11 цитат Фрэнсиса Скотта Фицджеральд: красивые цитаты, которые цепляют

Ниже 11 цитат Фрэнсиса Скотта Фицджеральд: красивые цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   ... Он смотрел на неё особенным взглядом — всякая девушка мечтает, что когда-нибудь на нее будут так смотреть.

   ... Он смотрел на неё особенным взглядом — всякая девушка мечтает, что когда-нибудь на нее будут так смотреть.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
2. «

   Глаза большие, яркие, ясные, влажно сияли, румянец был природный — это под самой кожей пульсировала кровь, нагнетаемая ударами молодого, крепкого сердца. Вся она трепетала, казалось, на последней грани детства: без малого восемнадцать — уже почти расцвела, но еще в утренней росе.

   Глаза большие, яркие, ясные, влажно сияли, румянец был природный — это под самой кожей пульсировала кровь, нагнетаемая ударами молодого, крепкого сердца. Вся она трепетала, казалось, на последней грани детства: без малого восемнадцать — уже почти расцвела, но еще в утренней росе.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
3. «

   Возможно, загадочность и есть тот тайный омут, что мерцает в самых глубинах каждой женской души.

   Возможно, загадочность и есть тот тайный омут, что мерцает в самых глубинах каждой женской души.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
4. «

   Звук ее голоса в телефонной трубке нес с собой прохладу и свежесть, как будто в окно конторы влетел вдруг кусок дерна с поля для игры в гольф.

   Звук ее голоса в телефонной трубке нес с собой прохладу и свежесть, как будто в окно конторы влетел вдруг кусок дерна с поля для игры в гольф.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
5. «

   Помните, как я ждала вас тогда в парке — всю себя держала в руках, как охапку цветов, готовая поднести эту охапку вам. По крайней мере, для меня самой это было так.

   Помните, как я ждала вас тогда в парке — всю себя держала в руках, как охапку цветов, готовая поднести эту охапку вам. По крайней мере, для меня самой это было так.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
6. «

   Своим расположением на отшибе, своей хмурой тишиной аэропорты сродни, по-моему, одним лишь почтовым станциям эпохи дилижансов. Краснокирпичные наши вокзалы строились потом прямо в городах и городках, и сходили с поездов там только жители тех захолустий. Аэропорты же – словно древние оазисы, стоянки на великих караванных путях.

   Своим расположением на отшибе, своей хмурой тишиной аэропорты сродни, по-моему, одним лишь почтовым станциям эпохи дилижансов. Краснокирпичные наши вокзалы строились потом прямо в городах и городках, и сходили с поездов там только жители тех захолустий. Аэропорты же – словно древние оазисы, стоянки на великих караванных путях.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
7. «

   Это было в самом конце той эпохи, когда великий садовник срезал с куста все мелкие неудавшиеся розы, что бы вывести один безупречный цветок.

   Это было в самом конце той эпохи, когда великий садовник срезал с куста все мелкие неудавшиеся розы, что бы вывести один безупречный цветок.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
8. «

   Долгие годы он маячил где-то на заднем плане семейной жизни, безвольный человек с лицом, наполовину скрытым прямыми шелковистыми волосами, вечно поглощённый «заботами» о жене, вечно снадаемый сознанием, что он ее не понимает и не в силах понять.

   Долгие годы он маячил где-то на заднем плане семейной жизни, безвольный человек с лицом, наполовину скрытым прямыми шелковистыми волосами, вечно поглощённый «заботами» о жене, вечно снадаемый сознанием, что он ее не понимает и не в силах понять.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
9. «

   На ней был костюм для игры в гольф, и, помню, она показалась мне похожей на картинку из спортивного журнала — задорно приподнятый подбородок, волосы цвета осенней листвы, загар на лице того же кофейного оттенка, что спортивные перчатки, лежавшие у нее на коленях.

   На ней был костюм для игры в гольф, и, помню, она показалась мне похожей на картинку из спортивного журнала — задорно приподнятый подбородок, волосы цвета осенней листвы, загар на лице того же кофейного оттенка, что спортивные перчатки, лежавшие у нее на коленях.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
10. «

    Она опять засмеялась, словно сказала что-то в высшей степени остроумное, и на миг удержала мою руку, заглядывая мне в глаза с таким видом, будто у нее никогда не было более горячего желания, чем меня увидеть. Она умела так смотреть.

    Она опять засмеялась, словно сказала что-то в высшей степени остроумное, и на миг удержала мою руку, заглядывая мне в глаза с таким видом, будто у нее никогда не было более горячего желания, чем меня увидеть. Она умела так смотреть.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
11. «

    Было весело сорить деньгами в залитом солнцем чужом городе, чувствовать свое здоровое тело, посылавшее здоровый румянец к щекам, ходить, поворачиваться, наклоняться, протягивать к чему-то руки с уверенностью женщин, сознающих свою привлекательность для мужчин.

    Было весело сорить деньгами в залитом солнцем чужом городе, чувствовать свое здоровое тело, посылавшее здоровый румянец к щекам, ходить, поворачиваться, наклоняться, протягивать к чему-то руки с уверенностью женщин, сознающих свою привлекательность для мужчин.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга