20 известных цитат Франца Вертфоллен: жизненные цитаты

Подборка из 20 цитат Франца Вертфоллен: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ты никогда не сможешь казаться хорошим или счастливым, потому что даже собаки и кошки, даже бактерии, судя по последним исследованиям, знают, когда человек боится, когда зажимается и как он несчастен, как бы сам человек ни старался этого от себя спрятать. Ты никогда не сможешь казаться счастливым – нельзя обмануть жизнь. Ты можешь только стать лучшим человеком, чем есть сейчас – более открытым и живым, более вовлеченным, более способным любить.

   Ты никогда не сможешь казаться хорошим или счастливым, потому что даже собаки и кошки, даже бактерии, судя по последним исследованиям, знают, когда человек боится, когда зажимается и как он несчастен, как бы сам человек ни старался этого от себя спрятать. Ты никогда не сможешь казаться счастливым – нельзя обмануть жизнь. Ты можешь только стать лучшим человеком, чем есть сейчас – более открытым и живым, более вовлеченным, более способным любить.

   — Франц Вертфоллен · книга
2. «

   Потреблядство — это не вопрос действий (потребление, погоня за деньгами и т.д.), это вопрос ценностей — это неумение ценить и быть благодарным за великое. ЭТО НЕУМЕНИЕ ВЕЛИКОЕ ОТ НИЗКОГО ОТЛИЧАТЬ. Неумение отличать семя от плевел. Так будьте вдумчивей, господа.

   Потреблядство — это не вопрос действий (потребление, погоня за деньгами и т.д.), это вопрос ценностей — это неумение ценить и быть благодарным за великое. ЭТО НЕУМЕНИЕ ВЕЛИКОЕ ОТ НИЗКОГО ОТЛИЧАТЬ. Неумение отличать семя от плевел. Так будьте вдумчивей, господа.

   — Франц Вертфоллен · книга
3. «

   Представьте — до каких конфликтов могут довести папуаса и исландца споры о море. У одного оно серое, тяжелое, с черным вулканическим песком, с айсбергами и инеем. У другого – не море – теплое молоко с белоснежными бархатными пляжами, кораллами и акулами. А лёд для этого папуаса понятие несуществующее. Иначе говоря, для успешной коммуникации, обе стороны должны прилагать усилия – взглянуть на мир глазами собеседника. Не просто слушать партнёра, а услышать его – не себя, не свои стереотипы, которыми вы его слова замещаете, а его мысли, что он в свои слова одеть пытается.

   Представьте — до каких конфликтов могут довести папуаса и исландца споры о море. У одного оно серое, тяжелое, с черным вулканическим песком, с айсбергами и инеем. У другого – не море – теплое молоко с белоснежными бархатными пляжами, кораллами и акулами. А лёд для этого папуаса понятие несуществующее. Иначе говоря, для успешной коммуникации, обе стороны должны прилагать усилия – взглянуть на мир глазами собеседника. Не просто слушать партнёра, а услышать его – не себя, не свои стереотипы, которыми вы его слова замещаете, а его мысли, что он в свои слова одеть пытается.

   — Франц Вертфоллен · книга
4. «

   После счастья не обязательно следует боль. После счастья следуют новые вызовы. Тебе будет настолько больно, насколько ты хочешь окопаться в том, что комфортно.

   После счастья не обязательно следует боль. После счастья следуют новые вызовы. Тебе будет настолько больно, насколько ты хочешь окопаться в том, что комфортно.

   — Франц Вертфоллен · книга
5. «

   Ты не можешь остановиться жить.

   Ты не можешь остановиться жить.

   — Франц Вертфоллен
6. «

   Фраза «не сравнивайте себя ни с кем, вы уникальны» — идиотична. Человек способен познавать мир только через сравнение. Вы узнаете холод, потому что есть тепло, а тепло — потому что есть жар. Ты не будешь сравнивать себя с другими, тебе элементарно не будет понятно, в какую сторону ты двигаешься и к чему хочешь прийти. Даже когда ты сравниваешь себя с собой вчерашним, чтоб сделать выводы, тебе надо знать, относительно чего ты хорош или плох. Другое дело, как к сравнению относиться — с ленивой завистью или с мыслью «добьемся того же, а пункты C, E, F даже улучшим».

