31 цитата Франсуы Мориака для тех, кто любит думать

Ниже 31 цитата Франсуы Мориака — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Любовь — это часто встреча двух слабостей.

   Любовь — это часто встреча двух слабостей.
2. «

   Ужасно, что нет ничего прочного в жизни: всё течёт, меняет форму, не остановишь мгновения, не удержишь той полоски жизни, когда существование твоё становится терпимым и у тебя хватает сил сносить его.

   Ужасно, что нет ничего прочного в жизни: всё течёт, меняет форму, не остановишь мгновения, не удержишь той полоски жизни, когда существование твоё становится терпимым и у тебя хватает сил сносить его.
3. «

   Вожделение превращает человека, приближающегося к женщине, в чудовище, совсем на этого человека не похожее.

   Вожделение превращает человека, приближающегося к женщине, в чудовище, совсем на этого человека не похожее.

   — Тереза Дескейру · книга
4. «

   Нам надо, чтобы возле нас был свидетель нашей силы — кто-нибудь, кто ведет счет нанесенным ударам, отмечает удачи, неудачи и увенчивает нас лаврами в день победы.

   Нам надо, чтобы возле нас был свидетель нашей силы — кто-нибудь, кто ведет счет нанесенным ударам, отмечает удачи, неудачи и увенчивает нас лаврами в день победы.

   — Клубок змей · книга
5. «

   Когда вспоминаешь о том времени, когда ты любил, кажется, что с тех пор больше уже ничего не случилось.

   Когда вспоминаешь о том времени, когда ты любил, кажется, что с тех пор больше уже ничего не случилось.
6. «

   Мы, женщины и мужчины, бываем нежны, когда любим сами, но никогда — когда любят нас.

   Мы, женщины и мужчины, бываем нежны, когда любим сами, но никогда — когда любят нас.
7. «

   Миф о Прометее символически выражает ту мысль, что вся мировая скорбь зависит от больной печени.

   Миф о Прометее символически выражает ту мысль, что вся мировая скорбь зависит от больной печени.

   — Клубок змей · книга
8. «

   Близкие не в силах нам помочь, когда рушится любовь. Никогда ещё никто в час крушения любви не находил помощи ни у брата, ни у отца, ни у сына. Круг нашего ада для них закрыт.

   Близкие не в силах нам помочь, когда рушится любовь. Никогда ещё никто в час крушения любви не находил помощи ни у брата, ни у отца, ни у сына. Круг нашего ада для них закрыт.

   — Дорога в никуда · книга
9. «

   — Неужели ты думаешь, что я могу... Тех, кого любят, не убивают. — Быть может, мы стоим перед выбором, — сказал Ксавье. — Либо убивать тех, кого мы любим, либо умирать за них. Мирбель вздохнул: — Есть и третья возможность: быть любимым тем, кого любишь. Существует ли на свете такое счастье?

   — Неужели ты думаешь, что я могу... Тех, кого любят, не убивают. — Быть может, мы стоим перед выбором, — сказал Ксавье. — Либо убивать тех, кого мы любим, либо умирать за них. Мирбель вздохнул: — Есть и третья возможность: быть любимым тем, кого любишь. Существует ли на свете такое счастье?

   — Агнец · книга
10. «

    Талант писателя в том и состоит, чтобы сделать близким для всех тот тесный мир, в котором мы родились, где мы научились любить и страдать.

    Талант писателя в том и состоит, чтобы сделать близким для всех тот тесный мир, в котором мы родились, где мы научились любить и страдать.
11. «

    Искусство жить состоит в том, чтобы жертвовать низменными аппетитами во имя высокой страсти.

    Искусство жить состоит в том, чтобы жертвовать низменными аппетитами во имя высокой страсти.

    — Клубок змей · книга
12. «

    Литератора можно уподобить участку земли, где производят раскопки: он буквально вздыблен и постоянно открыт всем ветрам.

    Литератора можно уподобить участку земли, где производят раскопки: он буквально вздыблен и постоянно открыт всем ветрам.
13. «

    Не нужно иметь веру, чтобы молиться; нужно молиться, чтобы обрести веру.

    Не нужно иметь веру, чтобы молиться; нужно молиться, чтобы обрести веру.
14. «

    Самые необыкновенные чувства перестают удивлять, когда становятся привычными.

    Самые необыкновенные чувства перестают удивлять, когда становятся привычными.

    — Дорога в никуда · книга
15. «

    Наша жизнь измеряется усилиями, которых она стоила нам.

    Наша жизнь измеряется усилиями, которых она стоила нам.
16. «

    Ах, как назойливы те, до кого нашему сердцу нет никакого дела и чей выбор пал на нас, в то время как мы их вовсе не выбирали! Посторонние люди, о которых мы не хотим и знать, чья смерть была бы нам столь же безразлична, как их жизнь...между тем они-то и заполняют наше существование.

    Ах, как назойливы те, до кого нашему сердцу нет никакого дела и чей выбор пал на нас, в то время как мы их вовсе не выбирали! Посторонние люди, о которых мы не хотим и знать, чья смерть была бы нам столь же безразлична, как их жизнь...между тем они-то и заполняют наше существование.

    — Пустыня любви · книга
17. «

    Товарищество приводит к дружбе; два юноши обнаруживают, как много между ними общего: «И я тоже… И у меня так бывает…» – вот самые первые связующие их слова. Дружба, как правило, рождается с первого взгляда. Наконец нашелся близкий человек, понимающий все с полуслова! Сердца бьются в унисон! Одно и то же удручает друзей, одно и то же прельщает. Даже разница между ними – и та укрепляет единство: каждый восхищается в своем друге достоинствами, которых так мучительно не хватало ему самому.

    Товарищество приводит к дружбе; два юноши обнаруживают, как много между ними общего: «И я тоже… И у меня так бывает…» – вот самые первые связующие их слова. Дружба, как правило, рождается с первого взгляда. Наконец нашелся близкий человек, понимающий все с полуслова! Сердца бьются в унисон! Одно и то же удручает друзей, одно и то же прельщает. Даже разница между ними – и та укрепляет единство: каждый восхищается в своем друге достоинствами, которых так мучительно не хватало ему самому.
18. «

    Нет, вы его не знаете, потому что живете рядом с ним. Хуже всего мы знаем своих близких... Мы доходим до того, что перестаем видеть тех, кто нас окружает.

    Нет, вы его не знаете, потому что живете рядом с ним. Хуже всего мы знаем своих близких... Мы доходим до того, что перестаем видеть тех, кто нас окружает.

    — Мария Кросс · книга
19. «

    Отвратительные, ничтожные, тёмные деяния, которые мы совершаем наедине и безнаказанно, лучше характеризуют нас, чем великие преступления.

    Отвратительные, ничтожные, тёмные деяния, которые мы совершаем наедине и безнаказанно, лучше характеризуют нас, чем великие преступления.

    — Тереза Дескейру · книга
20. «

    Нас создают и переделывают все те, кто когда-либо любил нас.

    Нас создают и переделывают все те, кто когда-либо любил нас.