Топ-44 цитаты Фредрика Бакман: цитаты со смыслома

Подборка из 44 цитаты Фредрика Бакман: цитаты со смыслома: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Прежде чем затевать конфликт, задайте себе три вопроса: 1. Есть ли у человека прямое намерение вам навредить? 2. Обладаете ли вы в полной мере информацией о ситуации? 3. Что вы выиграете благодаря этому конфликту?

   Прежде чем затевать конфликт, задайте себе три вопроса: 1. Есть ли у человека прямое намерение вам навредить? 2. Обладаете ли вы в полной мере информацией о ситуации? 3. Что вы выиграете благодаря этому конфликту?

   — Фредрик Бакман · книга
2. «

   Есть люди, которые соглашаются жить со своей тревогой, учатся нести ее по жизни. Она пыталась быть одной из них. Считала, что надо быть доброй к людям, даже если они полные идиоты, потому что никогда не знаешь, какую ношу они несут. Она знала, что почти все люди в глубине души задаются одними и теми же вопросами: на что я способен? Может ли кто-то мною гордиться? Приношу ли я пользу обществу? Cправляюсь ли со своей работой? Достаточно ли я щедр, достаточно ли жертвую на благотворительность? Хорош ли в постели? Хотят ли со мной дружить? Я заботливый родитель? Я хороший человек? В глубине души все хотят быть хорошими. Добрыми. Проблема только в том, что не все могут быть добрыми по отношению к идиотам, потому что идиоты есть идиоты. Для Нади, как и для многих других, это стало делом всей жизни.

   Есть люди, которые соглашаются жить со своей тревогой, учатся нести ее по жизни. Она пыталась быть одной из них. Считала, что надо быть доброй к людям, даже если они полные идиоты, потому что никогда не знаешь, какую ношу они несут. Она знала, что почти все люди в глубине души задаются одними и теми же вопросами: на что я способен? Может ли кто-то мною гордиться? Приношу ли я пользу обществу? Cправляюсь ли со своей работой? Достаточно ли я щедр, достаточно ли жертвую на благотворительность? Хорош ли в постели? Хотят ли со мной дружить? Я заботливый родитель? Я хороший человек? В глубине души все хотят быть хорошими. Добрыми. Проблема только в том, что не все могут быть добрыми по отношению к идиотам, потому что идиоты есть идиоты. Для Нади, как и для многих других, это стало делом всей жизни.

   — Фредрик Бакман · книга
3. «

   Иногда самое опасное место может стать надёжным прибежищем.

   Иногда самое опасное место может стать надёжным прибежищем.

   — Фредрик Бакман · книга
4. «

   На плечи падали волосы — такого же цвета, как у дочери Джима. Иногда двум незнакомым людям достаточно мелочи, чтобы почувствовать друг к другу симпатию. Она посмотрела на кольцо на пальце у Джима, — старое, со сколотыми краями кольцо из поцарапанного серебра. Джим посмотрел на ее кольцо — тонкое, скромное, из гладкого золота без камня. Оба по-прежнему носили обручальные кольца.

   На плечи падали волосы — такого же цвета, как у дочери Джима. Иногда двум незнакомым людям достаточно мелочи, чтобы почувствовать друг к другу симпатию. Она посмотрела на кольцо на пальце у Джима, — старое, со сколотыми краями кольцо из поцарапанного серебра. Джим посмотрел на ее кольцо — тонкое, скромное, из гладкого золота без камня. Оба по-прежнему носили обручальные кольца.

   — Фредрик Бакман · книга
5. «

   Иногда бывает невыносимо больно быть человеком. Когда ты не понимаешь себя, не любишь свое тело. Ты смотришь в зеркало и не понимаешь, кому принадлежат эти глаза, и думаешь: «Что со мной не так? Почему мне так плохо?

   Иногда бывает невыносимо больно быть человеком. Когда ты не понимаешь себя, не любишь свое тело. Ты смотришь в зеркало и не понимаешь, кому принадлежат эти глаза, и думаешь: «Что со мной не так? Почему мне так плохо?

   — Фредрик Бакман · книга
6. «

   Повернувшись к ней, Рогер сказал, что сомнений нет, она непременно будет хорошим родителем, потому что только хорошие родители доедают за всеми корки.

   Повернувшись к ней, Рогер сказал, что сомнений нет, она непременно будет хорошим родителем, потому что только хорошие родители доедают за всеми корки.