   Фраза «не сравнивайте себя ни с кем, вы уникальны» — идиотична. Человек способен познавать мир только через сравнение. Вы узнаете холод, потому что есть тепло, а тепло — потому что есть жар. Ты не будешь сравнивать себя с другими, тебе элементарно не будет понятно, в какую сторону ты двигаешься и к чему хочешь прийти. Даже когда ты сравниваешь себя с собой вчерашним, чтоб сделать выводы, тебе надо знать, относительно чего ты хорош или плох. Другое дело, как к сравнению относиться — с ленивой завистью или с мыслью «добьемся того же, а пункты C, E, F даже улучшим».

   — Франц Вертфоллен · книга
7. «

   Без поддержки крупных силовых и юридических структур ни одна валюта никогда не станет общеиспользуемой. Модной — да. Поводом для спекуляций — запросто. Общеиспользуемой — никогда.

   Без поддержки крупных силовых и юридических структур ни одна валюта никогда не станет общеиспользуемой. Модной — да. Поводом для спекуляций — запросто. Общеиспользуемой — никогда.

   — Франц Вертфоллен · книга
8. «

   Даже не так – никакие бока не должны мешать ликованию.

   Даже не так – никакие бока не должны мешать ликованию.

   — Франц Вертфоллен
9. «

   Как ты думаешь, другие люди тоже живут так пессимистично? Когда ты сначала веришь и предчувствуешь самое худшее? Не то, чтоб живешь в ожидании катастрофы, но… или вера моя не сильна? Говорил же Иисус про деревья и рыб, что они уповают на Господа и все у них хорошо. Выходит, я недостаточно уповаю, что не могу поверить в реальность без подтверждений — и у фюрера все хорошо, и у людей. По каким причинам должно что-либо быть плохо? По тем, что это — Земля, и все — люди. Разве нужны помимо этой ещё какие-либо причины?

   Как ты думаешь, другие люди тоже живут так пессимистично? Когда ты сначала веришь и предчувствуешь самое худшее? Не то, чтоб живешь в ожидании катастрофы, но… или вера моя не сильна? Говорил же Иисус про деревья и рыб, что они уповают на Господа и все у них хорошо. Выходит, я недостаточно уповаю, что не могу поверить в реальность без подтверждений — и у фюрера все хорошо, и у людей. По каким причинам должно что-либо быть плохо? По тем, что это — Земля, и все — люди. Разве нужны помимо этой ещё какие-либо причины?

   — Франц Вертфоллен · книга
10. «

    Ваша мысленная колея всю жизнь должна расширяться. Если она застывает или сужается — это смерть и старость.

    Ваша мысленная колея всю жизнь должна расширяться. Если она застывает или сужается — это смерть и старость.

    — Франц Вертфоллен · книга
11. «

    А если у человека дом – хлам, одежда – хлам и мысли – хлам, то это не потому, что у него не хватает средств, он живет под диктатурой в самой коррумпированной стране и вообще Сталин, а потому что у него просто не хватает фантазии для того, чтобы жить по-другому.

    А если у человека дом – хлам, одежда – хлам и мысли – хлам, то это не потому, что у него не хватает средств, он живет под диктатурой в самой коррумпированной стране и вообще Сталин, а потому что у него просто не хватает фантазии для того, чтобы жить по-другому.

    — Франц Вертфоллен · книга
12. «

    Самые большие трагедии случаются на человеческой неспособности понимать друг друга. И больше всего — на человеческой гордыне и глупости.

    Самые большие трагедии случаются на человеческой неспособности понимать друг друга. И больше всего — на человеческой гордыне и глупости.

    — Франц Вертфоллен · книга
13. «

    ЭШЛИ: Я скажу это вам один раз, сеньорита Фернандес. Если вы серьезно хотите Вертфоллена и всей великосветской жизни, которая идет вместе с ним, всей той «дерзости», неконформизма и необычности, о которых заявляли мне на наших сеансах. По крайней мере, на которые вы претендовали в сравнении с большинством, вы же все равно чувствовали себя «иной», «избранной», если угодно, как все подростки, так вот чтоб по-настоящему ею стать, а не облупиться из гадкого утенка в не менее гадкую утку, как все люди, нужно работать, дорогая моя...

