130 цитат, которые говорила Франсуаза Саган: жизненные цитаты

Подборка из 130 цитат Франсуазы Саган: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Нельзя курить натощак. Впрочем, нельзя также много пить, слишком быстро водить машину, чересчур усердно заниматься любовью, перетруждать сердце, транжирить деньги. Ничего нельзя.

   Нельзя курить натощак. Впрочем, нельзя также много пить, слишком быстро водить машину, чересчур усердно заниматься любовью, перетруждать сердце, транжирить деньги. Ничего нельзя.

   — Франсуаза Саган · книга
2. «

   Брак, по-моему, дело хорошее. Жить вдвоём, когда люди любят друг друга, — это, на мой взгляд, идеально. Но совместная жизнь — это же ужас. В сущности, проблема брака проста. Или вы предпочитаете жить с кем-то, идя на уступки, или скука жизни вдвоём оказывается сильнее удовольствия от близости друг друга.

   Брак, по-моему, дело хорошее. Жить вдвоём, когда люди любят друг друга, — это, на мой взгляд, идеально. Но совместная жизнь — это же ужас. В сущности, проблема брака проста. Или вы предпочитаете жить с кем-то, идя на уступки, или скука жизни вдвоём оказывается сильнее удовольствия от близости друг друга.

   — Франсуаза Саган · книга
3. «

   Она просто боялась, она безотчетно ждала, чтобы он пришёл и заставил её принять свою любовь. Ей было невмоготу, и однообразное течение зимних дней, вереница всё одних и тех же улиц, приводивших её, одинокую, от квартиры к месту работы, этот телефон-предатель — она каждый раз жалела, что сняла трубку: так отчужденно и пристыжено звучал голос Роже, — и, наконец, тоска по далёкому лету, которое никогда не вернётся, — всё вело к безучастной вялости и требовало любой ценой, чтобы «хоть что-то произошло».

   Она просто боялась, она безотчетно ждала, чтобы он пришёл и заставил её принять свою любовь. Ей было невмоготу, и однообразное течение зимних дней, вереница всё одних и тех же улиц, приводивших её, одинокую, от квартиры к месту работы, этот телефон-предатель — она каждый раз жалела, что сняла трубку: так отчужденно и пристыжено звучал голос Роже, — и, наконец, тоска по далёкому лету, которое никогда не вернётся, — всё вело к безучастной вялости и требовало любой ценой, чтобы «хоть что-то произошло».

   — Франсуаза Саган · книга
4. «

   ...они были на том этапе любви, когда в любимом нравится не только то, чем он на деле обладает, но и то, каким он хочет казаться, — когда нравится принимать не только правду, но и полуправду о нем. Ведь не скрывая, что это не совсем истина, он как бы оказывает тебе высшее доверие.

   ...они были на том этапе любви, когда в любимом нравится не только то, чем он на деле обладает, но и то, каким он хочет казаться, — когда нравится принимать не только правду, но и полуправду о нем. Ведь не скрывая, что это не совсем истина, он как бы оказывает тебе высшее доверие.

   — Франсуаза Саган · книга
5. «

   Всегда и всюду окружающие смотрят на счастливых людей. Это убивает их — зрелище чужого счастья, как песок в глаза, но счастливым наплевать.

   Всегда и всюду окружающие смотрят на счастливых людей. Это убивает их — зрелище чужого счастья, как песок в глаза, но счастливым наплевать.

   — Франсуаза Саган · книга
6. «

   Я люблю мечтать, ничего не делать, смотреть, как течёт время, и никогда не испытываю при этом чувства пустоты или скуки: это и есть свобода. Я по-прежнему не способна заставить себя делать то, что мне скучно; я принимаю жизнь такой, какая она есть сейчас, смотрю направо, налево, но ни назад, ни вперёд. <...> Очень ленивой быть очень нелегко, потому что это предполагает, во-первых, воображение, чтобы ничего не делать, во-вторых, уверенность в себе, чтобы не мучила совесть за то, что ничего не делаешь, и, наконец, вкус к жизни. Чтобы каждая проходящая минута казалась самодостаточной и не приходилось говорить себе: я сделала то-то и то-то. Чтобы ничего не делать, нужны также очень крепкие нервы, чтобы уважение окружающих и желание доказать самой себе, на что ты способна, были для тебя пустым звуком.<...> Я ленива, но и работать люблю; удовольствие пересиливает лень, и периодически я работаю. И вообще, я славная, это лучшее моё качество.

   Я люблю мечтать, ничего не делать, смотреть, как течёт время, и никогда не испытываю при этом чувства пустоты или скуки: это и есть свобода. Я по-прежнему не способна заставить себя делать то, что мне скучно; я принимаю жизнь такой, какая она есть сейчас, смотрю направо, налево, но ни назад, ни вперёд. <...> Очень ленивой быть очень нелегко, потому что это предполагает, во-первых, воображение, чтобы ничего не делать, во-вторых, уверенность в себе, чтобы не мучила совесть за то, что ничего не делаешь, и, наконец, вкус к жизни. Чтобы каждая проходящая минута казалась самодостаточной и не приходилось говорить себе: я сделала то-то и то-то. Чтобы ничего не делать, нужны также очень крепкие нервы, чтобы уважение окружающих и желание доказать самой себе, на что ты способна, были для тебя пустым звуком.<...> Я ленива, но и работать люблю; удовольствие пересиливает лень, и периодически я работаю. И вообще, я славная, это лучшее моё качество.

