33 цитат-размышлений Фредрика Бакман: цитаты о любви

Ниже 33 цитаты Фредрика Бакман: цитаты о любви — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Вот так Уве стал прибираться ночью в поездах и прибирался там два года. А не стань он ночным уборщиком, никогда бы не пришло то утро, когда, возвращаясь со смены, он увидел её. Её красные туфельки, золотую брошку и золотисто-каштановые локоны. А её смех – как забыть ощущение, будто кто-то босыми ножками пробегает по твоему сердцу. Она любила говорить: «Все пути ведут тебя к твоему предназначению». И для неё в этом определённо что-то было. А для Уве скорее кто-то.

   Вот так Уве стал прибираться ночью в поездах и прибирался там два года. А не стань он ночным уборщиком, никогда бы не пришло то утро, когда, возвращаясь со смены, он увидел её. Её красные туфельки, золотую брошку и золотисто-каштановые локоны. А её смех – как забыть ощущение, будто кто-то босыми ножками пробегает по твоему сердцу. Она любила говорить: «Все пути ведут тебя к твоему предназначению». И для неё в этом определённо что-то было. А для Уве скорее кто-то.

   — Фредрик Бакман · книга
2. «

   Странная штука — любовь. Она всегда застает тебя врасплох.

   Странная штука — любовь. Она всегда застает тебя врасплох.

   — Фредрик Бакман · книга
3. «

   И все-таки он настаивал, что сам за ней заедет. Папа есть папа, а дочка есть дочка, пусть психологам и трудно с этим смириться.

   И все-таки он настаивал, что сам за ней заедет. Папа есть папа, а дочка есть дочка, пусть психологам и трудно с этим смириться.

   — Фредрик Бакман · книга
4. «

   Так бывает, что, оказавшись в водовороте жизни, забываешь, как все начиналось, а когда рождается ребенок, вдруг кажется невозможным представить, что ты когда-то любил кого-то еще.

   Так бывает, что, оказавшись в водовороте жизни, забываешь, как все начиналось, а когда рождается ребенок, вдруг кажется невозможным представить, что ты когда-то любил кого-то еще.

   — Фредрик Бакман · книга
5. «

   Полюбить кого-то – это все равно как поселиться в новом доме, – говорила Соня. – Сперва тебе нравится, все-то в нем новое, и каждое утро себе удивляешься: да неужто это все мое? Все боишься: ну ворвется кто да закричит: дескать, произошло страшное недоразумение, никто не собирался селить вас в такие хоромы. Но годы идут, фасад ветшает, одна трещинка пошла, другая. И ты начинаешь любить дом уже не за достоинства, а скорее за недостатки. С закрытыми глазами помнишь все его углы и закутки. Умеешь так хитро повернуть ключ, чтоб не заело замок и дом впустил тебя с мороза. Знаешь, какие половицы прогибаются под ногами. Как открыть платяной шкаф, чтоб не скрипнули дверцы. Из таких вот маленьких секретов и тайн и складывается твой дом.

   Полюбить кого-то – это все равно как поселиться в новом доме, – говорила Соня. – Сперва тебе нравится, все-то в нем новое, и каждое утро себе удивляешься: да неужто это все мое? Все боишься: ну ворвется кто да закричит: дескать, произошло страшное недоразумение, никто не собирался селить вас в такие хоромы. Но годы идут, фасад ветшает, одна трещинка пошла, другая. И ты начинаешь любить дом уже не за достоинства, а скорее за недостатки. С закрытыми глазами помнишь все его углы и закутки. Умеешь так хитро повернуть ключ, чтоб не заело замок и дом впустил тебя с мороза. Знаешь, какие половицы прогибаются под ногами. Как открыть платяной шкаф, чтоб не скрипнули дверцы. Из таких вот маленьких секретов и тайн и складывается твой дом.

   — Фредрик Бакман · книга
6. «

   Если бы мы были влюблены непрерывно, то умерли бы с голоду. А любовь – это влюбленность… время от времени.

   Если бы мы были влюблены непрерывно, то умерли бы с голоду. А любовь – это влюбленность… время от времени.

   — Фредрик Бакман · книга
7. «

   — Не оставайся здесь ради меня, сынок. — А я здесь и не ради тебя, — соврал Джек. Будь тут его мама, она бы сказала: «Знаешь что, дорогой? Чтобы остаться здесь, есть поводы и похуже».

   — Не оставайся здесь ради меня, сынок. — А я здесь и не ради тебя, — соврал Джек. Будь тут его мама, она бы сказала: «Знаешь что, дорогой? Чтобы остаться здесь, есть поводы и похуже».

   — Фредрик Бакман · книга
8. «

   Она просто смеялась. Джиму так этого не хватало. Не важно, с ним или над ним, — лишь бы она смеялась!

   Она просто смеялась. Джиму так этого не хватало. Не важно, с ним или над ним, — лишь бы она смеялась!

   — Фредрик Бакман · книга
9. «

   Я рассказала об этом маме, и мама сказала: «На одной красоте отношения не построишь. А вот если человек веселый — ой-ой-ой, с таким можно прожить целую вечность».

   Я рассказала об этом маме, и мама сказала: «На одной красоте отношения не построишь. А вот если человек веселый — ой-ой-ой, с таким можно прожить целую вечность».

   — Фредрик Бакман · книга
10. «

    В жизни он не слыхал ничего чудесней её голоса. Он всегда звучал так, будто она вот-вот рассмеётся. А уж если рассмеётся, то, чудилось Уве, будто пузырьки шампанского заиграют.

