130 цитат Евгеного Гришковеца для тех, кто любит думать

Ниже 130 цитат Евгеного Гришковеца — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   А ведь женщине ничего не объяснить! И сам же знаешь, что бесполезно объяснять! И когда произносишь такие слова, сам знаешь, что говорить их бесполезно... Когда в полном отчаянии говоришь женщине, и говоришь-то каким-то срывающимся голосом: «Поверь, поверь мне, что никто и никогда так, как я, любить тебя не будет. Никто и никогда! Ты понимаешь?!» И отчаянно при этом трясешь рукой. Потому что смотришь в её глаза и сразу догадываешься по глазам, что все мужчины так говорят. Все так говорят! Этими же самыми словами. И это ужас! Потому что все говорят правду! Потому что, действительно, никто не сможет точно так же, как Я... Точно так же не сможет, а слова те же... И ясно, что ничего нельзя объяснить. Объяснить ничего не получится. И в этот момент хочется только головой в омут или в окно. Но останавливает то, что ты понимаешь, что всем хочется в такой момент того же самого.

   А ведь женщине ничего не объяснить! И сам же знаешь, что бесполезно объяснять! И когда произносишь такие слова, сам знаешь, что говорить их бесполезно... Когда в полном отчаянии говоришь женщине, и говоришь-то каким-то срывающимся голосом: «Поверь, поверь мне, что никто и никогда так, как я, любить тебя не будет. Никто и никогда! Ты понимаешь?!» И отчаянно при этом трясешь рукой. Потому что смотришь в её глаза и сразу догадываешься по глазам, что все мужчины так говорят. Все так говорят! Этими же самыми словами. И это ужас! Потому что все говорят правду! Потому что, действительно, никто не сможет точно так же, как Я... Точно так же не сможет, а слова те же... И ясно, что ничего нельзя объяснить. Объяснить ничего не получится. И в этот момент хочется только головой в омут или в окно. Но останавливает то, что ты понимаешь, что всем хочется в такой момент того же самого.

   — Дредноуты · книга
2. «

   Я иду восвояси. Знаете такое место? Вот туда я иду.

   Я иду восвояси. Знаете такое место? Вот туда я иду.

   — Планета · книга
3. «

   <...> Они выстроились, а командир десантников подошёл к послу, отдал честь и сказал: «Десант крейсера «Эмден» построен». И всё. Он больше ничего не сказал. А что можно сказать про него? Молодец! Он не сказал: «Знаете, мы тут восемь месяцев...» или «Мы маленько устали, нам бы в гостиницу, а то мы поиздержались в дороге...» Вот что нужно женщинам почитать! Вот это! То, как тот офицер это сказал. Потому что, если они это прочитают, может быть, они перестанут так вот молча смотреть на нас, вот так смотреть... молча и качать головой. Или просто, вот так уходить в другую комнату и молчать. Им нужно прочитать это!

   <...> Они выстроились, а командир десантников подошёл к послу, отдал честь и сказал: «Десант крейсера «Эмден» построен». И всё. Он больше ничего не сказал. А что можно сказать про него? Молодец! Он не сказал: «Знаете, мы тут восемь месяцев...» или «Мы маленько устали, нам бы в гостиницу, а то мы поиздержались в дороге...» Вот что нужно женщинам почитать! Вот это! То, как тот офицер это сказал. Потому что, если они это прочитают, может быть, они перестанут так вот молча смотреть на нас, вот так смотреть... молча и качать головой. Или просто, вот так уходить в другую комнату и молчать. Им нужно прочитать это!

   — Дредноуты · книга
4. «

   В безусловной уверенности в самих себе во многом и кроется секрет успеха.

   В безусловной уверенности в самих себе во многом и кроется секрет успеха.
5. «

   Интересно, где тот город? Тот город, который я прекрасно знаю, хотя никогда там не была. Но я видела его много-много раз в тех самых черно-белых фильмах, от которых невозможно оторваться. Тот город, в котором всегда такой удивительный свет, всегда блестящий мокрый асфальт, и в котором нет машин, кроме поливальных. Город, в котором все так неторопливо и значительно. Набережные, мосты, монументальные милиционеры. В том городе живут только любимые артисты, которые там всегда живые и чудесные. Но есть ли такие места, а главное, время, где и когда этот черно-белый город совпадает с тем городом, по которому хожу я, где мерцает мое окно, или где-то в потоке машин горят фары моего автомобиля.

