84 цитаты Евгеного Ничипурука: от иронии до философии

Ниже 84 цитаты Евгеного Ничипурука — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   <...> Фрукты на кухне стали кормом для мошек. Ты прошла на кухню и выкинула фрукты в мусорное ведро. Моё сердце полетело вместе с ними. Сгнило так же, как они, и стало кормом для мошек — маленьких летающих свиней. <...> У меня будет новое сердце. Нужно тщательно удобрить почву, вырастить на ней новый цветок. Будут новые яблоки на корм мошкаре...

   <...> Фрукты на кухне стали кормом для мошек. Ты прошла на кухню и выкинула фрукты в мусорное ведро. Моё сердце полетело вместе с ними. Сгнило так же, как они, и стало кормом для мошек — маленьких летающих свиней. <...> У меня будет новое сердце. Нужно тщательно удобрить почву, вырастить на ней новый цветок. Будут новые яблоки на корм мошкаре...

   — Больно.ru · книга
2. «

   «Ты в ответе за тех, кого приручил». Вполне возможно, Экзюпери хотел сказать, что если ты пишешь музыку, прекрасную грустную мелодию, проникающую вместе со звуками куда то глубоко в легкие слушателю или сжимающую его сердце, так, что он испытывает на мгновение сильнейшую боль, возможно иногда очищающую, но все же боль, то будь готов к тому, что кто нибудь примет сверх нормы снотворного под твое творение. Или выпрыгнет из окна, или удавится в петле, сконструированной из кожаного ремня для брюк. Или пойдет и выстрелит ТЕБЕ прямо в сердце четыре раза. Понимаешь, о чем я? А? Джон Леннон! Потому что для кого то это слишком красиво, чтобы жить с этим, это слишком больно, чтобы тебе позволить жить дальше! Когда ты создаешь что то фантастически прекрасное и вдохновляющее, ты должен знать, что кто то обязательно умрет. И этот КТО ТО, возможно, ТЫ.

   «Ты в ответе за тех, кого приручил». Вполне возможно, Экзюпери хотел сказать, что если ты пишешь музыку, прекрасную грустную мелодию, проникающую вместе со звуками куда то глубоко в легкие слушателю или сжимающую его сердце, так, что он испытывает на мгновение сильнейшую боль, возможно иногда очищающую, но все же боль, то будь готов к тому, что кто нибудь примет сверх нормы снотворного под твое творение. Или выпрыгнет из окна, или удавится в петле, сконструированной из кожаного ремня для брюк. Или пойдет и выстрелит ТЕБЕ прямо в сердце четыре раза. Понимаешь, о чем я? А? Джон Леннон! Потому что для кого то это слишком красиво, чтобы жить с этим, это слишком больно, чтобы тебе позволить жить дальше! Когда ты создаешь что то фантастически прекрасное и вдохновляющее, ты должен знать, что кто то обязательно умрет. И этот КТО ТО, возможно, ТЫ.

   — 2012 · книга
3. «

   — Нам нечего бояться. Самое страшное с нами уже случилось... Что с нами случилось? Мы встретили друг друга в мире, где боль лишь одна из многих составляющих жизни.

   — Нам нечего бояться. Самое страшное с нами уже случилось... Что с нами случилось? Мы встретили друг друга в мире, где боль лишь одна из многих составляющих жизни.

   — Больно.ru · книга
4. «

   не бойся. героев не убивают в первой серии. на нас еще много должны сделать кассы. будут фейерверки и феерии. шоу — в массы.

   не бойся. героев не убивают в первой серии. на нас еще много должны сделать кассы. будут фейерверки и феерии. шоу — в массы.
5. «

   мечты разбиты о камни реальности, кока-кола выдохлась — новые миражи. секс — это просто любовь без формальностей, без двусмысленностей и лжи.

   мечты разбиты о камни реальности, кока-кола выдохлась — новые миражи. секс — это просто любовь без формальностей, без двусмысленностей и лжи.
6. «

   Когда небо обросло, наконец, решетками, мир стал привычен, ограничен и предсказуем.

   Когда небо обросло, наконец, решетками, мир стал привычен, ограничен и предсказуем.

   — Разорванное небо · книга
7. «

   Наша любовь чуть больше, чем это огромное небо. Улыбки теплей и тоньше. Жарче лето. А в принципе всё неважно, ведь мы давно на краю. Нужно быть очень отважным, чтобы сказать ЛЮБЛЮ.