   — Фредрик Бакман · книга
7. «

   Это было не похоже на бомбу, ни в коем разе. Это было похоже на перевернутую коробку с рождественскими гирляндами. Из борделя. В защиту Джима скажем, что, возможно, это было нечто, напоминавшее бомбу, — особенно если ты всю жизнь слышал о бомбах, но никогда их не видел. И борделя тоже. Это как если ты очень боишься змей и, сидя в сортире, вдруг чувствуешь, как возле задницы пробегает легкий ветерок, — тут тебе сразу приходит в голову мысль: «ЗМЕЯ!» Это, конечно, совсем не логично, но где это видано, чтобы фобии подчинялись логике, — тогда бы они не были фобиями. Джим гораздо больше боялся бомб, чем рождественских гирлянд, а в таком случае мозг и глаза расходятся в оценках, в том-то и дело.

   Это было не похоже на бомбу, ни в коем разе. Это было похоже на перевернутую коробку с рождественскими гирляндами. Из борделя. В защиту Джима скажем, что, возможно, это было нечто, напоминавшее бомбу, — особенно если ты всю жизнь слышал о бомбах, но никогда их не видел. И борделя тоже. Это как если ты очень боишься змей и, сидя в сортире, вдруг чувствуешь, как возле задницы пробегает легкий ветерок, — тут тебе сразу приходит в голову мысль: «ЗМЕЯ!» Это, конечно, совсем не логично, но где это видано, чтобы фобии подчинялись логике, — тогда бы они не были фобиями. Джим гораздо больше боялся бомб, чем рождественских гирлянд, а в таком случае мозг и глаза расходятся в оценках, в том-то и дело.

   — Фредрик Бакман · книга
8. «

   В конце концов Джек перестал бегать за сестрой, в этом была разница между отцом и братом. Когда дочь стала подростком, Джиму казалось, что дети как воздушные змеи — надо только не выпускать из рук бечевку, но все-таки ветер ее унес. Она вырвалась и взлетела к небесам. Никогда точно не скажешь, когда у человека появилась зависимость, люди врут, говоря, что все под контролем. Наркотики — это сумерки, когда нам кажется, будто мы сами решаем, когда выключить лампу, но это не так: тьма поглощает нас, когда ей вздумается.

   В конце концов Джек перестал бегать за сестрой, в этом была разница между отцом и братом. Когда дочь стала подростком, Джиму казалось, что дети как воздушные змеи — надо только не выпускать из рук бечевку, но все-таки ветер ее унес. Она вырвалась и взлетела к небесам. Никогда точно не скажешь, когда у человека появилась зависимость, люди врут, говоря, что все под контролем. Наркотики — это сумерки, когда нам кажется, будто мы сами решаем, когда выключить лампу, но это не так: тьма поглощает нас, когда ей вздумается.

   — Фредрик Бакман · книга
9. «

   Пока сестры не появились на свет, этого никто не замечал, ведь дети воспринимают пропорции иначе, чем взрослые, возможно, потому, что им приходится смотреть на нас снизу вверх, а это самый невыгодный ракурс. Поэтому у сообразительных маленьких троллей так хорошо получается нас подкалывать. Они видят все слабые места. И все же каждый раз прощают нам наши проступки.

   Пока сестры не появились на свет, этого никто не замечал, ведь дети воспринимают пропорции иначе, чем взрослые, возможно, потому, что им приходится смотреть на нас снизу вверх, а это самый невыгодный ракурс. Поэтому у сообразительных маленьких троллей так хорошо получается нас подкалывать. Они видят все слабые места. И все же каждый раз прощают нам наши проступки.

   — Фредрик Бакман · книга
10. «

    И тут Эстель наконец вспомнила цитату из «Венецианского купца»: «Свет в окнах у меня. Как далеко свеча бросает луч! Так светят добрые дела в злом мире».

    И тут Эстель наконец вспомнила цитату из «Венецианского купца»: «Свет в окнах у меня. Как далеко свеча бросает луч! Так светят добрые дела в злом мире».

    — Фредрик Бакман · книга
11. «

    — Когда мы с Кнутом только-только влюбились друг в друга, мы договорились о том, как будем ссориться. Кнут сказал, что рано или поздно влюбленность пройдет и тогда, хотим мы того или нет, мы начнем ссориться. И мы заключили договор — что-то вроде Женевской конвенции, в которой страны устанавливают правила на случай войны. Мы с Кнутом пообещали друг другу, что, как бы сильна ни была обида, мы никогда не будем умышленно делать друг другу больно. Что не будем ссориться ради того, чтобы победить друг друга. Этого ведь никакой брак не выдержит. — Ну и как, работает? — спросила Юлия. — Не знаю, — призналась Эстель. — Почему? — Влюбленность так и не прошла.