   Интересно, где тот город? Тот город, который я прекрасно знаю, хотя никогда там не была. Но я видела его много-много раз в тех самых черно-белых фильмах, от которых невозможно оторваться. Тот город, в котором всегда такой удивительный свет, всегда блестящий мокрый асфальт, и в котором нет машин, кроме поливальных. Город, в котором все так неторопливо и значительно. Набережные, мосты, монументальные милиционеры. В том городе живут только любимые артисты, которые там всегда живые и чудесные. Но есть ли такие места, а главное, время, где и когда этот черно-белый город совпадает с тем городом, по которому хожу я, где мерцает мое окно, или где-то в потоке машин горят фары моего автомобиля.

   — Зима · книга
6. «

   И можно ехать по какому-нибудь штату… А какие я знаю американские штаты? Айдахо, Вайоминг, Колорадо, Массачусетс, Техас… Да не важно, по какому штату ехать. Всё равно приедешь в Лас-Вегас.

   И можно ехать по какому-нибудь штату… А какие я знаю американские штаты? Айдахо, Вайоминг, Колорадо, Массачусетс, Техас… Да не важно, по какому штату ехать. Всё равно приедешь в Лас-Вегас.

   — Планета · книга
7. «

   Надо же, как только происходит что-то не очень обычное или сильно необычное, сразу думаешь: «Как в кино».

   Надо же, как только происходит что-то не очень обычное или сильно необычное, сразу думаешь: «Как в кино».

   — Рубашка · книга
8. «

   А желание такое... Желание, чтобы нас всё-таки любили и уважали. Чтобы меня любили и уважали.

   А желание такое... Желание, чтобы нас всё-таки любили и уважали. Чтобы меня любили и уважали.

   — Сатисфакция · книга
9. «

   А как только не изображали художники-карикатуристы лица американских президентов! Но и они опять же не были страшными. Смешными были. А смешное не могло пугать.

   А как только не изображали художники-карикатуристы лица американских президентов! Но и они опять же не были страшными. Смешными были. А смешное не могло пугать.

   — А.....а · книга
10. «

    Не важно, хорошая гостиница или плохая, дешёвая или дорогая. Заходишь в номер, а там видишь одноразовое мыло, одноразовые стаканчики и сам понимаешь, что ты тоже здесь одноразовый. Максимум двухразовый.

    Не важно, хорошая гостиница или плохая, дешёвая или дорогая. Заходишь в номер, а там видишь одноразовое мыло, одноразовые стаканчики и сам понимаешь, что ты тоже здесь одноразовый. Максимум двухразовый.
11. «

    Порядок восстановить легче. А вот в спокойствии есть мудрость.

    Порядок восстановить легче. А вот в спокойствии есть мудрость.

    — Асфальт · книга
12. «

    Я понял, что меня не беспокоят Её мужчины. Были они у Неё или они есть?... И сколько их?... Обычно я очень ревнив. Но теперь ревности не было! Была невыносимая любовь!... И мысль: «Лишь бы Ей было хорошо! Конечно, лучше бы со мной! Но если не со мной?... Пусть будет хорошо, и всё!»

    Я понял, что меня не беспокоят Её мужчины. Были они у Неё или они есть?... И сколько их?... Обычно я очень ревнив. Но теперь ревности не было! Была невыносимая любовь!... И мысль: «Лишь бы Ей было хорошо! Конечно, лучше бы со мной! Но если не со мной?... Пусть будет хорошо, и всё!»

    — Рубашка · книга
13. «

    Всегда говорится, в случае если люди разошлись, что брак был неудачным. Люди, может быть, прожили вместе много счастливых лет, а потом что-то пошло по-другому, и вот они расстались. Какая же тут неудача?

    Всегда говорится, в случае если люди разошлись, что брак был неудачным. Люди, может быть, прожили вместе много счастливых лет, а потом что-то пошло по-другому, и вот они расстались. Какая же тут неудача?

    — Рубашка · книга
14. «

    А тут ещё не знаешь, что учительница тебя не любит. Потому что она в принципе никого не любит. А до этого тебя все любили.... Бабушка вообще твой фанат.

