23 цитаты Филиппа Майера: от иронии до философии

Подборка из 23 цитаты Филиппа Майера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если и существует худшее зрелище, чем напуганный гордый человек, я такого не видел.

   Если и существует худшее зрелище, чем напуганный гордый человек, я такого не видел.

   — Питер Маккалоу · книга
2. «

   Он никогда не видел писателей, но по его представлению писатель выглядит именно так — как будто давным-давно не мыл голову и не протирал очки.

   Он никогда не видел писателей, но по его представлению писатель выглядит именно так — как будто давным-давно не мыл голову и не протирал очки.

   — Улисс Гарсия · книга
3. «

   Важно лишь то, что ты делаешь, а вовсе не то, что говоришь или думаешь.

   Важно лишь то, что ты делаешь, а вовсе не то, что говоришь или думаешь.

   — Джинни Маккаллоу · книга
4. «

   Не всем можно поделиться с молодыми.

   Не всем можно поделиться с молодыми.

   — Джинни Маккаллоу · книга
5. «

   Чтобы тебя уважали, нужно знать дело не хуже подчиненных.

   Чтобы тебя уважали, нужно знать дело не хуже подчиненных.

   — Джинни Маккаллоу · книга
6. «

   Всем нравятся пьяные женщины, подумала она. Это несправедливо.

   Всем нравятся пьяные женщины, подумала она. Это несправедливо.

   — Джинни Маккаллоу · книга
7. «

   Есть те, кто рожден охотником, и те, кто рожден быть жертвой…

   Есть те, кто рожден охотником, и те, кто рожден быть жертвой…

   — Питер Маккалоу · книга
8. «

   Тошавей был прав: ты должен любить других больше, чем собственное тело, иначе тебе конец, а изнутри он придет или извне — не имеет значения. Ты можешь грабить и зверски убивать, и это нормально, если ты делаешь это ради тех, кого любишь. Не бывает команчей с мрачным застывшим взглядом — они творили чудовищные вещи исключительно ради защиты своих друзей, своих близких и своего племени. Психологические переживания — это болезнь бледнолицых, которые воюют вдали от своего дома, во имя людей, о которых они ничего не знают.

   Тошавей был прав: ты должен любить других больше, чем собственное тело, иначе тебе конец, а изнутри он придет или извне — не имеет значения. Ты можешь грабить и зверски убивать, и это нормально, если ты делаешь это ради тех, кого любишь. Не бывает команчей с мрачным застывшим взглядом — они творили чудовищные вещи исключительно ради защиты своих друзей, своих близких и своего племени. Психологические переживания — это болезнь бледнолицых, которые воюют вдали от своего дома, во имя людей, о которых они ничего не знают.

   — Илай Маккаллоу · книга
9. «

   В истории планеты никогда и никому земля не доставалась честным путём.

   В истории планеты никогда и никому земля не доставалась честным путём.

   — Сын · книга
10. «

    Невозможно поверить, что мы действительно созданы по образу и подобию Божьему. Слишком много в нас от рептилий, от пещерного человека с его дикими повадками. И ведь найдется немало тех, кто не прочь туда вернуться. Стать рептилией. Змеей, притаившейся в засаде. Нет, они, конечно, не говорят змея, им больше нравится лев, но разница-то невелика, разве только внешне.

    Невозможно поверить, что мы действительно созданы по образу и подобию Божьему. Слишком много в нас от рептилий, от пещерного человека с его дикими повадками. И ведь найдется немало тех, кто не прочь туда вернуться. Стать рептилией. Змеей, притаившейся в засаде. Нет, они, конечно, не говорят змея, им больше нравится лев, но разница-то невелика, разве только внешне.

    — Питер Маккалоу · книга
11. «

    Существует миф о Диком Западе, который якобы осваивали одиночки, но в действительности все ровно наоборот; одинокий человек душевно очень слаб, к таким всегда относятся с подозрением. Если твою спину некому прикрыть, долго не проживешь; немного нашлось бы тех — и среди индейцев, и среди бледнолицых, — кто не позвал бы к костру незнакомца, встреченного ночью в прерии.

    Существует миф о Диком Западе, который якобы осваивали одиночки, но в действительности все ровно наоборот; одинокий человек душевно очень слаб, к таким всегда относятся с подозрением. Если твою спину некому прикрыть, долго не проживешь; немного нашлось бы тех — и среди индейцев, и среди бледнолицых, — кто не позвал бы к костру незнакомца, встреченного ночью в прерии.

    — Илай Маккаллоу · книга
12. «

    Дочери — вот единственная беда, которая может случиться с человеком.

    Дочери — вот единственная беда, которая может случиться с человеком.

    — Сын · книга
13. «

    Когда Господь вываливает тебе в руки кучу денег, начинаешь думать, что ты к нему ближе, чем остальное человечество.

    Когда Господь вываливает тебе в руки кучу денег, начинаешь думать, что ты к нему ближе, чем остальное человечество.

    — Хэнк · книга
14. «

    Поняла, почему Полковник терпеть не мог говорить о прошлом. В тот момент, когда оглядываешься назад и начинаешь подводить итоги, для тебя все кончено.

    Поняла, почему Полковник терпеть не мог говорить о прошлом. В тот момент, когда оглядываешься назад и начинаешь подводить итоги, для тебя все кончено.

    — Джинни Маккаллоу · книга
15. «

    Разница между трусом и храбрецом очень проста. Все дело в любви. Трус любит только себя.

    Разница между трусом и храбрецом очень проста. Все дело в любви. Трус любит только себя.

    — Тошавей · книга
16. «

    Людям нужно, чтобы ими правили. Бедняку важно чувствовать свою причастность, хотя бы мысленную, к богатству и успеху.

    Людям нужно, чтобы ими правили. Бедняку важно чувствовать свою причастность, хотя бы мысленную, к богатству и успеху.

    — Сын · книга
17. «

    С мертвыми тягаться нельзя, они остаются идеальными и недостижимыми, а твоя плоть увядает.

    С мертвыми тягаться нельзя, они остаются идеальными и недостижимыми, а твоя плоть увядает.

    — Джинни Маккаллоу · книга
18. «

    Ее, конечно, тянуло к людям, подобным Хэнку, с внутренним огнем. Но этот внутренний огонь — сколько бы они ни уверяли вас в своей преданности, как бы искренне ни любили вас, семью, свою страну, — этот огонь пылает исключительно для них самих.

    Ее, конечно, тянуло к людям, подобным Хэнку, с внутренним огнем. Но этот внутренний огонь — сколько бы они ни уверяли вас в своей преданности, как бы искренне ни любили вас, семью, свою страну, — этот огонь пылает исключительно для них самих.

    — Сын · книга
19. «

    Американцы... Они думали, что никто не посмеет украсть у них только потому, что они сами уже украли это у кого-то другого.

    Американцы... Они думали, что никто не посмеет украсть у них только потому, что они сами уже украли это у кого-то другого.

    — Улисс Гарсия · книга
20. «

    Жизнь ковбоя описывают как торжество свободы и западной вольности, но в действительности это невообразимо тоскливая рутина — пять месяцев рабского труда на благо своры тупых животин.

    Жизнь ковбоя описывают как торжество свободы и западной вольности, но в действительности это невообразимо тоскливая рутина — пять месяцев рабского труда на благо своры тупых животин.

    — Сын · книга