   Наша любовь чуть больше, чем это огромное небо. Улыбки теплей и тоньше. Жарче лето. А в принципе всё неважно, ведь мы давно на краю. Нужно быть очень отважным, чтобы сказать ЛЮБЛЮ.
8. «

   Тебя больше нет, а я остался здесь. Меня вылечат, и я буде вечно мучаться от вины и страха. Я буду жить вечно! И самое страшное для меня наказание — жить без тебя.

   Тебя больше нет, а я остался здесь. Меня вылечат, и я буде вечно мучаться от вины и страха. Я буду жить вечно! И самое страшное для меня наказание — жить без тебя.

   — Больно.ru · книга
9. «

   Когда наши раны заживали, твои шаги становились музыкой, твой голос казался мне песней. Мы шли по Невскому, держась за руки, и это был наш вызов. Мы не боялись обличить мир в уродстве, не боялись дать ему пощечину своим внешним видом, своей яркостью и непредсказуемостью. И это было возможно для нас.

   Когда наши раны заживали, твои шаги становились музыкой, твой голос казался мне песней. Мы шли по Невскому, держась за руки, и это был наш вызов. Мы не боялись обличить мир в уродстве, не боялись дать ему пощечину своим внешним видом, своей яркостью и непредсказуемостью. И это было возможно для нас.

   — Больно.ru · книга
10. «

    ...далее вообще сплошные светлые дни. так утверждают мои пророчества... главное, что мы не одни, посреди вселенского одиночества.

    ...далее вообще сплошные светлые дни. так утверждают мои пророчества... главное, что мы не одни, посреди вселенского одиночества.
11. «

    Мысли мои — маленькие человечки. Они пританцовывают под звуки случайных мелодий, дрожат, опасаясь грубости, умирают, потеряв маленькое жёлтенькое пятнышко на горизонте. Они воскресают вновь лишь при шёпоте моём, стоит только губам, ссохшимся и слипшимся во сне, произнести страшное ругательство, обращённое к новому дню. Мои маленькие, озорные, глупые, бегущие к закату человечки... Они совершенно не разбираются в жизни. Они не знают, что притяжение земное есть сила, противостоять которой невозможно, что музыка — смех бога, вера — свет, деньги — всё, воздух — дерьмо! Я мыслю! Я ещё могу мыслить! Я могу посмотреть на это небо и разорвать его на составляющие цвета одним лишь лёгким указующим взглядом. Если я захочу, мои маленькие человечки устремятся туда, в даль. Я мыслю, значит, я бегу!

    Мысли мои — маленькие человечки. Они пританцовывают под звуки случайных мелодий, дрожат, опасаясь грубости, умирают, потеряв маленькое жёлтенькое пятнышко на горизонте. Они воскресают вновь лишь при шёпоте моём, стоит только губам, ссохшимся и слипшимся во сне, произнести страшное ругательство, обращённое к новому дню. Мои маленькие, озорные, глупые, бегущие к закату человечки... Они совершенно не разбираются в жизни. Они не знают, что притяжение земное есть сила, противостоять которой невозможно, что музыка — смех бога, вера — свет, деньги — всё, воздух — дерьмо! Я мыслю! Я ещё могу мыслить! Я могу посмотреть на это небо и разорвать его на составляющие цвета одним лишь лёгким указующим взглядом. Если я захочу, мои маленькие человечки устремятся туда, в даль. Я мыслю, значит, я бегу!

    — Разорванное небо · книга
12. «

    Так просто и так легко...

    Так просто и так легко...

    — Больно.ru · книга
13. «

    У нас будет все, что мы только захотим! Главное – не бояться!

    У нас будет все, что мы только захотим! Главное – не бояться!

    — Больно.ru · книга
14. «

    Больно бывает не тогда, когда ударят по голове вазой, а когда насрут в самое сердце! Вот это боль! Дрожать хочется. Бежать и плакать. О стены бится. Что сделать для того чтобы отмыть сердце?

    Больно бывает не тогда, когда ударят по голове вазой, а когда насрут в самое сердце! Вот это боль! Дрожать хочется. Бежать и плакать. О стены бится. Что сделать для того чтобы отмыть сердце?

    — Больно.ru · книга
15. «

    Это может звучать странно, но «Мерседес», который ты хочешь давным давно, лежит внутри тебя, и там же рядом – поездка на Мальдивы. А еще там квартира на Басманной и клубная карта «Сохо Румс». Все внутри тебя. Там же в придачу хранятся все твои хорошие эмоции, которые и есть ключ и сила, заставляющие появляться на свет все эти вожделенные предметы.

