Фредрик Бакман: цитаты о любви: 49 фраз, которые разошлись на цитаты

Ниже 49 цитат Фредрика Бакман: цитаты о любви — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — И каково это, столько лет прожить в браке? — спросила она. — Сражаемся изо всех сил, — прямодушно ответила Эстель.

   — И каково это, столько лет прожить в браке? — спросила она. — Сражаемся изо всех сил, — прямодушно ответила Эстель.

   — Фредрик Бакман · книга
2. «

   Так и поплыли его дни, медленно и размеренно. И вот однажды утром он встретил её. Каштановые волосы, синие глазищи, красные туфли и большая золотая заколка. С того самого дня Уве утратил покой и сон.

   Так и поплыли его дни, медленно и размеренно. И вот однажды утром он встретил её. Каштановые волосы, синие глазищи, красные туфли и большая золотая заколка. С того самого дня Уве утратил покой и сон.

   — Фредрик Бакман · книга
3. «

   В любви обязательно есть проигравший. Нам не хочется это признавать, но один из нас всегда чуть больше получает, а другой, по беспечности своей, чуть больше отдает.

   В любви обязательно есть проигравший. Нам не хочется это признавать, но один из нас всегда чуть больше получает, а другой, по беспечности своей, чуть больше отдает.

   — Фредрик Бакман · книга
4. «

   – Обещай теперь любить меня вдвое сильнее прежнего. И Уве пообещал. Хотя прекрасно знал, что любить сильнее, чем любит сейчас, просто невозможно.

   – Обещай теперь любить меня вдвое сильнее прежнего. И Уве пообещал. Хотя прекрасно знал, что любить сильнее, чем любит сейчас, просто невозможно.

   — Фредрик Бакман · книга
5. «

   Уве ни разу не задавался вопросом, как жил до того, как повстречал её. Но если б задался, ответил бы, что никак.

   Уве ни разу не задавался вопросом, как жил до того, как повстречал её. Но если б задался, ответил бы, что никак.

   — Фредрик Бакман · книга
6. «

   Если бы мы были влюблены непрерывно, то умерли бы с голоду. А любовь – это влюбленность… время от времени.

   Если бы мы были влюблены непрерывно, то умерли бы с голоду. А любовь – это влюбленность… время от времени.

   — Фредрик Бакман · книга
7. «

   Да­вид дер­жал руку на жи­во­те сво­ей де­вуш­ки, пре­ис­пол­нен­ный люб­ви к че­ло­ве­ку, ко­то­ро­го он ни­ко­гда не ви­дел, чув­ствуя, что его жизнь пе­ре­хо­дит во власть несу­ще­ству­ю­щей люб­ви. Его мама ча­сто по­вто­ря­ла, что каж­дый ре­бе­нок — это транс­план­та­ция серд­ца. Те­перь он по­нял, что она име­ла в виду.

   Да­вид дер­жал руку на жи­во­те сво­ей де­вуш­ки, пре­ис­пол­нен­ный люб­ви к че­ло­ве­ку, ко­то­ро­го он ни­ко­гда не ви­дел, чув­ствуя, что его жизнь пе­ре­хо­дит во власть несу­ще­ству­ю­щей люб­ви. Его мама ча­сто по­вто­ря­ла, что каж­дый ре­бе­нок — это транс­план­та­ция серд­ца. Те­перь он по­нял, что она име­ла в виду.

   — Фредрик Бакман · книга
8. «

   Как сказала однажды Соня, чтобы понять таких мужиков Уве и Руне, прежде всего необходимо понять, что они родились не в свое время. Такие немногого просят от жизни – лишь самых простых вещей, считала Соня. Чтоб крыша над головой, да тихая улочка, да машина одной-единственной марки, да жена-лапушка, одна-единственная на всю жизнь. Чтоб работать с пользой. Чтоб дом был, а в доме что-нибудь регулярно ломалось и откручивалось – а ты б ходил с отверткой и прикручивал.

