Что говорил Евгений Рудашевский: 18 цитат

Евгений Рудашевский — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 18 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Никогда не ругай других людей. Тем более своих родителей. То, что отец не пустил тебя в поход, еще не значит что он плохой. Просто он упустил что-то из виду, не прочувствовал. И вообще, плохое — это всегда отсутствие хорошего. Понимаешь? Это как с темнотой, которой на самом деле не существует. Есть только свет. А когда он заканчивается, приходит тьма. Так и со всем остальным. Нет жестокости, есть недостаток человечности. Нет лени, есть недостаток мотивации. Смотри на все, думая о хорошем, не придавай плохому самостоятельности, чтобы не усилить его. Не борись с плохим, а сражайся за хорошее!

   Никогда не ругай других людей. Тем более своих родителей. То, что отец не пустил тебя в поход, еще не значит что он плохой. Просто он упустил что-то из виду, не прочувствовал. И вообще, плохое — это всегда отсутствие хорошего. Понимаешь? Это как с темнотой, которой на самом деле не существует. Есть только свет. А когда он заканчивается, приходит тьма. Так и со всем остальным. Нет жестокости, есть недостаток человечности. Нет лени, есть недостаток мотивации. Смотри на все, думая о хорошем, не придавай плохому самостоятельности, чтобы не усилить его. Не борись с плохим, а сражайся за хорошее!

   — Виктор Каюмович (дедушка) · книга
2. «

   — Как доехал? — Нормально. — Не укачало? — Мам, я же говорил, меня не укачивает. — Тогда в Аршане укачало. — Мне было пять лет! Сколько раз говорил...

   — Как доехал? — Нормально. — Не укачало? — Мам, я же говорил, меня не укачивает. — Тогда в Аршане укачало. — Мне было пять лет! Сколько раз говорил...

   — Артём · книга
3. «

   Когда Виктора Каюмовича признали без вести пропавшим, Артем решил, что закончит свою жизнь так же — таинственно исчезнет, сгинет в недоступной простому путнику чащобе.

   Когда Виктора Каюмовича признали без вести пропавшим, Артем решил, что закончит свою жизнь так же — таинственно исчезнет, сгинет в недоступной простому путнику чащобе.

   — Солонго. Тайна пропавшей экспедиции · книга
4. «

   Раскаленное небо будто готовилось печь пироги. Облака были рассыпаны мелкой мукой и лишь по горизонту собирались в белоснежные комочки. Солнце лежало мягкое, растекающееся масляными разводами.

   Раскаленное небо будто готовилось печь пироги. Облака были рассыпаны мелкой мукой и лишь по горизонту собирались в белоснежные комочки. Солнце лежало мягкое, растекающееся масляными разводами.

   — Солонго. Тайна пропавшей экспедиции · книга
5. «

   Мир родителей был не таким большим и ярким. С каждым годом на и карте становилось все больше серых пятен — мест, куда они просто не хотели отправляться, — и черных пятен — мест, которые они не смогли бы посетить при всем желании.

   Мир родителей был не таким большим и ярким. С каждым годом на и карте становилось все больше серых пятен — мест, куда они просто не хотели отправляться, — и черных пятен — мест, которые они не смогли бы посетить при всем желании.

   — Солонго. Тайна пропавшей экспедиции · книга
6. «

   Кто-то заполняет время ссорами, другие — любовью. Каждый выбирает по себе.

   Кто-то заполняет время ссорами, другие — любовью. Каждый выбирает по себе.

   — Виктор Каюмович (дедушка) · книга
7. «

   Он знал, что жив — от пяток до макушки.

   Он знал, что жив — от пяток до макушки.

   — Солонго. Тайна пропавшей экспедиции · книга
8. «

   Но, вернувшись из поликлиники, он уже не видел ни Луну, ни Марс. Они погасли, умерли в его мире и больше ему не принадлежали.

   Но, вернувшись из поликлиники, он уже не видел ни Луну, ни Марс. Они погасли, умерли в его мире и больше ему не принадлежали.

   — Солонго. Тайна пропавшей экспедиции · книга
9. «

   Не торопись наслаждаться. Помучай себя предчувствием. Быть может, оно окажется самым приятным. В предчувствии не бывает разочарований, так что насладись им сполна.

   Не торопись наслаждаться. Помучай себя предчувствием. Быть может, оно окажется самым приятным. В предчувствии не бывает разочарований, так что насладись им сполна.

   — Виктор Каюмович (дедушка) · книга
10. «

    Грязь не сало, потёр — отстало.

    Грязь не сало, потёр — отстало.

