47 фраз Евгеного Красницкого для статуса

Ниже 47 цитат Евгеного Красницкого — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Есть, внучек, такие люди, которым обязательно надо при ком-нибудь состоять. Всё время вторые. Но зато какие вторые! Незаменимые, на которых надеяться как на себя можно, никогда не подведут. Такого помощника найти — всю жизнь искать можно, и не найдешь. Но не дай бог такому человеку остаться одному.

   Есть, внучек, такие люди, которым обязательно надо при ком-нибудь состоять. Всё время вторые. Но зато какие вторые! Незаменимые, на которых надеяться как на себя можно, никогда не подведут. Такого помощника найти — всю жизнь искать можно, и не найдешь. Но не дай бог такому человеку остаться одному.

   — Корней Агеич Лисовин · книга
2. «

   Ладно, изгаляйся, собака лает — караван идёт. В гробу я твои поучения видел, в ритуальной обуви белого цвета.

   Ладно, изгаляйся, собака лает — караван идёт. В гробу я твои поучения видел, в ритуальной обуви белого цвета.

   — Мишка Лисовин (Михаил Андреевич Ратников) · книга
3. «

   ...ничего даром не дается, за всё расплатиться чем-то надобно. А не хватает духа… ну ной… толку-то? Ни нытьем, ни карканьем жизни не поправишь. Ты своё дело делай потихоньку — оно и сладится.

   ...ничего даром не дается, за всё расплатиться чем-то надобно. А не хватает духа… ну ной… толку-то? Ни нытьем, ни карканьем жизни не поправишь. Ты своё дело делай потихоньку — оно и сладится.

   — Верка · книга
4. «

   Никогда не мсти ради себя самого, Мишаня. Если для дела требуется, тогда — да, не жалей никого. И чем страшнее месть будет, тем больше пользы — врагов в страхе держать надо. А себе облегчения этим не добудешь, даже и не надейся. Наоборот, только хуже станет. Пустота настает, не для чего жить становится.

   Никогда не мсти ради себя самого, Мишаня. Если для дела требуется, тогда — да, не жалей никого. И чем страшнее месть будет, тем больше пользы — врагов в страхе держать надо. А себе облегчения этим не добудешь, даже и не надейся. Наоборот, только хуже станет. Пустота настает, не для чего жить становится.

   — Нинея · книга
5. «

   ...в экстремальной ситуации вполне здравомыслящие в обычных условиях люди зачастую начинают себя вести как непроходимые идиоты.

   ...в экстремальной ситуации вполне здравомыслящие в обычных условиях люди зачастую начинают себя вести как непроходимые идиоты.

   — Отрок. Стезя и место · книга
6. «

   Мишка нашарил в котомке с едой завернутый в тряпицу хлеб, отломил кусочек и протянул псу. Очень осторожно Чиф приблизился, долго обнюхивал угощение и руку, его протягивающую, наконец, видимо не обнаружив никаких тревожных признаков, аккуратно, передними зубами, захватил хлеб и не разжевывая проглотил. И все! Страхи мгновенно улетучились, настороженность пропала — хозяин свой, такой же, как всегда, мы куда-то едем, жизнь прекрасна! «Непрошибаемый оптимизм! Просто позавидовать можно. Вот бы и Вам так, сэр. Так нет! Вечно обвешаетесь проблемами, как собака блохами».

   Мишка нашарил в котомке с едой завернутый в тряпицу хлеб, отломил кусочек и протянул псу. Очень осторожно Чиф приблизился, долго обнюхивал угощение и руку, его протягивающую, наконец, видимо не обнаружив никаких тревожных признаков, аккуратно, передними зубами, захватил хлеб и не разжевывая проглотил. И все! Страхи мгновенно улетучились, настороженность пропала — хозяин свой, такой же, как всегда, мы куда-то едем, жизнь прекрасна! «Непрошибаемый оптимизм! Просто позавидовать можно. Вот бы и Вам так, сэр. Так нет! Вечно обвешаетесь проблемами, как собака блохами».

