Что говорила Ёсида Кэнко (Урабэ Канэёси): 10 цитат

Подборка из 10 цитат Ёсиды Кэнко (Урабэ Канэёси): от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Нет участи незавиднее, чем участь монаха. Сэй-Сёнагон писала: «В глазах людей он подобен чурбану», и верно, так оно и есть.

   Нет участи незавиднее, чем участь монаха. Сэй-Сёнагон писала: «В глазах людей он подобен чурбану», и верно, так оно и есть.

   — Кэнко-Хоси · книга
2. «

   Первый министр Хорикава был красивым и богатым. И еще отличала его любовь к роскоши. Сына своего – сиятельного Мототоси – Хорикава определил управляющим сыскным департаментом и, когда тот приступил к несению службы, заявил, что китайский сундук, стоявший в служебном помещении сына, выглядит безобразно, и распорядился переделать его на более красивый. Однако чиновники, знающие старинные обычаи, доложили ему: – Этот сундук переходил здесь из рук в руки с глубокой древности, и неизвестно, откуда он взялся: с тех пор прошли уже сотни лет. Когда во дворце от старости приходит в негодность какая-либо вещь из тех, что передаются из поколения в поколение, она служит образцом для изготовления новых, — так что лучше бы его не переделывать. Распоряжение отменили.

   Первый министр Хорикава был красивым и богатым. И еще отличала его любовь к роскоши. Сына своего – сиятельного Мототоси – Хорикава определил управляющим сыскным департаментом и, когда тот приступил к несению службы, заявил, что китайский сундук, стоявший в служебном помещении сына, выглядит безобразно, и распорядился переделать его на более красивый. Однако чиновники, знающие старинные обычаи, доложили ему: – Этот сундук переходил здесь из рук в руки с глубокой древности, и неизвестно, откуда он взялся: с тех пор прошли уже сотни лет. Когда во дворце от старости приходит в негодность какая-либо вещь из тех, что передаются из поколения в поколение, она служит образцом для изготовления новых, — так что лучше бы его не переделывать. Распоряжение отменили.

   — Записки от скуки · книга
3. «

   Когда мне было восемь лет, я спросил отца: – А кто такой Будда? – Буддами становятся люди, — ответил отец. – А как они становятся буддами? – Благодаря учению Будды — ответил отец. И снова я спрашиваю: – А того Будду, который обучал будд, кто обучал? – Он тоже стал Буддой благодаря учению прежнего Будды, — опять ответил отец. Я снова спросил: – А вот самый первый Будда, который начал всех обучать, — как он стал Буддой? И тогда отец рассмеялся: – Ну, этот либо с неба свалился, либо из земли выскочил. Потом отец потешался, рассказывая об этом всем: – До того привяжется, что и ответить не можешь.

   Когда мне было восемь лет, я спросил отца: – А кто такой Будда? – Буддами становятся люди, — ответил отец. – А как они становятся буддами? – Благодаря учению Будды — ответил отец. И снова я спрашиваю: – А того Будду, который обучал будд, кто обучал? – Он тоже стал Буддой благодаря учению прежнего Будды, — опять ответил отец. Я снова спросил: – А вот самый первый Будда, который начал всех обучать, — как он стал Буддой? И тогда отец рассмеялся: – Ну, этот либо с неба свалился, либо из земли выскочил. Потом отец потешался, рассказывая об этом всем: – До того привяжется, что и ответить не можешь.

   — Записки от скуки · книга
4. «

   Некий господин, оспаривавший право на чужое поле, проиграл тяжбу и с досады послал туда работников, повелев сжать его, а рис забрать. Жнецы, однако, начали убирать другое поле, лежавшее при дороге. Увидев это, кто-то им заметил: – Но ведь это не то поле, из-за которого разгорелась тяжба. Почему же вы жнёте здесь? И работники ответили: – Это верно: у нас нет основания жать здесь, но раз уж мы пришли вершить неправедное дело, так не все ли равно, где мы жнём? Обоснование изумительнейшее!

   Некий господин, оспаривавший право на чужое поле, проиграл тяжбу и с досады послал туда работников, повелев сжать его, а рис забрать. Жнецы, однако, начали убирать другое поле, лежавшее при дороге. Увидев это, кто-то им заметил: – Но ведь это не то поле, из-за которого разгорелась тяжба. Почему же вы жнёте здесь? И работники ответили: – Это верно: у нас нет основания жать здесь, но раз уж мы пришли вершить неправедное дело, так не все ли равно, где мы жнём? Обоснование изумительнейшее!

   — Записки от скуки · книга
5. «

   Всякому человеку нравится лишь то занятие, от которого он далек. Так, монах стремится к ратному делу, а дикарь, делая вид, будто не знает, как согнуть лук, корчит из себя знатока буддийских законов, слагает стихотворные цепочки рэнга и увлекается музыкой.

   Всякому человеку нравится лишь то занятие, от которого он далек. Так, монах стремится к ратному делу, а дикарь, делая вид, будто не знает, как согнуть лук, корчит из себя знатока буддийских законов, слагает стихотворные цепочки рэнга и увлекается музыкой.

   — Записки от скуки · книга
6. «

   Человеку, который в несчастье впадает в скорбь, лучше не принимать опрометчиво решения о постриге, а затвориться, чтобы не слышно было – есть ли кто за дверью, и жить, не имея никаких надежд на будущее, тихо встречая рассвет и сумерки. Так, видимо, и думал Акимото-но-тюнагон, когда сказал: «Захолустья луну без вины я увижу».

   Человеку, который в несчастье впадает в скорбь, лучше не принимать опрометчиво решения о постриге, а затвориться, чтобы не слышно было – есть ли кто за дверью, и жить, не имея никаких надежд на будущее, тихо встречая рассвет и сумерки. Так, видимо, и думал Акимото-но-тюнагон, когда сказал: «Захолустья луну без вины я увижу».

   — Кэнко-Хоси · книга
7. «

   Если ты не требуешь ничего ни от себя, ни от других – то, когда хорошо, радуешься, когда плохо, не ропщешь.

   Если ты не требуешь ничего ни от себя, ни от других – то, когда хорошо, радуешься, когда плохо, не ропщешь.

   — Записки от скуки · книга
8. «

   Среди всех желаний трудно преодолеть только одно — любовную страсть. Здесь, видно, недалеко ушли друг от друга и старый, и молодой, и мудрый, и глупый.

   Среди всех желаний трудно преодолеть только одно — любовную страсть. Здесь, видно, недалеко ушли друг от друга и старый, и молодой, и мудрый, и глупый.

   — Записки от скуки · книга
9. «

   Те, кто ниже их по происхождению, тоже при случае делают доступную для себя карьеру, и тогда у них бывает очень спесивый вид. И хотя они мнят себя великими, это совершенно никчемные люди.

   Те, кто ниже их по происхождению, тоже при случае делают доступную для себя карьеру, и тогда у них бывает очень спесивый вид. И хотя они мнят себя великими, это совершенно никчемные люди.

   — Кэнко-Хоси · книга
10. «

    Помнится, будто мудрец Дзога проповедовал, что жажда мирской славы несовместима с учением Будды. Но даже и у праведного отшельника есть, по-видимому, какое-то заветное желание.

    Помнится, будто мудрец Дзога проповедовал, что жажда мирской славы несовместима с учением Будды. Но даже и у праведного отшельника есть, по-видимому, какое-то заветное желание.

    — Кэнко-Хоси · книга