102 цитаты Евгеного Красницкого: от иронии до философии

Ниже 102 цитаты Евгеного Красницкого — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Светлые боги разделили людей пополам не для того, чтобы обе половинки во всем одинаковыми были. Есть многое в нас, чего они никогда не поймут, и есть нечто в них, для нас непостижимое. Казалось бы, ну что там может быть такого? Злые, грубые, чувствами обделены, самовлюбленные — только себя видят и слышат, простые, как чурки деревянные, а поди ж ты, не понять! Иной разумом тяжел, как наковальня, мыслями и делами прямой, как бревно, а вдруг так просветлеет, таким понимающим и чувствующим сделается — чуть не в Ирий тебя вознесет… а потом опять — козёл козлом.

   Светлые боги разделили людей пополам не для того, чтобы обе половинки во всем одинаковыми были. Есть многое в нас, чего они никогда не поймут, и есть нечто в них, для нас непостижимое. Казалось бы, ну что там может быть такого? Злые, грубые, чувствами обделены, самовлюбленные — только себя видят и слышат, простые, как чурки деревянные, а поди ж ты, не понять! Иной разумом тяжел, как наковальня, мыслями и делами прямой, как бревно, а вдруг так просветлеет, таким понимающим и чувствующим сделается — чуть не в Ирий тебя вознесет… а потом опять — козёл козлом.

   — Настена · книга
2. «

   — Невозможно? А судить дела столетней давности, пользуясь их плодами, возможно? — Отче… — Нет, слушай! Сидишь на земле, отвоеванной предками, пользуешься её богатствами, продолжаешь дела их (пусть по-другому, но продолжаешь) и называешь их преступниками?

   — Невозможно? А судить дела столетней давности, пользуясь их плодами, возможно? — Отче… — Нет, слушай! Сидишь на земле, отвоеванной предками, пользуешься её богатствами, продолжаешь дела их (пусть по-другому, но продолжаешь) и называешь их преступниками?

   — отец Михаил · книга
3. «

   Блин, что там, что здесь – Запад давит, потому что свои власти мух не ловят. Вернее, ловят, но исключительно для себя любимых. Тогда какая, к хренам, разница? Ах, во всем были виноваты коммунисты, а теперь нас будут любить! Ага! Разве что плотски, во все дыры разом. Здесь про коммунизм ни слуху ни духу, а все тоже самое.

   Блин, что там, что здесь – Запад давит, потому что свои власти мух не ловят. Вернее, ловят, но исключительно для себя любимых. Тогда какая, к хренам, разница? Ах, во всем были виноваты коммунисты, а теперь нас будут любить! Ага! Разве что плотски, во все дыры разом. Здесь про коммунизм ни слуху ни духу, а все тоже самое.

   — Михаил Ратников · книга
4. «

   Не все, кто тебе улыбаются, добра желают, бывает, что с улыбкой примеряются, как бы половчее гадость сделать. И не всякий, кто ругает, — враг твой, наоборот тоже бывает.

   Не все, кто тебе улыбаются, добра желают, бывает, что с улыбкой примеряются, как бы половчее гадость сделать. И не всякий, кто ругает, — враг твой, наоборот тоже бывает.

   — Вея · книга
5. «

   ...из двух равнозначных рациональных решений надо выбирать наиболее нравственное, а из нравственных альтернатив — самую рациональную. Как бы странно это не выглядело, но правильный, с точки зрения нравственности, выбор, рано или поздно, обязательно оказывается и самым рациональным, только не всегда это бывает очевидным в момент принятия решения.

   ...из двух равнозначных рациональных решений надо выбирать наиболее нравственное, а из нравственных альтернатив — самую рациональную. Как бы странно это не выглядело, но правильный, с точки зрения нравственности, выбор, рано или поздно, обязательно оказывается и самым рациональным, только не всегда это бывает очевидным в момент принятия решения.

   — Мишка Лисовин (Михаил Андреевич Ратников) · книга
6. «

   Знал бы ты, сколько уродов с виду обычными людьми кажутся! Только мы — лекарки — и знаем. Иного бы и не лечить, а отравить, чтобы не плодился.