   — Франсуаза Саган · книга
7. «

   Только когда Симон позвонил в тот вечер у ее дверей и она увидела его темный галстук, его напряженный взгляд, это ликование, прорывавшееся в каждом жесте, это смущение, похожее на то, какое охватывает человека, избалованного сверх меры жизнью и получившего вдруг еще наследство, ей захотелось разделить его счастье. Счастье, которое она ему дарит: «Вот я, мое тело, мое тепло, моя нежность, мне они ни к чему, но, доверив их твоим рукам, я, быть может, вновь сумею обрести в них усладу».

   Только когда Симон позвонил в тот вечер у ее дверей и она увидела его темный галстук, его напряженный взгляд, это ликование, прорывавшееся в каждом жесте, это смущение, похожее на то, какое охватывает человека, избалованного сверх меры жизнью и получившего вдруг еще наследство, ей захотелось разделить его счастье. Счастье, которое она ему дарит: «Вот я, мое тело, мое тепло, моя нежность, мне они ни к чему, но, доверив их твоим рукам, я, быть может, вновь сумею обрести в них усладу».

   — Франсуаза Саган · книга
8. «

   Женщины с претензиями сразу же становятся смешны; мужчинам же это придает обманчивую мужественность.

   Женщины с претензиями сразу же становятся смешны; мужчинам же это придает обманчивую мужественность.

   — Франсуаза Саган · книга
9. «

   Как будто этот диалог, напряжённый, бессвязный, а иногда физически жестокий, который мы ведём, вернее, пытаемся вести, превращается в железный занавес между двумя людьми.

   Как будто этот диалог, напряжённый, бессвязный, а иногда физически жестокий, который мы ведём, вернее, пытаемся вести, превращается в железный занавес между двумя людьми.

   — Франсуаза Саган · книга
10. «

    Она словно о чём-то просила, просила невнятно, но он остро почувствовал — просила того, что он не мог ей дать, никогда никому не мог. Конечно, следовало бы остаться у неё и провести с ней ночь: нет всё-таки лучшего средства успокоить тревогу женщины.

    Она словно о чём-то просила, просила невнятно, но он остро почувствовал — просила того, что он не мог ей дать, никогда никому не мог. Конечно, следовало бы остаться у неё и провести с ней ночь: нет всё-таки лучшего средства успокоить тревогу женщины.

    — Франсуаза Саган · книга
11. «

    Надо уметь быть с мужчинами ласковой. Мужчины — они же большие дети, большие жеребята. Их надо брать за холку и говорить с ними по-доброму. Как с детьми. Нельзя их всё время трясти. Когда мужчина чувствует твою слабость, он в восторге и становится защитником. Мужчины по природе своей защитники, слава богу! Они такие, какими нужны женщинам.

    Надо уметь быть с мужчинами ласковой. Мужчины — они же большие дети, большие жеребята. Их надо брать за холку и говорить с ними по-доброму. Как с детьми. Нельзя их всё время трясти. Когда мужчина чувствует твою слабость, он в восторге и становится защитником. Мужчины по природе своей защитники, слава богу! Они такие, какими нужны женщинам.

    — Франсуаза Саган · книга
12. «

    ...не так уж сладка жизнь у этих созданий с полуободранной шкурой, которые называются людьми.

    ...не так уж сладка жизнь у этих созданий с полуободранной шкурой, которые называются людьми.

    — Франсуаза Саган · книга
13. «

    Чтобы мужчина и женщина полюбили друг друга, недостаточно вместе смеяться. Надо ещё заставлять друг друга страдать.

    Чтобы мужчина и женщина полюбили друг друга, недостаточно вместе смеяться. Надо ещё заставлять друг друга страдать.

    — Франсуаза Саган · книга
14. «

    Комплимент повышает производительность женщины вдвое.

    Комплимент повышает производительность женщины вдвое.

    — Франсуаза Саган
15. «

    У меня бывали приятели, знакомые, отношения, не стоящие ломаного гроша. Когда люди так ко мне относятся, я тотчас выбрасываю их из головы. Немного удивляюсь и сразу забываю о них. Это, кстати, очень удобно.

    У меня бывали приятели, знакомые, отношения, не стоящие ломаного гроша. Когда люди так ко мне относятся, я тотчас выбрасываю их из головы. Немного удивляюсь и сразу забываю о них. Это, кстати, очень удобно.

    — Франсуаза Саган · книга
16. «

    Если бы он наделал глупостей, у него наверняка нашлось бы о чем поговорить с ней. Необходимость лгать пробуждает изобретательность, подстегивает воображение.

    Если бы он наделал глупостей, у него наверняка нашлось бы о чем поговорить с ней. Необходимость лгать пробуждает изобретательность, подстегивает воображение.

    — Франсуаза Саган · книга
17. «

    Только случайный взгляд способен уловить что-то.

    Только случайный взгляд способен уловить что-то.

    — Франсуаза Саган · книга
18. «

    В двадцать лет ещё можно позволить себе беспричинный смех.

    В двадцать лет ещё можно позволить себе беспричинный смех.

    — Франсуаза Саган · книга
19. «

    Этот человек хочет, чтобы я была счастлива сначала сама по себе, а затем уже с ним. Такую последовательность приоритетов, уверяю тебя, очень трудно найти в мужчине, как, впрочем, и в женщине.

    Этот человек хочет, чтобы я была счастлива сначала сама по себе, а затем уже с ним. Такую последовательность приоритетов, уверяю тебя, очень трудно найти в мужчине, как, впрочем, и в женщине.

    — Франсуаза Саган · книга
20. «

    ...я не знаю рецепта для долгой любви. Да и не вижу в нем необходимости. Я слишком люблю счастье, чтобы иметь несбыточные желания.

    ...я не знаю рецепта для долгой любви. Да и не вижу в нем необходимости. Я слишком люблю счастье, чтобы иметь несбыточные желания.

    — Франсуаза Саган · книга