16 цитат Фредрика Бакман: цитаты про жизня о смысле жизни

Подборка из 16 цитат Фредрика Бакман: цитаты про жизня: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Можно тратить время на то, чтобы умирать, а можно — на то, чтобы жить.

   Можно тратить время на то, чтобы умирать, а можно — на то, чтобы жить.

   — Фредрик Бакман · книга
2. «

   У худ­ших со­бы­тий в на­шей жиз­ни есть та­кая осо­бен­ность: в па­мя­ти все­гда наи­бо­лее от­чет­ли­во от­пе­ча­ты­ва­ют­ся по­след­ние счаст­ли­вые мо­мен­ты пе­ред тем, как все рух­ну­ло. Се­кун­ды до уда­ра, мо­ро­же­ное на за­прав­ке пе­ред ав­то­ка­та­стро­фой, по­след­ние ку­па­ние на море пе­ред тем, как ты вер­нул­ся до­мой и узнал о смер­тель­ном ди­а­гно­зе. Наше со­зна­ние то и дело воз­вра­ща­ет нас в те счаст­ли­вые ми­ну­ты, ночь за но­чью, спра­ши­вая: «Мог ли я что-ни­будь из­ме­нить? Как я мог ра­до­вать­ся в та­кой мо­мент? Мог ли я предот­вра­тить то, что про­изой­дет, если бы знал за­ра­нее?»

   У худ­ших со­бы­тий в на­шей жиз­ни есть та­кая осо­бен­ность: в па­мя­ти все­гда наи­бо­лее от­чет­ли­во от­пе­ча­ты­ва­ют­ся по­след­ние счаст­ли­вые мо­мен­ты пе­ред тем, как все рух­ну­ло. Се­кун­ды до уда­ра, мо­ро­же­ное на за­прав­ке пе­ред ав­то­ка­та­стро­фой, по­след­ние ку­па­ние на море пе­ред тем, как ты вер­нул­ся до­мой и узнал о смер­тель­ном ди­а­гно­зе. Наше со­зна­ние то и дело воз­вра­ща­ет нас в те счаст­ли­вые ми­ну­ты, ночь за но­чью, спра­ши­вая: «Мог ли я что-ни­будь из­ме­нить? Как я мог ра­до­вать­ся в та­кой мо­мент? Мог ли я предот­вра­тить то, что про­изой­дет, если бы знал за­ра­нее?»

   — Фредрик Бакман · книга
3. «

   Иногда приходится жить хоть чем-то, просто чтобы выжить.

   Иногда приходится жить хоть чем-то, просто чтобы выжить.

   — Фредрик Бакман · книга
4. «

   Гово­рят, дети жи­вут не так, как ро­ди­те­ли их учат, а так, как ро­ди­те­ли жи­вут. Воз­мож­но, это прав­да. Но в ос­нов­ном дети все-таки жи­вут так, как их учат.

   Гово­рят, дети жи­вут не так, как ро­ди­те­ли их учат, а так, как ро­ди­те­ли жи­вут. Воз­мож­но, это прав­да. Но в ос­нов­ном дети все-таки жи­вут так, как их учат.

   — Фредрик Бакман · книга
5. «

   Хок­кей — са­мая слож­ная и са­мая про­стая шту­ка на све­те. На­учить­ся хок­кею мож­но за одну се­кун­ду, но на осталь­ное уйдет це­лая жизнь.

   Хок­кей — са­мая слож­ная и са­мая про­стая шту­ка на све­те. На­учить­ся хок­кею мож­но за одну се­кун­ду, но на осталь­ное уйдет це­лая жизнь.

   — Фредрик Бакман · книга
6. «

   От своего города не уйти никуда. Но и назад не вернуться. Потому что он больше не твой.

   От своего города не уйти никуда. Но и назад не вернуться. Потому что он больше не твой.

   — Фредрик Бакман · книга
7. «

   Так бывает, что, оказавшись в водовороте жизни, забываешь, как все начиналось, а когда рождается ребенок, вдруг кажется невозможным представить, что ты когда-то любил кого-то еще.

   Так бывает, что, оказавшись в водовороте жизни, забываешь, как все начиналось, а когда рождается ребенок, вдруг кажется невозможным представить, что ты когда-то любил кого-то еще.

   — Фредрик Бакман · книга
8. «

   Я каждый раз думала, что в следующем году будет его очередь. Но время идет быстрее, чем нам кажется, годы пролетели, как один день. Иногда я думаю, что, когда люди живут вместе очень долго и заводят детей, ты живешь, как белка на дереве. Вверх-вниз, вверх-вниз, пытаешься все успеть, быть на высоте; и все так, все время взбираются по дереву туда-сюда, едва успевая посмотреть друг на друга. Пока ты молод, ты этого не понимаешь, но когда появляются дети, все меняется: иногда кажется, что ты почти не встречаешь того мужчину, за которого вышла замуж. Вы прежде всего родители и товарищи по команде, а все остальное потом. Ты… карабкаешься по дереву… а друг с другом вы только видитесь по пути. Я всегда думала, что так и надо, это и есть жизнь. Я думала, что главное – все успевать. А самое важное – это то, что мы карабкаемся по одному дереву, потому что… рано или поздно мы… это звучит немного высокопарно… мы оба заберемся высоко и окажемся на одной ветке… И тогда мы возьмемся за руки и станем любоваться окрестностями. Вот так я представляла себе нашу старость. Но все произошло скорее, чем я ожидала. Его очередь так и не пришла.