    В жизни он не слыхал ничего чудесней её голоса. Он всегда звучал так, будто она вот-вот рассмеётся. А уж если рассмеётся, то, чудилось Уве, будто пузырьки шампанского заиграют.

    — Фредрик Бакман · книга
11. «

    У Сони была назначена встреча. С кем – Уве не знал. И это была та черта, которую Соня ценила в нём превыше прочих (как признавалась сама Соня много лет спустя). Кто ещё согласился бы прождать её в машине битый час, не спрашивая ни о чём и не проявляя никаких признаков нетерпения? Не то чтобы Уве никогда не роптал – роптал так, аж небесам было тошно. Особенно если приходилось раскошеливаться за парковку. Но ни разу не спросил, где она была. И всегда ждал.

    У Сони была назначена встреча. С кем – Уве не знал. И это была та черта, которую Соня ценила в нём превыше прочих (как признавалась сама Соня много лет спустя). Кто ещё согласился бы прождать её в машине битый час, не спрашивая ни о чём и не проявляя никаких признаков нетерпения? Не то чтобы Уве никогда не роптал – роптал так, аж небесам было тошно. Особенно если приходилось раскошеливаться за парковку. Но ни разу не спросил, где она была. И всегда ждал.

    — Фредрик Бакман · книга
12. «

    — Ты настоящий профи, сынок, — скажет отец, глядя в пол. Он хотел бы прибавить: «И ты золотой человек», но не смог. — А вот ты, папа, не всегда профи, — улыбнется Джек, глядя на небо. Он хотел бы прибавить: «Но всему остальному я научился у тебя», но не смог.

    — Ты настоящий профи, сынок, — скажет отец, глядя в пол. Он хотел бы прибавить: «И ты золотой человек», но не смог. — А вот ты, папа, не всегда профи, — улыбнется Джек, глядя на небо. Он хотел бы прибавить: «Но всему остальному я научился у тебя», но не смог.

    — Фредрик Бакман · книга
13. «

    Трудно определить, когда расцветает любовь; однажды проснёшься — а цветок распустился. И то же самое, когда любовь увядает: однажды становится поздно. В этом смысле у любви много общего с балконными растениями.

    Трудно определить, когда расцветает любовь; однажды проснёшься — а цветок распустился. И то же самое, когда любовь увядает: однажды становится поздно. В этом смысле у любви много общего с балконными растениями.

    — Фредрик Бакман · книга
14. «

    А я... черт, я люблю наши, мои и Ру, скучные будни — это нормально? Обожаю с ней ругаться насчет диванов и домашних животных. Она мои будни. Она… мой мир.

    А я... черт, я люблю наши, мои и Ру, скучные будни — это нормально? Обожаю с ней ругаться насчет диванов и домашних животных. Она мои будни. Она… мой мир.

    — Фредрик Бакман · книга
15. «

    — И каково это, столько лет прожить в браке? — спросила она. — Сражаемся изо всех сил, — прямодушно ответила Эстель.

    — И каково это, столько лет прожить в браке? — спросила она. — Сражаемся изо всех сил, — прямодушно ответила Эстель.

    — Фредрик Бакман · книга
16. «

    Вообще-то она сама виновата. Сама пошла за него. И теперь по ночам, когда никто больше не сопит, уткнувшись носом ему в шею, он просто не знает, как быть. Вот и всё.

    Вообще-то она сама виновата. Сама пошла за него. И теперь по ночам, когда никто больше не сопит, уткнувшись носом ему в шею, он просто не знает, как быть. Вот и всё.

    — Фредрик Бакман · книга
17. «

    Уве, по общему мнению, видел всё в чёрно-белом цвете. Она раскрасила его мир. Дала ему остальные краски.

    Уве, по общему мнению, видел всё в чёрно-белом цвете. Она раскрасила его мир. Дала ему остальные краски.

    — Фредрик Бакман · книга
18. «

    «А вам не нравится?» — на что получил ответ: «Нравится. Но не до такой же степени!!!» Экс-жена рассказала, что они, поймите правильно, невзлюбили друг друга из-за того, что никак не могли подобрать соковыжималку такого цвета, который бы отражал индивидуальность каждого из них и вместе с тем был бы созвучен им как паре. Вот тогда-то они и поняли, что больше ни минуты не могут жить вместе, и возненавидели друг друга.

    «А вам не нравится?» — на что получил ответ: «Нравится. Но не до такой же степени!!!» Экс-жена рассказала, что они, поймите правильно, невзлюбили друг друга из-за того, что никак не могли подобрать соковыжималку такого цвета, который бы отражал индивидуальность каждого из них и вместе с тем был бы созвучен им как паре. Вот тогда-то они и поняли, что больше ни минуты не могут жить вместе, и возненавидели друг друга.

    — Фредрик Бакман · книга
19. «

    Как же лю­бишь че­ло­ве­ка, ко­то­рый спо­со­бен рас­сме­шить тебя в та­кую [тяжёлую] ми­ну­ту!

    Как же лю­бишь че­ло­ве­ка, ко­то­рый спо­со­бен рас­сме­шить тебя в та­кую [тяжёлую] ми­ну­ту!

    — Фредрик Бакман · книга
20. «

    Сила литературы в том, что книга может стать любовным посланием, что можно признаться в своих чувствах, указав на чужие.

    Сила литературы в том, что книга может стать любовным посланием, что можно признаться в своих чувствах, указав на чужие.

    — Фредрик Бакман · книга