    — Виктор Каюмович (дедушка) · книга
11. «

    Вздохнув, Артем вспомнил дедушку. Если тот и в самом деле погиб, то никаких сомнений: в последние часы самым печальным для него было наблюдать за смертью мира вокруг. Его карту затягивало безграничным черным пятном. Оно неумолимо съедало далекие страны, соседние города. Замерло, когда вокруг дедушки остался лишь тесный круг жизни — дом или даже комната. Он еще мог бы в последнем порыве дойти до двери, но повернуть ручку у него бы не хватило сил. Что может быть страшнее для человека, я юности ходившего в походы, искавшего приключения в самых отдаленных уголках планеты! Артем не верил в смерть дедушки. Никто не верил.

    Вздохнув, Артем вспомнил дедушку. Если тот и в самом деле погиб, то никаких сомнений: в последние часы самым печальным для него было наблюдать за смертью мира вокруг. Его карту затягивало безграничным черным пятном. Оно неумолимо съедало далекие страны, соседние города. Замерло, когда вокруг дедушки остался лишь тесный круг жизни — дом или даже комната. Он еще мог бы в последнем порыве дойти до двери, но повернуть ручку у него бы не хватило сил. Что может быть страшнее для человека, я юности ходившего в походы, искавшего приключения в самых отдаленных уголках планеты! Артем не верил в смерть дедушки. Никто не верил.

    — Солонго. Тайна пропавшей экспедиции · книга
12. «

    Дедушка пропал прошлой весной. По началу это никого не удивило. Он и раньше пропадал.

    Дедушка пропал прошлой весной. По началу это никого не удивило. Он и раньше пропадал.

    — Солонго. Тайна пропавшей экспедиции · книга
13. «

    К четырнадцати годам он с удивлением заметил, что и в его мире появились серые участки: затянутые войной Сирия, Ирак, бандитские Уганда и Сомали...

    К четырнадцати годам он с удивлением заметил, что и в его мире появились серые участки: затянутые войной Сирия, Ирак, бандитские Уганда и Сомали...

    — Солонго. Тайна пропавшей экспедиции · книга
14. «

    Любую проблему можно решить, сформулировав ее. Тут вся загвоздка в том, чтобы формулировать честно, без искажений. А в этом помогают факты. Учи факты. Из геологии, физики, химии. Они высушивают от эмоций твое восприятие. Чем больше сухих подлинных фактов знаешь, тем проще потом так же сухо и точно формулировать свои мысли и свои проблемы.

    Любую проблему можно решить, сформулировав ее. Тут вся загвоздка в том, чтобы формулировать честно, без искажений. А в этом помогают факты. Учи факты. Из геологии, физики, химии. Они высушивают от эмоций твое восприятие. Чем больше сухих подлинных фактов знаешь, тем проще потом так же сухо и точно формулировать свои мысли и свои проблемы.

    — Виктор Каюмович (дедушка) · книга
15. «

    Скромный кусок металла мог бы купить ему настоящую свободу.

    Скромный кусок металла мог бы купить ему настоящую свободу.

    — Солонго. Тайна пропавшей экспедиции · книга
16. «

    Сформулируй свои мысли, и проблема уйдет. Сам удивишься! Главное, формулируй непредвзято, как ты на самом деле чувствуешь и думаешь. Ведь и с другими людьми все беды — от недостатка общения. Если поругались, сядьте рядышком и честно обсудите, что вас волнует. И не будет никаких ссор.

    Сформулируй свои мысли, и проблема уйдет. Сам удивишься! Главное, формулируй непредвзято, как ты на самом деле чувствуешь и думаешь. Ведь и с другими людьми все беды — от недостатка общения. Если поругались, сядьте рядышком и честно обсудите, что вас волнует. И не будет никаких ссор.

    — Виктор Каюмович (дедушка) · книга
17. «

    Марина Викторовна плакала беззвучно. Она даже не шевелилась. Из ее затуманенных глаз просто вытекали слезы. Потом и слез не осталось, а она все стояла с конвертом в руках, будто лишь сейчас окончательно признала, что Виктора Каюмовича больше нет. Ей бы только обнять отца на прощание, прикоснуться щекой к его щеке, опять услышать сладкий аромат его одеколона.

    Марина Викторовна плакала беззвучно. Она даже не шевелилась. Из ее затуманенных глаз просто вытекали слезы. Потом и слез не осталось, а она все стояла с конвертом в руках, будто лишь сейчас окончательно признала, что Виктора Каюмовича больше нет. Ей бы только обнять отца на прощание, прикоснуться щекой к его щеке, опять услышать сладкий аромат его одеколона.

    — Солонго. Тайна пропавшей экспедиции · книга
18. «

    Закрыв глаза, он смог увидеть значительно больше — весь земной мир.

    Закрыв глаза, он смог увидеть значительно больше — весь земной мир.

    — Солонго. Тайна пропавшей экспедиции · книга