   Знал бы ты, сколько уродов с виду обычными людьми кажутся! Только мы — лекарки — и знаем. Иного бы и не лечить, а отравить, чтобы не плодился.

   — Юлька · книга
7. «

   Врут мужи, что у баб ум ущербен, мы ничуть не глупее их, только сердце у нас порой намного сильнее ума оказывается… вместе со всеми знаниями.

   Врут мужи, что у баб ум ущербен, мы ничуть не глупее их, только сердце у нас порой намного сильнее ума оказывается… вместе со всеми знаниями.

   — Анна Павловна · книга
8. «

   Все же интересно, что за штука такая – любовь и как она возникает? Многие пытались найти свой ответ на этот вопрос и даже находили, правда, никто не смог ответить на него до конца. Не дано это людям, да и надо ли? Не лучше ли бесконечно искать ответ, открывая всё новые и новые грани сей вековечной тайны? Ведь искали же Гомер, Овидий, Петрарка… Шекспир, Пушкин… Петя Иванов тоже искал и ведь нашёл! Причём своё, неповторимое. Не избежал общей участи и Стендаль. Великий француз остроумно сравнил зарождение любви с кристаллизацией: «В соляных копях Зальцбурга, в заброшенные глубины этих копей кидают ветку дерева, оголившуюся за зиму; два или три месяца спустя её извлекают оттуда, покрытую блестящими кристаллами; даже самые маленькие веточки, которые не больше лапки синицы, украшены бесчисленным множеством подвижных и ослепительных алмазов; прежнюю ветку невозможно узнать. То, что я называю кристаллизацией, есть особая деятельность ума, который из всего, с чем он сталкивается, извлекает открытие, что любимый предмет обладает новыми совершенствами». Красиво, не правда ли? По Стендалю, эти любовные кристаллы, как и кристаллы природные, так же растут или умирают, в зависимости от того, в благоприятную или нет среду им случится попасть. Поэтому, когда зарождается любовь, так важно, чтобы между свиданиями проходил определённый срок. Дайте воображению влюблённого работать – это хорошо для кристаллов, но не дайте им перегореть… Вот только не учел классик, что действует эта химия на каждого человека по-разному.

   Все же интересно, что за штука такая – любовь и как она возникает? Многие пытались найти свой ответ на этот вопрос и даже находили, правда, никто не смог ответить на него до конца. Не дано это людям, да и надо ли? Не лучше ли бесконечно искать ответ, открывая всё новые и новые грани сей вековечной тайны? Ведь искали же Гомер, Овидий, Петрарка… Шекспир, Пушкин… Петя Иванов тоже искал и ведь нашёл! Причём своё, неповторимое. Не избежал общей участи и Стендаль. Великий француз остроумно сравнил зарождение любви с кристаллизацией: «В соляных копях Зальцбурга, в заброшенные глубины этих копей кидают ветку дерева, оголившуюся за зиму; два или три месяца спустя её извлекают оттуда, покрытую блестящими кристаллами; даже самые маленькие веточки, которые не больше лапки синицы, украшены бесчисленным множеством подвижных и ослепительных алмазов; прежнюю ветку невозможно узнать. То, что я называю кристаллизацией, есть особая деятельность ума, который из всего, с чем он сталкивается, извлекает открытие, что любимый предмет обладает новыми совершенствами». Красиво, не правда ли? По Стендалю, эти любовные кристаллы, как и кристаллы природные, так же растут или умирают, в зависимости от того, в благоприятную или нет среду им случится попасть. Поэтому, когда зарождается любовь, так важно, чтобы между свиданиями проходил определённый срок. Дайте воображению влюблённого работать – это хорошо для кристаллов, но не дайте им перегореть… Вот только не учел классик, что действует эта химия на каждого человека по-разному.