   Как сказала однажды Соня, чтобы понять таких мужиков Уве и Руне, прежде всего необходимо понять, что они родились не в свое время. Такие немногого просят от жизни – лишь самых простых вещей, считала Соня. Чтоб крыша над головой, да тихая улочка, да машина одной-единственной марки, да жена-лапушка, одна-единственная на всю жизнь. Чтоб работать с пользой. Чтоб дом был, а в доме что-нибудь регулярно ломалось и откручивалось – а ты б ходил с отверткой и прикручивал.

   — Фредрик Бакман · книга
9. «

   Стоило вспомнить о нем, и каждая жилка ее тела отзывалась болью. Она не могла разлюбить его, даже после всего, что он сделал, не могла перестать винить себя в том, что произошло. Возможно, с ней было недостаточно весело, возможно, нельзя требовать от человека, чтобы он остался рядом навсегда.

   Стоило вспомнить о нем, и каждая жилка ее тела отзывалась болью. Она не могла разлюбить его, даже после всего, что он сделал, не могла перестать винить себя в том, что произошло. Возможно, с ней было недостаточно весело, возможно, нельзя требовать от человека, чтобы он остался рядом навсегда.

   — Фредрик Бакман · книга
10. «

    Как же лю­бишь че­ло­ве­ка, ко­то­рый спо­со­бен рас­сме­шить тебя в та­кую [тяжёлую] ми­ну­ту!

    Как же лю­бишь че­ло­ве­ка, ко­то­рый спо­со­бен рас­сме­шить тебя в та­кую [тяжёлую] ми­ну­ту!

    — Фредрик Бакман · книга
11. «

    Трудно определить, когда расцветает любовь; однажды проснёшься — а цветок распустился. И то же самое, когда любовь увядает: однажды становится поздно. В этом смысле у любви много общего с балконными растениями.

    Трудно определить, когда расцветает любовь; однажды проснёшься — а цветок распустился. И то же самое, когда любовь увядает: однажды становится поздно. В этом смысле у любви много общего с балконными растениями.

    — Фредрик Бакман · книга
12. «

    Знай его отец, сколько еще таких же мучительных минут проведет его сын в ожидании этой девушки, глаза его вылезли бы из орбит, и он навсегда остался бы лупоглазым. Но сын тогда и сам этого еще не знал.

    Знай его отец, сколько еще таких же мучительных минут проведет его сын в ожидании этой девушки, глаза его вылезли бы из орбит, и он навсегда остался бы лупоглазым. Но сын тогда и сам этого еще не знал.

    — Фредрик Бакман · книга
13. «

    ... мужчины женятся на тех женщинах, которых они не понимают. Чтобы потом всю жизнь их разгадывать.

    ... мужчины женятся на тех женщинах, которых они не понимают. Чтобы потом всю жизнь их разгадывать.

    — Фредрик Бакман · книга
14. «

    ...если мы не будем прощать тех, кого любим, что нам останется? Что есть любовь, если не любить наших любимых, даже когда они этого не заслуживают?

    ...если мы не будем прощать тех, кого любим, что нам останется? Что есть любовь, если не любить наших любимых, даже когда они этого не заслуживают?

    — Фредрик Бакман · книга
15. «

    Для Анны-Лены таким якорем был шкафчик в ванной комнате. Рогер понимал это, поскольку вообще ценил неподвижные объекты в квартире, — такие как несущие стены. То, что нельзя приспособить под себя, — только самому к ним приспособиться. Поэтому при переезде Рогер развинчивал шкафчик в последнюю очередь и собирал его первым делом на новой квартире. Так проявлялась его любовь.

    Для Анны-Лены таким якорем был шкафчик в ванной комнате. Рогер понимал это, поскольку вообще ценил неподвижные объекты в квартире, — такие как несущие стены. То, что нельзя приспособить под себя, — только самому к ним приспособиться. Поэтому при переезде Рогер развинчивал шкафчик в последнюю очередь и собирал его первым делом на новой квартире. Так проявлялась его любовь.

    — Фредрик Бакман · книга
16. «

    И вот наступил понедельник, но Сони уже не было. Уве и сам точно не знал, отчего превратился в сурового молчуна. Оттого ли, что стал больше беседовать сам с собой. Или же мало-помалу выживал из ума. Сам нет-нет и задумывался об этом. Выходило так, что не подпускает он к себе людей из страха, как бы память о дорогом ее голосе не потонула в гомоне их сварливых голосов.