    — Когда мы с Кнутом только-только влюбились друг в друга, мы договорились о том, как будем ссориться. Кнут сказал, что рано или поздно влюбленность пройдет и тогда, хотим мы того или нет, мы начнем ссориться. И мы заключили договор — что-то вроде Женевской конвенции, в которой страны устанавливают правила на случай войны. Мы с Кнутом пообещали друг другу, что, как бы сильна ни была обида, мы никогда не будем умышленно делать друг другу больно. Что не будем ссориться ради того, чтобы победить друг друга. Этого ведь никакой брак не выдержит. — Ну и как, работает? — спросила Юлия. — Не знаю, — призналась Эстель. — Почему? — Влюбленность так и не прошла.

    — Фредрик Бакман · книга
12. «

    Ну не может человек, посетивший показы тысяч квартир, не понять, что в мире гораздо больше любви, чем ненависти. Крыть это было нечем даже Заре. К тому же Кролик по-прежнему не собирался замерзать, этот баран с кроличьей головой. Кончай говорить о любви и замерзни, наконец, черт тебя побери, думала Зара, прикидывая, как бы ответить пообиднее. Но вместо этого, к своему удивлению, лишь спросила: — На основе чего вы делаете такой вывод? Уши Кролика покачнулись. — На основе всех тех квартир, которые на продажу не выставлены.

    Ну не может человек, посетивший показы тысяч квартир, не понять, что в мире гораздо больше любви, чем ненависти. Крыть это было нечем даже Заре. К тому же Кролик по-прежнему не собирался замерзать, этот баран с кроличьей головой. Кончай говорить о любви и замерзни, наконец, черт тебя побери, думала Зара, прикидывая, как бы ответить пообиднее. Но вместо этого, к своему удивлению, лишь спросила: — На основе чего вы делаете такой вывод? Уши Кролика покачнулись. — На основе всех тех квартир, которые на продажу не выставлены.

    — Фредрик Бакман · книга
13. «

    Эстель улыбнулась, горделиво и одновременно грустно. Улыбаться так позволяет только определенный возраст. И определенным образом прожитая жизнь.

    Эстель улыбнулась, горделиво и одновременно грустно. Улыбаться так позволяет только определенный возраст. И определенным образом прожитая жизнь.

    — Фредрик Бакман · книга
14. «

    Рогер смотрел в пол, изо всех сил поджав пальцы в ботинках — он прятал чувства там.

    Рогер смотрел в пол, изо всех сил поджав пальцы в ботинках — он прятал чувства там.

    — Фредрик Бакман · книга
15. «

    Психолог посмотрела на часы. Она по-прежнему считала, что главная проблема Зары — одиночество, но между одиночеством и отсутствием друзей есть разница.

    Психолог посмотрела на часы. Она по-прежнему считала, что главная проблема Зары — одиночество, но между одиночеством и отсутствием друзей есть разница.

    — Фредрик Бакман · книга
16. «

    Все увлеченные люди иногда делают глупости!

    Все увлеченные люди иногда делают глупости!

    — Фредрик Бакман · книга
17. «

    — Мама никогда бы меня не простила, если бы я тебя отпустил, — сказал Джим, опустив взгляд. — А меня она, по-твоему, простила бы, если бы я тебя отпустил? Ведь ты был ее мужем, — сказал Джек, обращаясь к стене. Джим кивнул, посмотрев в небо. — Но мамой она была твоей.

    — Мама никогда бы меня не простила, если бы я тебя отпустил, — сказал Джим, опустив взгляд. — А меня она, по-твоему, простила бы, если бы я тебя отпустил? Ведь ты был ее мужем, — сказал Джек, обращаясь к стене. Джим кивнул, посмотрев в небо. — Но мамой она была твоей.

    — Фредрик Бакман · книга
18. «

    Чтобы не быть неудобным родителем, пришлось съехать с квартиры, уйти с работы, зажмуриться и прикусить губу. Ради детей.

    Чтобы не быть неудобным родителем, пришлось съехать с квартиры, уйти с работы, зажмуриться и прикусить губу. Ради детей.

    — Фредрик Бакман · книга
19. «

    Мы забываем не только о том, какие мы жадные, но и о том, какие мы слабые. И это нас разрушает.

    Мы забываем не только о том, какие мы жадные, но и о том, какие мы слабые. И это нас разрушает.

    — Фредрик Бакман · книга
20. «

    Люди думают, будто нам, риелторам, главное — что-то продать, но есть же… даже не знаю, как и сказать… Леннарт подобрал слова за нее: — Во всех тех квартирах, которые не продаются, есть своя романтика.

    Люди думают, будто нам, риелторам, главное — что-то продать, но есть же… даже не знаю, как и сказать… Леннарт подобрал слова за нее: — Во всех тех квартирах, которые не продаются, есть своя романтика.

    — Фредрик Бакман · книга