко к сердцу. Вот что приятно. Кстати, а чем не выход для меня – стать алкоголиком? Своего рода промежуточное решение. Не настолько трагично, как смерть. Но лучше, чем ничего.

   У меня в голове происходит что то замечательное, стоит мне выпить вина. Противостоять этому я не могу. Стоит мне сделать глоток вина, и дальше все катится само по себе. Мне не нужно делать больше ничего, только ждать. Но мне нравится результат, к которому все катящееся приходит. Судя по всему, я из тех, кто в подпитии не впадает в тоску и агрессию, они, напротив, делаются радостными и не принимают ничего близко к сердцу. Вот что приятно. Кстати, а чем не выход для меня – стать алкоголиком? Своего рода промежуточное решение. Не настолько трагично, как смерть. Но лучше, чем ничего.

   — Мулей · книга
3. «

   ...а теперь спрашиваю себя, что же это такое – тоска по дому, по чем мы тоскуем, вспоминая родной дом. Мы тоскуем по людям, отвечаю я себе, главное для нас – люди, ведь люди приходят и уходят, люди так созданы, что по ним приходится тосковать, но еще тоскуешь по местности, по свету и по местности. Мне кажется, я тоскую по местности, в которой прожили жизнь самые близкие мне люди. Вот так несложно, по видимому, обстоит дело. Я тоскую по местам, в которых жили, в которых живут люди, потому что там в урочный час так же светит солнце, из года в год, и луч его под тем же углом ложится на стену, под каким он ложился при моих пращурах, думается мне, и все так же идет там дождь, и хотя дождь – это вода, но в этом дожде почему то чувствуется что-то умиротворяющее, но каждый раз, как я возвращаюсь мыслями к этой местности, она почему то преломляется и поворачивается множеством граней, на мгновение выстраивается целостная картина, но удерживается она недолго;

   ...а теперь спрашиваю себя, что же это такое – тоска по дому, по чем мы тоскуем, вспоминая родной дом. Мы тоскуем по людям, отвечаю я себе, главное для нас – люди, ведь люди приходят и уходят, люди так созданы, что по ним приходится тосковать, но еще тоскуешь по местности, по свету и по местности. Мне кажется, я тоскую по местности, в которой прожили жизнь самые близкие мне люди. Вот так несложно, по видимому, обстоит дело. Я тоскую по местам, в которых жили, в которых живут люди, потому что там в урочный час так же светит солнце, из года в год, и луч его под тем же углом ложится на стену, под каким он ложился при моих пращурах, думается мне, и все так же идет там дождь, и хотя дождь – это вода, но в этом дожде почему то чувствуется что-то умиротворяющее, но каждый раз, как я возвращаюсь мыслями к этой местности, она почему то преломляется и поворачивается множеством граней, на мгновение выстраивается целостная картина, но удерживается она недолго;

   — Лучшая страна в мире · книга
4. «

   — Что такое? — Ничего. — Ты там порно балуешься? — Нет. — А чем? — Думаю о театре. — И поэтому захлопываешь ноутбук, стоит мне зайти в комнату? — Да. — Ты догадываешься, что это не может вызвать у меня подозрений? — Да. Но иногда посреди размышлений о театре человек вдруг берет и захлопывает ноутбук. Это жизнь.

   — Что такое? — Ничего. — Ты там порно балуешься? — Нет. — А чем? — Думаю о театре. — И поэтому захлопываешь ноутбук, стоит мне зайти в комнату? — Да. — Ты догадываешься, что это не может вызвать у меня подозрений? — Да. Но иногда посреди размышлений о театре человек вдруг берет и захлопывает ноутбук. Это жизнь.

   — Тихие дни в Перемешках · книга
5. «

   Иногда человек чувствует себя нужным и желанным там, где он никогда не бывал раньше.

   Иногда человек чувствует себя нужным и желанным там, где он никогда не бывал раньше.

   — Во власти женщины · книга
6. «

   Я живу здесь и теперь. И только это вполне определено, и только это считается.

   Я живу здесь и теперь. И только это вполне определено, и только это считается.

   — Юлия · книга
7. «

   Меня умиляют близкие и друзья самоубийц, когда они говорят, что ничто не указывало на такой исход. Покойный до самого конца вел себя совершенно нормально, говорят они. Это особенно углубляет трагизм трагедии и превращает покойного в мистическую личность, которую никто не в состоянии постичь до конца. А родным и близким не остается ничего другого, как признать, что случившееся нельзя объяснить разумным образом. Причины, побудившие умершего выбрать смерть, навсегда останутся неясными для окружающих.

   Меня умиляют близкие и друзья самоубийц, когда они говорят, что ничто не указывало на такой исход. Покойный до самого конца вел себя совершенно нормально, говорят они. Это особенно углубляет трагизм трагедии и превращает покойного в мистическую личность, которую никто не в состоянии постичь до конца. А родным и близким не остается ничего другого, как признать, что случившееся нельзя объяснить разумным образом. Причины, побудившие умершего выбрать смерть, навсегда останутся неясными для окружающих.