   — Денис Варюшенков · книга
9. «

   Может ли хоть что-то на свете сравниться с таким сиянием женских глаз? В нем всё: и благодарность, и обещание, и награда, и ожидание… Приказ и просьба, требовательность и покорность, грех и благодать, сила и беспомощность, надежда и самоотречение… Кто-нибудь когда-нибудь сумел пересчитать компоненты, составляющие понятия Любовь и Счастье? И если ты не просто «М» в графе «пол», а действительно мужчина, нет цены, которая оказалась бы слишком велика за один такой взгляд. Отдать всё — пустой набор слов. Отдать то, чего нет и не могло бы быть, если бы не эти глаза…

   Может ли хоть что-то на свете сравниться с таким сиянием женских глаз? В нем всё: и благодарность, и обещание, и награда, и ожидание… Приказ и просьба, требовательность и покорность, грех и благодать, сила и беспомощность, надежда и самоотречение… Кто-нибудь когда-нибудь сумел пересчитать компоненты, составляющие понятия Любовь и Счастье? И если ты не просто «М» в графе «пол», а действительно мужчина, нет цены, которая оказалась бы слишком велика за один такой взгляд. Отдать всё — пустой набор слов. Отдать то, чего нет и не могло бы быть, если бы не эти глаза…

   — Отрок. Бешеный лис · книга
10. «

    Холодная ярость разум не затмевает, потому что холодная ярость — это мысль, это обостренное восприятие окружающего, это ускоренная реакция…

    Холодная ярость разум не затмевает, потому что холодная ярость — это мысль, это обостренное восприятие окружающего, это ускоренная реакция…

    — Отрок. Стезя и место · книга
11. «

    ...был у писателя Джека Лондона такой персонаж — Дик Форест. Интересную фразу вложил мистер Лондон в уста этого самого Дика: «Не стой за ценой, если вещь тебе нравится, и все равно, чем платить — долларами или собственной шкурой».

    ...был у писателя Джека Лондона такой персонаж — Дик Форест. Интересную фразу вложил мистер Лондон в уста этого самого Дика: «Не стой за ценой, если вещь тебе нравится, и все равно, чем платить — долларами или собственной шкурой».

    — Сотник. Беру все на себя · книга
12. «

    ...а тебе, дочка, я вот что скажу… Ты еще не знаешь, что такое жить без любви. Когда никто о тебе не вспоминает, и никто тебя не ждёт. Когда мужчины проходят мимо тебя, как мимо пустого места. Когда в доме не пахнет мужиком. Да-да — плохо пахнет! Но придет пора, и этот запах станет для тебя самым родным. И ты готова будешь дышать им и днем и ночью. И это тоже называется узами — узами любви, семейными узами. Словами этого не расскажешь, Гунюшка, язык слов — мужской язык, а наш — язык чувств. Языком слов о чувствах не поведаешь, а если попытаешься — бледная тень получится. Нет, это можно только ощутить, пережить, пропустить через себя и… помнить всю оставшуюся жизнь. Тем более что не многим удается сохранить это — не растратить на суетное, не погубить в озлоблении, не утопить в обыденности — жизнь по-всякому оборачивается.

    ...а тебе, дочка, я вот что скажу… Ты еще не знаешь, что такое жить без любви. Когда никто о тебе не вспоминает, и никто тебя не ждёт. Когда мужчины проходят мимо тебя, как мимо пустого места. Когда в доме не пахнет мужиком. Да-да — плохо пахнет! Но придет пора, и этот запах станет для тебя самым родным. И ты готова будешь дышать им и днем и ночью. И это тоже называется узами — узами любви, семейными узами. Словами этого не расскажешь, Гунюшка, язык слов — мужской язык, а наш — язык чувств. Языком слов о чувствах не поведаешь, а если попытаешься — бледная тень получится. Нет, это можно только ощутить, пережить, пропустить через себя и… помнить всю оставшуюся жизнь. Тем более что не многим удается сохранить это — не растратить на суетное, не погубить в озлоблении, не утопить в обыденности — жизнь по-всякому оборачивается.

    — Настена · книга
13. «

    Сила без воли и ума иной раз хуже ее отсутствия.

    Сила без воли и ума иной раз хуже ее отсутствия.

    — Ирина Град · книга
14. «

    Бывают такие дела, которые женщину только бодрят, а мужики после них, как медведи осенью, норовят спать завалиться.