   — Мишка Лисовин (Михаил Андреевич Ратников) · книга
7. «

   Спокойствие, сэр, только спокойствие! Сюжет-то банальнейший, аналогов — пруд пруди. Начиная со средневековых легенд о чистых девах, похищаемых злыми колдунами, исполненными самых гнусных намерений, и кончая тайными биологическими лабораториями ХХ века, где ученые мужи выращивают таких монстров, каких даже Иероним Босх в кошмарных снах увидеть не мог. Рецепт противодействия тоже обкатан и отшлифован в литературе, кино и на театральных подмостках: тихонечко собираем информацию, обнаруживаем логово злодеев и шварценегерим означенных злодеев до полной потери дееспособности. После чего автоматически наступает хеппи енд: В молчаньи, с карлой за седлом Поехал он своим путем. В его руках лежит Людмила, Светла, как вешняя заря, И на плечо богатыря лицо прекрасное склонила. Единственная мелочь, которая может помешать реализации Ваших, сэр Майкл, благородных намерений, это получение несовместимых с жизнью повреждений организма, в процессе вышеописанного процесса.

   Спокойствие, сэр, только спокойствие! Сюжет-то банальнейший, аналогов — пруд пруди. Начиная со средневековых легенд о чистых девах, похищаемых злыми колдунами, исполненными самых гнусных намерений, и кончая тайными биологическими лабораториями ХХ века, где ученые мужи выращивают таких монстров, каких даже Иероним Босх в кошмарных снах увидеть не мог. Рецепт противодействия тоже обкатан и отшлифован в литературе, кино и на театральных подмостках: тихонечко собираем информацию, обнаруживаем логово злодеев и шварценегерим означенных злодеев до полной потери дееспособности. После чего автоматически наступает хеппи енд: В молчаньи, с карлой за седлом Поехал он своим путем. В его руках лежит Людмила, Светла, как вешняя заря, И на плечо богатыря лицо прекрасное склонила. Единственная мелочь, которая может помешать реализации Ваших, сэр Майкл, благородных намерений, это получение несовместимых с жизнью повреждений организма, в процессе вышеописанного процесса.

   — Мишка Лисовин (Михаил Андреевич Ратников) · книга
8. «

   ...нет и не может быть полной, ничем не ограниченной свободы, во всем есть мера и соразмерность. Это как с лекарствами — одно и то же средство может и вылечить и убить, вся разница в мере. Каждый из нас опутан узами обычаев, подчинения, любви, привязанности… много всякого.

   ...нет и не может быть полной, ничем не ограниченной свободы, во всем есть мера и соразмерность. Это как с лекарствами — одно и то же средство может и вылечить и убить, вся разница в мере. Каждый из нас опутан узами обычаев, подчинения, любви, привязанности… много всякого.

   — Настена · книга
9. «

   Помню, ещё пацаном, в шестидесятые годы, читал статью в журнале «Советский Экран». Писалось там про эксперимент по переводу текстов кинофильмов на иностранные языки. Взяли одну фразу из Гоголя, кажется: «По утрам она ела вареные бураки и сплетничала». Перевели последовательно на десять языков, а потом обратно на русский, и получилось: «Она выкидывала из шалаша ненужные вещи, а он радостно бил в там-там».

   Помню, ещё пацаном, в шестидесятые годы, читал статью в журнале «Советский Экран». Писалось там про эксперимент по переводу текстов кинофильмов на иностранные языки. Взяли одну фразу из Гоголя, кажется: «По утрам она ела вареные бураки и сплетничала». Перевели последовательно на десять языков, а потом обратно на русский, и получилось: «Она выкидывала из шалаша ненужные вещи, а он радостно бил в там-там».

   — Мишка Лисовин (Михаил Андреевич Ратников) · книга
10. «

    ...умения, даже самого изощренного, мало — умельцу ещё в благоприятные обстоятельства попасть надобно!

    ...умения, даже самого изощренного, мало — умельцу ещё в благоприятные обстоятельства попасть надобно!

    — Анна Павловна · книга
11. «

    ...муж все больше разумом живет, а баба страстями да желаниями.

    ...муж все больше разумом живет, а баба страстями да желаниями.

    — Филимон · книга
12. «

    Совсем всё хорошо не бывает никогда.

    Совсем всё хорошо не бывает никогда.

    — Настена · книга
13. «

    Всё вернулось на круги своя, жизнь вообще любит водить людей по кругу, и не всякому дано круг этот разорвать.

    Всё вернулось на круги своя, жизнь вообще любит водить людей по кругу, и не всякому дано круг этот разорвать.

    — Настена · книга
14. «

    Великие дела только тогда и свершаются, когда множество разных людей в них свою выгоду или удовольствие видят.

    Великие дела только тогда и свершаются, когда множество разных людей в них свою выгоду или удовольствие видят.