    Это может звучать странно, но «Мерседес», который ты хочешь давным давно, лежит внутри тебя, и там же рядом – поездка на Мальдивы. А еще там квартира на Басманной и клубная карта «Сохо Румс». Все внутри тебя. Там же в придачу хранятся все твои хорошие эмоции, которые и есть ключ и сила, заставляющие появляться на свет все эти вожделенные предметы.

    — 2012 · книга
16. «

    И пусть продует: На ветру, без одежды. «Just do it» - ну и надежды...

    И пусть продует: На ветру, без одежды. «Just do it» - ну и надежды...
17. «

    когда утро смывает краски... тушь потекла. просто слезы от дыма. так хочется ласки. Но МИМО. и улетаем на скорости. Точки. елка погасла, улыбки смазаны. наши праздники на лопатках, все сказки рассказаны.

    когда утро смывает краски... тушь потекла. просто слезы от дыма. так хочется ласки. Но МИМО. и улетаем на скорости. Точки. елка погасла, улыбки смазаны. наши праздники на лопатках, все сказки рассказаны.
18. «

    Первый раз я сделал тебе больно случайно. Я хотел не боли, а удовольствия, но оно всегда идет рядом с болью. За всё надо платить.

    Первый раз я сделал тебе больно случайно. Я хотел не боли, а удовольствия, но оно всегда идет рядом с болью. За всё надо платить.

    — Больно.ru · книга
19. «

    Если хочешь выжить, научись драться. Мы живем на войне, где каждый сам за себя. Некоторые сбиваются в стаи, чтобы было проще грызть горла одиночкам. Но любой может предать, кинуть, разорвать на части даже того, с кем он много раз бился за общий кусок счастья. И лишь безумцы вроде нас с тобой придумывают что-то большее и пытаются идти до конца. Я вот сейчас иду один. Но ты где-то рядом. Если бы тебя не было, то как бы я мог идти? Меня бы тоже тогда не стало.

    Если хочешь выжить, научись драться. Мы живем на войне, где каждый сам за себя. Некоторые сбиваются в стаи, чтобы было проще грызть горла одиночкам. Но любой может предать, кинуть, разорвать на части даже того, с кем он много раз бился за общий кусок счастья. И лишь безумцы вроде нас с тобой придумывают что-то большее и пытаются идти до конца. Я вот сейчас иду один. Но ты где-то рядом. Если бы тебя не было, то как бы я мог идти? Меня бы тоже тогда не стало.

    — Больно.ru · книга
20. «

    Как мужчина выбирает себе женщину? Ту самую, с которой он готов связать всю свою жизнь? По каким признакам он решает, что она та самая, что именно она? Вот он смотрел на нее и был абсолютно уверен, что она та самая, которая ему нужна. Но как он это вычислил, совершенно непонятно. Эта попытка анализа была вовсе не от сомнений, а от чистого любопытства. На самом деле, ему думалось, что все дело в электричестве. Ведь мы, по большому счету, живые батарейки на ногах. Ходим, плачем, смеемся, а на самом деле-не более чем электрические заряды. Причем очень разные заряды: и плюсы и минусы, и мощность разная. А вот встречаются такие заряды, между которыми возникает притяжение. И чем идеальнее их разность, тем больше притяжение и тем комфортнее им друг с другом. А любовь — это как раз тот самый импульс, который при появлении в магнитном поле такого идеального зарядика вспыхивает в голове, как лампочка. Если б он рассказал ей эту теорию, думаю, она раскритиковала бы его в пух и прах. Она бы сказала, что он бездушный циник. А он был не согласен.

    Как мужчина выбирает себе женщину? Ту самую, с которой он готов связать всю свою жизнь? По каким признакам он решает, что она та самая, что именно она? Вот он смотрел на нее и был абсолютно уверен, что она та самая, которая ему нужна. Но как он это вычислил, совершенно непонятно. Эта попытка анализа была вовсе не от сомнений, а от чистого любопытства. На самом деле, ему думалось, что все дело в электричестве. Ведь мы, по большому счету, живые батарейки на ногах. Ходим, плачем, смеемся, а на самом деле-не более чем электрические заряды. Причем очень разные заряды: и плюсы и минусы, и мощность разная. А вот встречаются такие заряды, между которыми возникает притяжение. И чем идеальнее их разность, тем больше притяжение и тем комфортнее им друг с другом. А любовь — это как раз тот самый импульс, который при появлении в магнитном поле такого идеального зарядика вспыхивает в голове, как лампочка. Если б он рассказал ей эту теорию, думаю, она раскритиковала бы его в пух и прах. Она бы сказала, что он бездушный циник. А он был не согласен.

    — Сны сирен · книга