177 лучших цитат — Евгений Петров

Ниже 177 цитат Евгеного Петрова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   На дверях столовой «Бывший друг желудка» висел большой замок, покрытый не то ржавчиной, не то гречневой кашей.

   На дверях столовой «Бывший друг желудка» висел большой замок, покрытый не то ржавчиной, не то гречневой кашей.

   — Илья Ильф · книга
2. «

   Главное — это устранить причину сна. Основной причиной является самое существование советской власти. Но в данный момент я устранять её не могу. У меня просто нет времени.

   Главное — это устранить причину сна. Основной причиной является самое существование советской власти. Но в данный момент я устранять её не могу. У меня просто нет времени.

   — Илья Ильф · книга
3. «

   Елена Станиславовна, встревоженная исчезновением всего старогородского ареопага, метала карты с возмутительной небрежностью. Карты возвещали то конец мира, то прибавку к жалованью, то свидание с мужем в казённом доме и в присутствии недоброжелателей – пикового короля. Да и само гадание кончилось как-то странно. Пришли агенты – пиковые короли – и увели прорицательницу в казённый дом, к прокурору.

   Елена Станиславовна, встревоженная исчезновением всего старогородского ареопага, метала карты с возмутительной небрежностью. Карты возвещали то конец мира, то прибавку к жалованью, то свидание с мужем в казённом доме и в присутствии недоброжелателей – пикового короля. Да и само гадание кончилось как-то странно. Пришли агенты – пиковые короли – и увели прорицательницу в казённый дом, к прокурору.

   — Илья Ильф · книга
4. «

   — Ты самка, Варвара, — тягуче заныл он. - Ты публичная девка! — Васисуалий, ты дурак! — спокойно ответила жена. — Волчица ты, — продолжал Лоханкин в том же тягучем тоне. — Тебя я презираю. К любовнику уходишь от меня. К Птибурдукову от меня уходишь. К ничтожному Птибурдукову нынче ты, мерзкая, уходишь от меня. Так вот к кому ты от меня уходишь! Ты похоти предаться хочешь с ним. Волчица старая и мерзкая притом. Упиваясь своим горем, Лоханкин даже не замечал, что говорит пятистопным ямбом, хотя никогда стихов не писал и не любил их читать.

   — Ты самка, Варвара, — тягуче заныл он. - Ты публичная девка! — Васисуалий, ты дурак! — спокойно ответила жена. — Волчица ты, — продолжал Лоханкин в том же тягучем тоне. — Тебя я презираю. К любовнику уходишь от меня. К Птибурдукову от меня уходишь. К ничтожному Птибурдукову нынче ты, мерзкая, уходишь от меня. Так вот к кому ты от меня уходишь! Ты похоти предаться хочешь с ним. Волчица старая и мерзкая притом. Упиваясь своим горем, Лоханкин даже не замечал, что говорит пятистопным ямбом, хотя никогда стихов не писал и не любил их читать.

   — Илья Ильф · книга
5. «

   Вы не пьете, не курите, девушками не увлекаетесь... Зачем Вам деньги? Вы же не умеете их тратить.

   Вы не пьете, не курите, девушками не увлекаетесь... Зачем Вам деньги? Вы же не умеете их тратить.

   — Илья Ильф · книга
6. «

   Инда взопрели озимые. Рассупонилось солнышко, расталдыкнуло свои лучи по белу светушку. Понюхал старик Ромуальдыч свою портянку и аж заколдобился...

   Инда взопрели озимые. Рассупонилось солнышко, расталдыкнуло свои лучи по белу светушку. Понюхал старик Ромуальдыч свою портянку и аж заколдобился...

   — Илья Ильф · книга
7. «

   Когда будут бить, будете плакать!

   Когда будут бить, будете плакать!

   — Илья Ильф · книга
8. «

   Уверяю вас, мистеры, капитализм — это самая зыбкая вещь на земле.

   Уверяю вас, мистеры, капитализм — это самая зыбкая вещь на земле.

   — Илья Ильф · книга
9. «

   В Ленинграде, на Васильевском острове, на Второй линии, жила бедная девушка с большими голубыми глазами. Звали её Клотильдой. Девушка любила читать Шиллера в подлиннике, мечтать, сидя на парапете невской набережной, и есть за обедом непрожаренный бифштекс. Но девушка была бедна. Шиллера было очень много, а мяса совсем не было. Поэтому, а ещё и потому, что ночи были белые, Клотильда влюбилась.

   В Ленинграде, на Васильевском острове, на Второй линии, жила бедная девушка с большими голубыми глазами. Звали её Клотильдой. Девушка любила читать Шиллера в подлиннике, мечтать, сидя на парапете невской набережной, и есть за обедом непрожаренный бифштекс. Но девушка была бедна. Шиллера было очень много, а мяса совсем не было. Поэтому, а ещё и потому, что ночи были белые, Клотильда влюбилась.

   — Илья Ильф · книга
10. «

    Тише, девушка! Женщину украшает скромность.

    Тише, девушка! Женщину украшает скромность.

    — Илья Ильф · книга
11. «

    — Ну что, дядя, невесты в вашем городе есть? — Кому и кобыла невеста. — Больше вопросов не имею.

    — Ну что, дядя, невесты в вашем городе есть? — Кому и кобыла невеста. — Больше вопросов не имею.

    — Илья Ильф · книга
12. «

    Молоко и сено. Что может быть лучше! Всегда думаешь: «это я ещё успею. Ещё много будет в моей жизни молока и сена». А на самом деле никогда этого больше не будет.

    Молоко и сено. Что может быть лучше! Всегда думаешь: «это я ещё успею. Ещё много будет в моей жизни молока и сена». А на самом деле никогда этого больше не будет.

    — Илья Ильф · книга
13. «

    Мне не нужна вечная игла для примуса, я не хочу жить вечно.

    Мне не нужна вечная игла для примуса, я не хочу жить вечно.

    — Илья Ильф · книга
14. «

    Что может быть заманчивей огней чужого города...

    Что может быть заманчивей огней чужого города...

    — Илья Ильф · книга
15. «

    После сегодняшнего свидания министров на яхте — никакое сближение невозможно.

    После сегодняшнего свидания министров на яхте — никакое сближение невозможно.

    — Илья Ильф · книга
16. «

    Ну вас к чёрту! Пропадайте здесь с вашим стулом! А мне моя жизнь дорога как память!

    Ну вас к чёрту! Пропадайте здесь с вашим стулом! А мне моя жизнь дорога как память!

    — Илья Ильф · книга
17. «

    Все эти картины ниже уровня человеческого достоинства. Нам кажется, что это унизительное занятие для человека – смотреть такие картины. Они рассчитаны на птичьи мозги, на тяжелодумность крупного рогатого человечества, на верблюжью неприхотливость. Верблюд может неделю обходиться без воды, известный сорт американских зрителей может двадцать лет подряд смотреть бессмысленные картины.

    Все эти картины ниже уровня человеческого достоинства. Нам кажется, что это унизительное занятие для человека – смотреть такие картины. Они рассчитаны на птичьи мозги, на тяжелодумность крупного рогатого человечества, на верблюжью неприхотливость. Верблюд может неделю обходиться без воды, известный сорт американских зрителей может двадцать лет подряд смотреть бессмысленные картины.

    — Илья Ильф · книга
18. «

    ...смех — это стиль американской жизни.... Американцы смеются и беспрерывно показывают зубы не потому, что произошло что-то смешное, а потому, что смеяться – это их стиль.

    ...смех — это стиль американской жизни.... Американцы смеются и беспрерывно показывают зубы не потому, что произошло что-то смешное, а потому, что смеяться – это их стиль.

    — Илья Ильф · книга
19. «

    Матушка-заступница, милиция-троеручица! Что за банальный, опротивевший всем бюрократизм?

    Матушка-заступница, милиция-троеручица! Что за банальный, опротивевший всем бюрократизм?

    — Илья Ильф · книга
20. «

    Настоящая жизнь пролетела мимо, радостно трубя и сверкая лаковыми крыльями.

    Настоящая жизнь пролетела мимо, радостно трубя и сверкая лаковыми крыльями.

    — Илья Ильф · книга