   Я каждый раз думала, что в следующем году будет его очередь. Но время идет быстрее, чем нам кажется, годы пролетели, как один день. Иногда я думаю, что, когда люди живут вместе очень долго и заводят детей, ты живешь, как белка на дереве. Вверх-вниз, вверх-вниз, пытаешься все успеть, быть на высоте; и все так, все время взбираются по дереву туда-сюда, едва успевая посмотреть друг на друга. Пока ты молод, ты этого не понимаешь, но когда появляются дети, все меняется: иногда кажется, что ты почти не встречаешь того мужчину, за которого вышла замуж. Вы прежде всего родители и товарищи по команде, а все остальное потом. Ты… карабкаешься по дереву… а друг с другом вы только видитесь по пути. Я всегда думала, что так и надо, это и есть жизнь. Я думала, что главное – все успевать. А самое важное – это то, что мы карабкаемся по одному дереву, потому что… рано или поздно мы… это звучит немного высокопарно… мы оба заберемся высоко и окажемся на одной ветке… И тогда мы возьмемся за руки и станем любоваться окрестностями. Вот так я представляла себе нашу старость. Но все произошло скорее, чем я ожидала. Его очередь так и не пришла.

   — Фредрик Бакман · книга
9. «

   Мгновенья — вот всё, что у нас есть.

   Мгновенья — вот всё, что у нас есть.

   — Фредрик Бакман · книга
10. «

    Жизнь должна идти как обычно. Как обычно — значит прилично: на кухне порядок, на балконе прибрано, дети обихожены. Потому что на самом деле это хлопотней, чем может показаться.

    Жизнь должна идти как обычно. Как обычно — значит прилично: на кухне порядок, на балконе прибрано, дети обихожены. Потому что на самом деле это хлопотней, чем может показаться.

    — Фредрик Бакман · книга
11. «

    <...> когда ты взрослый, о тебе некому позаботиться, надо справляться самому, самому разбираться с этим миром. Работать и оплачивать счета, пользоваться зубной нитью и вовремя приходить на встречи, стоять в очередях и заполнять бланки, вставлять вилки в розетки и собирать мебель, менять летнюю резину и вовремя заряжать телефон, выключать кофеварку и записывать детей на занятия в бассейн. Утром, едва мы открываем глаза, жизнь уже стоит наготове, чтобы обрушить на нас очередную лавину «надо сделать!» и «не забудь!». Мы не успеваем подумать, вздохнуть, как просыпаемся и сразу пытаемся прорваться сквозь эту кучу дел, потому что завтра на нас свалится новая. Иногда мы останавливаемся и оглядываемся вокруг – на рабочем месте, во время родительского собрания или просто на улице – и с ужасом понимаем, что все остальные точно знают, чем они занимаются. И только нам все время приходится притворяться. У остальных на все хватает денег, у них все под контролем и на все остаются силы. Дети у остальных давно научились плавать.

    <...> когда ты взрослый, о тебе некому позаботиться, надо справляться самому, самому разбираться с этим миром. Работать и оплачивать счета, пользоваться зубной нитью и вовремя приходить на встречи, стоять в очередях и заполнять бланки, вставлять вилки в розетки и собирать мебель, менять летнюю резину и вовремя заряжать телефон, выключать кофеварку и записывать детей на занятия в бассейн. Утром, едва мы открываем глаза, жизнь уже стоит наготове, чтобы обрушить на нас очередную лавину «надо сделать!» и «не забудь!». Мы не успеваем подумать, вздохнуть, как просыпаемся и сразу пытаемся прорваться сквозь эту кучу дел, потому что завтра на нас свалится новая. Иногда мы останавливаемся и оглядываемся вокруг – на рабочем месте, во время родительского собрания или просто на улице – и с ужасом понимаем, что все остальные точно знают, чем они занимаются. И только нам все время приходится притворяться. У остальных на все хватает денег, у них все под контролем и на все остаются силы. Дети у остальных давно научились плавать.

    — Фредрик Бакман · книга
12. «

    Мно­гое в этой жиз­ни при­чи­ня­ет нам боль — по­че­му, мы и сами не зна­ем. Воз­мож­но, страх — наша внут­рен­няя сила тя­же­сти: под его дей­стви­ем душа сжи­ма­ет­ся.

    Мно­гое в этой жиз­ни при­чи­ня­ет нам боль — по­че­му, мы и сами не зна­ем. Воз­мож­но, страх — наша внут­рен­няя сила тя­же­сти: под его дей­стви­ем душа сжи­ма­ет­ся.

    — Фредрик Бакман · книга
13. «

    Нынче все подались в программисты, да в айтишники, да в местные начальники – ходят по порноклубам и сдают квартиры нелегальным путем. Офшоры да инвестпортфели. А работать ни-ни. Страна, где всем только бы обедать с утра до вечера.

    Нынче все подались в программисты, да в айтишники, да в местные начальники – ходят по порноклубам и сдают квартиры нелегальным путем. Офшоры да инвестпортфели. А работать ни-ни. Страна, где всем только бы обедать с утра до вечера.

    — Фредрик Бакман · книга
14. «

    Больнее всего падать с иерархической лестницы.

    Больнее всего падать с иерархической лестницы.

    — Фредрик Бакман · книга
15. «

    Некоторым девочкам не приходится выбирать, хотят они взрослеть или нет. Их заставляют.

    Некоторым девочкам не приходится выбирать, хотят они взрослеть или нет. Их заставляют.

    — Фредрик Бакман · книга
16. «

    Хоккей не может изменить жизнь человека. Может лишь предложить другую жизнь. Выход наверх.

    Хоккей не может изменить жизнь человека. Может лишь предложить другую жизнь. Выход наверх.

    — Фредрик Бакман · книга