    А тут ещё не знаешь, что учительница тебя не любит. Потому что она в принципе никого не любит. А до этого тебя все любили.... Бабушка вообще твой фанат.
15. «

    … И ты не обиделся. Потому что ты ещё не умеешь обижаться. Потому что как только ты научишься обижаться, в ту же секунду, не в следующую, а в ту же секунду — ты научишься обижать...

    … И ты не обиделся. Потому что ты ещё не умеешь обижаться. Потому что как только ты научишься обижаться, в ту же секунду, не в следующую, а в ту же секунду — ты научишься обижать...

    — Как я съел собаку · книга
16. «

    — Вот видишь, Саня, как только заговорил про деньги, тут же забыл про любовь!

    — Вот видишь, Саня, как только заговорил про деньги, тут же забыл про любовь!

    — Рубашка · книга
17. «

    Ни один из наших самых крупных политиков или обладателей колоссальных непонятных обычному человеку капиталов не сможет потягаться степенью удивительности, а также степенью приобщения к самым сокровенным желаниям и мечтам ни с одним голливудским артистом даже средней величины.

    Ни один из наших самых крупных политиков или обладателей колоссальных непонятных обычному человеку капиталов не сможет потягаться степенью удивительности, а также степенью приобщения к самым сокровенным желаниям и мечтам ни с одним голливудским артистом даже средней величины.

    — А.....а · книга
18. «

    — А ты что не ждёшь меня? — спросил он, стоя у самой двери. — Не цепляйся к словам, Миша! Не мучай меня такими вопросами! Я не знаю, как тебе ответить. Какой-то спектакль получается, в самом деле. Я вчера мучалась... Сегодня мучаюсь из-за того, что вчера надумала и сказала. Не спрашивай меня. Иди. Миша быстро шагнул к ней и обнял. Пакет неприятно зашелестел, но не помешал. Он крепко прижал её к себе, поцеловал в щёку, а потом отыскал губы и поцеловал в губы сильно, но коротко. Она обняла его. Так они стояли, обнявшись. — Прости меня, милая! — сказал он тихо. — Как редко ты меня целуешь, обнимаешь и даже просто трогаешь. А я всегда жду, — сказала она тихо-тихо. — Я тебя всегда жду и всегда волнуюсь.

    — А ты что не ждёшь меня? — спросил он, стоя у самой двери. — Не цепляйся к словам, Миша! Не мучай меня такими вопросами! Я не знаю, как тебе ответить. Какой-то спектакль получается, в самом деле. Я вчера мучалась... Сегодня мучаюсь из-за того, что вчера надумала и сказала. Не спрашивай меня. Иди. Миша быстро шагнул к ней и обнял. Пакет неприятно зашелестел, но не помешал. Он крепко прижал её к себе, поцеловал в щёку, а потом отыскал губы и поцеловал в губы сильно, но коротко. Она обняла его. Так они стояли, обнявшись. — Прости меня, милая! — сказал он тихо. — Как редко ты меня целуешь, обнимаешь и даже просто трогаешь. А я всегда жду, — сказала она тихо-тихо. — Я тебя всегда жду и всегда волнуюсь.

    — Асфальт · книга
19. «

    После звонков становится только хуже. Причём в любом случае. Например, вот ты не выдержал и позвонил. Предварительно придумал причину, высосал из пальца какой-то предлог и набрал заветный номер... И тебе не ответили! До этого звонка было не здорово, а после... стало просто невыносимо!

    После звонков становится только хуже. Причём в любом случае. Например, вот ты не выдержал и позвонил. Предварительно придумал причину, высосал из пальца какой-то предлог и набрал заветный номер... И тебе не ответили! До этого звонка было не здорово, а после... стало просто невыносимо!

    — Евгений Гришковец · книга
20. «

    Самый грустный вид спорта — это женское одиночное фигурное катание! Сколько бы эта молодая и красивая женщина ни каталась по льду, сколько бы страстно ни вытягивала вперёд руки, сколько бы ни выгибалась, ни крутилась бы… всё равно никто к ней не выскочит, не обнимет! Так она и останется одна на льду.

    Самый грустный вид спорта — это женское одиночное фигурное катание! Сколько бы эта молодая и красивая женщина ни каталась по льду, сколько бы страстно ни вытягивала вперёд руки, сколько бы ни выгибалась, ни крутилась бы… всё равно никто к ней не выскочит, не обнимет! Так она и останется одна на льду.

    — Рубашка · книга