   — Юлия · книга
8. «

   Это-то и чудовищно. <...> Мы набираемся ума, растём, взрослеем, а потом наступает старость. И как раз когда мы начали что-то понимать, когда мы вот-вот ухватили что-то важное, как раз тогда нам уже не дано сил этим воспользоваться.

   Это-то и чудовищно. <...> Мы набираемся ума, растём, взрослеем, а потом наступает старость. И как раз когда мы начали что-то понимать, когда мы вот-вот ухватили что-то важное, как раз тогда нам уже не дано сил этим воспользоваться.

   — Калле · книга
9. «

   ... если миллиард китайцев одновременно подпрыгнет, то Земля сдвинется со своей орбиты.

   ... если миллиард китайцев одновременно подпрыгнет, то Земля сдвинется со своей орбиты.

   — Лучшая страна в мире · книга
10. «

    Раньше я не понимала, что заставляет людей бегать, но теперь я вижу что это связано с тем, как работает мысль. Когда человек быстро и долго бежит, мозг постепенно отключается. Мысли становятся тусклыми и безвредными. Другими словами, те кто бегает, от чего-то убегают. Пока они бегут, всё в порядке. Стоит им остановиться, проблемы возвращаются.

    Раньше я не понимала, что заставляет людей бегать, но теперь я вижу что это связано с тем, как работает мысль. Когда человек быстро и долго бежит, мозг постепенно отключается. Мысли становятся тусклыми и безвредными. Другими словами, те кто бегает, от чего-то убегают. Пока они бегут, всё в порядке. Стоит им остановиться, проблемы возвращаются.

    — Мулей · книга
11. «

    «Любить» — это высокое слово, я прекрасно это понимаю, с ним нужно обращаться бережно, иначе от частого употребления наступит инфляция смысла.

    «Любить» — это высокое слово, я прекрасно это понимаю, с ним нужно обращаться бережно, иначе от частого употребления наступит инфляция смысла.

    — Лучшая страна в мире · книга
12. «

    Ничто так не сплачивает людей, как коллективный тяжелый труд, имеющий к тому же символическое значение.

    Ничто так не сплачивает людей, как коллективный тяжелый труд, имеющий к тому же символическое значение.

    — Допплер · книга
13. «

    Никто не становится добрым, тёплым и милосердным просто потому, что называется христианином.

    Никто не становится добрым, тёплым и милосердным просто потому, что называется христианином.

    — Фвонк · книга
14. «

    Только человек особого склада способен ничего не делать, когда у него постоянно стоят над душой.

    Только человек особого склада способен ничего не делать, когда у него постоянно стоят над душой.

    — Допплер · книга
15. «

    Из планов на новый год у меня только один: попробовать умереть. Ума не приложу, правда, как это сделать. Традиционные способы такая мура. Все эти повеситься, застрелиться и тому подобное. Фу, вульгарно и пошло. Лучше всего разбиться на самолете. Но они, к сожалению, грохаются не так часто. Разве что в Африку податься? Но это такая морока... Ладно, подумаю ещё.

    Из планов на новый год у меня только один: попробовать умереть. Ума не приложу, правда, как это сделать. Традиционные способы такая мура. Все эти повеситься, застрелиться и тому подобное. Фу, вульгарно и пошло. Лучше всего разбиться на самолете. Но они, к сожалению, грохаются не так часто. Разве что в Африку податься? Но это такая морока... Ладно, подумаю ещё.

    — Юлия · книга
16. «

    Господи, как много в людях простоты! Они ведь думают, что все будет хорошо, стоит только поехать в другую страну.

    Господи, как много в людях простоты! Они ведь думают, что все будет хорошо, стоит только поехать в другую страну.

    — Лучшая страна в мире · книга
17. «

    Я решил, что постараюсь-ка я влюбиться в нее без памяти. Завтра же и начну. Вряд ли это займет много времени.

    Я решил, что постараюсь-ка я влюбиться в нее без памяти. Завтра же и начну. Вряд ли это займет много времени.

    — Во власти женщины · книга
18. «

    Стоит человеку стать отличником, и вот уже нет предела тому, на что он готов пойти, лишь бы заслужить пятерку с плюсом. Эта спираль сама себя раскручивает все дальше и дальше, — воистину нет предела совершенству.

    Стоит человеку стать отличником, и вот уже нет предела тому, на что он готов пойти, лишь бы заслужить пятерку с плюсом. Эта спираль сама себя раскручивает все дальше и дальше, — воистину нет предела совершенству.

    — Допплер · книга
19. «

    Ты живешь здесь и сейчас, и больше тебя никогда не будет. И геройства в том, чтобы сдохнуть по дурости, тоже нет.

    Ты живешь здесь и сейчас, и больше тебя никогда не будет. И геройства в том, чтобы сдохнуть по дурости, тоже нет.

    — Допплер · книга
20. «

    Среди ночи я проснулся. Меня пронзила мысль, что единственный во всем мире, кому придется прожить мою жизнь, это не кто иной, как сам я.

    Среди ночи я проснулся. Меня пронзила мысль, что единственный во всем мире, кому придется прожить мою жизнь, это не кто иной, как сам я.

    — Во власти женщины · книга