    — Ирина Град · книга
15. «

    ...для воинов привычка все одинаково по команде делать победой в бою оборачивается. Для женщины же обнаружить, что ты с кем-то похоже одета, хуже смерти.

    ...для воинов привычка все одинаково по команде делать победой в бою оборачивается. Для женщины же обнаружить, что ты с кем-то похоже одета, хуже смерти.

    — Анна Павловна · книга
16. «

    Сила и слава, Кирюша, — вот ключ от Киева, а не лествичное право и прочие уставы, ряды и уложения. Власть не дают, власть берут!

    Сила и слава, Кирюша, — вот ключ от Киева, а не лествичное право и прочие уставы, ряды и уложения. Власть не дают, власть берут!

    — Федор Алексеевич · книга
17. «

    Знал бы ты, сколько уродов с виду обычными людьми кажутся! Только мы — лекарки — и знаем. Иного бы и не лечить, а отравить, чтобы не плодился.

    Знал бы ты, сколько уродов с виду обычными людьми кажутся! Только мы — лекарки — и знаем. Иного бы и не лечить, а отравить, чтобы не плодился.

    — Юлька · книга
18. «

    — Невозможно? А судить дела столетней давности, пользуясь их плодами, возможно? — Отче… — Нет, слушай! Сидишь на земле, отвоеванной предками, пользуешься её богатствами, продолжаешь дела их (пусть по-другому, но продолжаешь) и называешь их преступниками?

    — Невозможно? А судить дела столетней давности, пользуясь их плодами, возможно? — Отче… — Нет, слушай! Сидишь на земле, отвоеванной предками, пользуешься её богатствами, продолжаешь дела их (пусть по-другому, но продолжаешь) и называешь их преступниками?

    — отец Михаил · книга
19. «

    Мужа́м уверенность в себе нужна, не меньше, чем нам, лекаркам. Женщина эту уверенность может дать. Мужа́м место нужно, где голову преклонить, где покойно, приятно, надежно. Женщина это место может обустроить. Муж смысленный перед другими гордится не только богатством, доблестью или умом, но ещё и тем, какая у него женщина. А стать мужниной гордостью женщина может только сама, никто за неё этого сотворить не способен. Вот так, доченька, мужчины и женщины друг в дружке опору и обретают, вот так их жизнь зависит от того, как между ними всё сложится. Лишиться всего этого, как вдовы лишаются, или вообще не познать, как бабы-вековухи, — горше смерти.

    Мужа́м уверенность в себе нужна, не меньше, чем нам, лекаркам. Женщина эту уверенность может дать. Мужа́м место нужно, где голову преклонить, где покойно, приятно, надежно. Женщина это место может обустроить. Муж смысленный перед другими гордится не только богатством, доблестью или умом, но ещё и тем, какая у него женщина. А стать мужниной гордостью женщина может только сама, никто за неё этого сотворить не способен. Вот так, доченька, мужчины и женщины друг в дружке опору и обретают, вот так их жизнь зависит от того, как между ними всё сложится. Лишиться всего этого, как вдовы лишаются, или вообще не познать, как бабы-вековухи, — горше смерти.

    — Настена · книга
20. «

    ...любую бабу, как бы она умна ни была, можно расположить к себе приятной беседой и умными разговорами гораздо сильнее, чем эпическими подвигами и внешней привлекательностью. Безупречная красота, чудеса храбрости и благородства или бицепсы увы, зачастую меркнут перед умело подвешенным языком светского хлыща. И даже если женщина достаточно умна или опытна, чтобы отделить истинное от показного, все равно приятные речи благотворно воздействуют на её восприятие и станут одним из критериев оценки. Поговорка про то, что женщины «любят ушами», на самом деле имеет под собой очень веское основание.

    ...любую бабу, как бы она умна ни была, можно расположить к себе приятной беседой и умными разговорами гораздо сильнее, чем эпическими подвигами и внешней привлекательностью. Безупречная красота, чудеса храбрости и благородства или бицепсы увы, зачастую меркнут перед умело подвешенным языком светского хлыща. И даже если женщина достаточно умна или опытна, чтобы отделить истинное от показного, все равно приятные речи благотворно воздействуют на её восприятие и станут одним из критериев оценки. Поговорка про то, что женщины «любят ушами», на самом деле имеет под собой очень веское основание.

    — Мишка Лисовин (Михаил Андреевич Ратников) · книга