    Бывают такие дела, которые женщину только бодрят, а мужики после них, как медведи осенью, норовят спать завалиться.

    — Настена · книга
15. «

    — Ну как же… видно же… ты так женщин понимаешь и всякие… — Дура ты, Анюта, хоть и боярыня! Баб понять нельзя! — неожиданно рявкнул Филимон и добавил уже спокойнее: — Они и сами себя не понимают.

    — Ну как же… видно же… ты так женщин понимаешь и всякие… — Дура ты, Анюта, хоть и боярыня! Баб понять нельзя! — неожиданно рявкнул Филимон и добавил уже спокойнее: — Они и сами себя не понимают.

    — Анна Павловна · книга
16. «

    Самоубийцы-то, считай, никогда от телесной боли на себя руки не накладывают, а вот от страха или от мук совести — это да. Настоящий страх, настоящее подчинение — это когда дух сломлен, а не плоть.

    Самоубийцы-то, считай, никогда от телесной боли на себя руки не накладывают, а вот от страха или от мук совести — это да. Настоящий страх, настоящее подчинение — это когда дух сломлен, а не плоть.

    — Мишка Лисовин (Михаил Андреевич Ратников) · книга
17. «

    Если ты ещё не утратил окончательно мужских качеств, если их не разъели женское воспитание, унисекс, гламур, политкорректность и прочие кунштюки, расслабляющие характер не хуже, чем слабительное кишечник, тяжесть оружия в руке и вид вооруженного соперника будят такие чувства… словом, будят и… вдохновляют, черт возьми! Да, вдохновляют!

    Если ты ещё не утратил окончательно мужских качеств, если их не разъели женское воспитание, унисекс, гламур, политкорректность и прочие кунштюки, расслабляющие характер не хуже, чем слабительное кишечник, тяжесть оружия в руке и вид вооруженного соперника будят такие чувства… словом, будят и… вдохновляют, черт возьми! Да, вдохновляют!

    — Мишка Лисовин (Михаил Андреевич Ратников) · книга
18. «

    В женском мире у каждого времени и обстоятельства своя правда. Мужи почитают это бабьей лживостью, неверностью, ветреностью, а на самом деле женщина честна и правдива каждый раз! Просто жизнь повернулась немного другой стороной, а женская стезя — приноровиться, приспособиться, соответствовать, оттого и правда женская становится несколько иной… порой прямо противоположной.

    В женском мире у каждого времени и обстоятельства своя правда. Мужи почитают это бабьей лживостью, неверностью, ветреностью, а на самом деле женщина честна и правдива каждый раз! Просто жизнь повернулась немного другой стороной, а женская стезя — приноровиться, приспособиться, соответствовать, оттого и правда женская становится несколько иной… порой прямо противоположной.

    — Анна Павловна · книга
19. «

    Женщина же, истинная ЖЕНЩИНА, боевая подруга, прикрывающая спину воина, тоже сама по себе оружие, но совсем другое. Не колющее, не режущее и не рубящее, а притягивающее и завораживающее, лишающее разума и осторожности. Защитить от него не может даже самая крепкая броня — одни лишь опыт и здравомыслие. Холодный рассудок, если угодно. Те, у кого их нет, перед женским оружием бессильны, как овца под ножом забойщика.

    Женщина же, истинная ЖЕНЩИНА, боевая подруга, прикрывающая спину воина, тоже сама по себе оружие, но совсем другое. Не колющее, не режущее и не рубящее, а притягивающее и завораживающее, лишающее разума и осторожности. Защитить от него не может даже самая крепкая броня — одни лишь опыт и здравомыслие. Холодный рассудок, если угодно. Те, у кого их нет, перед женским оружием бессильны, как овца под ножом забойщика.

    — Алексей · книга
20. «

    ...для воинов привычка все одинаково по команде делать победой в бою оборачивается. Для женщины же обнаружить, что ты с кем-то похоже одета, хуже смерти.

    ...для воинов привычка все одинаково по команде делать победой в бою оборачивается. Для женщины же обнаружить, что ты с кем-то похоже одета, хуже смерти.

    — Анна Павловна · книга