    И вот наступил понедельник, но Сони уже не было. Уве и сам точно не знал, отчего превратился в сурового молчуна. Оттого ли, что стал больше беседовать сам с собой. Или же мало-помалу выживал из ума. Сам нет-нет и задумывался об этом. Выходило так, что не подпускает он к себе людей из страха, как бы память о дорогом ее голосе не потонула в гомоне их сварливых голосов.

    — Фредрик Бакман · книга
17. «

    Она просто смеялась. Джиму так этого не хватало. Не важно, с ним или над ним, — лишь бы она смеялась!

    Она просто смеялась. Джиму так этого не хватало. Не важно, с ним или над ним, — лишь бы она смеялась!

    — Фредрик Бакман · книга
18. «

    Любовь ро­ди­те­ля к ре­бен­ку стран­ная шту­ка. Вся­кая дру­гая лю­бовь — к дру­гим лю­дям — с чего-то на­чи­на­ет­ся. Но это­го че­ло­ве­ка мы лю­би­ли це­лую веч­ность, лю­би­ли еще до того, как он по­явил­ся на свет. Сколь­ко ни го­товь­ся, но пер­вое мгно­ве­ние для всех ма­те­рей и от­цов — все­гда шок: ко­гда вол­на чувств за­хле­сты­ва­ет тебя и зем­ля ухо­дит из-под ног. По­нять это невоз­мож­но, по­то­му что не с чем срав­нить. Все рав­но что пы­тать­ся опи­сать ощу­ще­ние от пес­ка меж­ду паль­ца­ми ног или от сне­жи­нок на язы­ке тому, кто всю жизнь про­жил в тем­ной ком­на­те. Душа пе­ре­во­ра­чи­ва­ет­ся.

    Любовь ро­ди­те­ля к ре­бен­ку стран­ная шту­ка. Вся­кая дру­гая лю­бовь — к дру­гим лю­дям — с чего-то на­чи­на­ет­ся. Но это­го че­ло­ве­ка мы лю­би­ли це­лую веч­ность, лю­би­ли еще до того, как он по­явил­ся на свет. Сколь­ко ни го­товь­ся, но пер­вое мгно­ве­ние для всех ма­те­рей и от­цов — все­гда шок: ко­гда вол­на чувств за­хле­сты­ва­ет тебя и зем­ля ухо­дит из-под ног. По­нять это невоз­мож­но, по­то­му что не с чем срав­нить. Все рав­но что пы­тать­ся опи­сать ощу­ще­ние от пес­ка меж­ду паль­ца­ми ног или от сне­жи­нок на язы­ке тому, кто всю жизнь про­жил в тем­ной ком­на­те. Душа пе­ре­во­ра­чи­ва­ет­ся.

    — Фредрик Бакман · книга
19. «

    — Ты настоящий профи, сынок, — скажет отец, глядя в пол. Он хотел бы прибавить: «И ты золотой человек», но не смог. — А вот ты, папа, не всегда профи, — улыбнется Джек, глядя на небо. Он хотел бы прибавить: «Но всему остальному я научился у тебя», но не смог.

    — Ты настоящий профи, сынок, — скажет отец, глядя в пол. Он хотел бы прибавить: «И ты золотой человек», но не смог. — А вот ты, папа, не всегда профи, — улыбнется Джек, глядя на небо. Он хотел бы прибавить: «Но всему остальному я научился у тебя», но не смог.

    — Фредрик Бакман · книга
20. «

    Мартышка и Лягушка. Я стараюсь быть хорошим папой. Изо всех сил. Но когда вы садитесь в машину и спрашиваете: «Чем это тут пахнет? Ты что, ел конфеты?» — мне приходится врать. Sorry.

    Мартышка и Лягушка. Я стараюсь быть хорошим папой. Изо всех сил. Но когда вы садитесь в машину и спрашиваете: «Чем это тут пахнет? Ты что, ел конфеты?» — мне приходится врать. Sorry.

    — Фредрик Бакман · книга