    ЭШЛИ: Я скажу это вам один раз, сеньорита Фернандес. Если вы серьезно хотите Вертфоллена и всей великосветской жизни, которая идет вместе с ним, всей той «дерзости», неконформизма и необычности, о которых заявляли мне на наших сеансах. По крайней мере, на которые вы претендовали в сравнении с большинством, вы же все равно чувствовали себя «иной», «избранной», если угодно, как все подростки, так вот чтоб по-настоящему ею стать, а не облупиться из гадкого утенка в не менее гадкую утку, как все люди, нужно работать, дорогая моя...

    — Франц Вертфоллен
14. «

    Для страданий, особенно человеческих псевдо-подергиваний, большого ума не надо.

    Для страданий, особенно человеческих псевдо-подергиваний, большого ума не надо.

    — Франц Вертфоллен · книга
15. «

    А ведь как невовлекаем этот скот! Они ж не терпят гениев при жизни, им нравятся мощи. Сладкий, безвредный душок истлевшего. Склепики, могилки…

    А ведь как невовлекаем этот скот! Они ж не терпят гениев при жизни, им нравятся мощи. Сладкий, безвредный душок истлевшего. Склепики, могилки…

    — Франц Вертфоллен · книга
16. «

    Большинство человеческих отношений, которые заканчиваются в кровати, по идее начинались совсем не ради кровати, а просто ради этих опьяняющих моментов, когда двое людей остроумно нравятся друг другу.

    Большинство человеческих отношений, которые заканчиваются в кровати, по идее начинались совсем не ради кровати, а просто ради этих опьяняющих моментов, когда двое людей остроумно нравятся друг другу.

    — Франц Вертфоллен
17. «

    Тесто вымешивает, кисленьким пахнет, капуста стоит на пирожки и засыпаешь под царевну и серого волка. Засыпаешь, потому что верится, что пока так горят лампы, и живут в избах, затерявшись в восемнадцатом веке – вымешивают так тесто мясистые, толстые бабы, старые-старые, пока рассказывают о волках, и пахнет капустой – мир не может быть хрупок. Или как бы он ни был хрупок, всегда будет, где прилечь и согреться. И чтоб пахло деревом, тестом и самую малость – дымом. И не страшно. И даже можно, кажется, жить.

    Тесто вымешивает, кисленьким пахнет, капуста стоит на пирожки и засыпаешь под царевну и серого волка. Засыпаешь, потому что верится, что пока так горят лампы, и живут в избах, затерявшись в восемнадцатом веке – вымешивают так тесто мясистые, толстые бабы, старые-старые, пока рассказывают о волках, и пахнет капустой – мир не может быть хрупок. Или как бы он ни был хрупок, всегда будет, где прилечь и согреться. И чтоб пахло деревом, тестом и самую малость – дымом. И не страшно. И даже можно, кажется, жить.

    — Франц Вертфоллен
18. «

    Рабство – это быть неспособным принять какое-либо, даже самое маленькое решение.

    Рабство – это быть неспособным принять какое-либо, даже самое маленькое решение.

    — Франц Вертфоллен · книга
19. «

    Не бывает провалов, бывают просто моменты, когда ты понимаешь — твоя дорожка научит тебя вдвое, а то втрое бо́льшему, чем ты ожидал.

    Не бывает провалов, бывают просто моменты, когда ты понимаешь — твоя дорожка научит тебя вдвое, а то втрое бо́льшему, чем ты ожидал.

    — Франц Вертфоллен · книга
20. «

    Будущее вовсе не туманно, не опасно и не прописано. Будущее — сухие цифры. Простые формулы. И оно не обещает никому ничего. Будущее не многообещающее. Оно просто — сухие цифры. Факт — тянешь или не тянешь.

    Будущее вовсе не туманно, не опасно и не прописано. Будущее — сухие цифры. Простые формулы. И оно не обещает никому ничего. Будущее не многообещающее. Оно просто — сухие цифры. Факт — тянешь или не тянешь.

    — Франц Вертфоллен · книга