28 цитат Фёдора Достоевский: жизненные цитаты, которые цепляют

Подборка из 28 цитат Фёдора Достоевский: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Самовар — есть самая необходимая русская вещь. Именно во всех катастрофах и несчастьях, особенно ужасных, внезапных и эксцентрических.

   Самовар — есть самая необходимая русская вещь. Именно во всех катастрофах и несчастьях, особенно ужасных, внезапных и эксцентрических.

   — Фёдор Достоевский
2. «

   Вообще в каждом несчастии ближнего есть всегда нечто веселящее посторонний глаз — и даже кто бы вы ни были.

   Вообще в каждом несчастии ближнего есть всегда нечто веселящее посторонний глаз — и даже кто бы вы ни были.

   — Фёдор Достоевский · книга
3. «

   Тайное сознание могущества нестерпимо приятнее явного господства.

   Тайное сознание могущества нестерпимо приятнее явного господства.

   — Фёдор Достоевский · книга
4. «

   Счастье не в одних только наслаждениях любви, а в высшей гармонии духа.

   Счастье не в одних только наслаждениях любви, а в высшей гармонии духа.

   — Фёдор Достоевский
5. «

   Надо быть слишком подло влюбленным в себя, чтобы писать без стыда о самом себе.

   Надо быть слишком подло влюбленным в себя, чтобы писать без стыда о самом себе.

   — Фёдор Достоевский · книга
6. «

   Ограниченному обыкновенному человеку нет, например, ничего легче, как вообразить себя человеком необыкновенным и оригинальным и усладиться тем без всяких колебаний.

   Ограниченному обыкновенному человеку нет, например, ничего легче, как вообразить себя человеком необыкновенным и оригинальным и усладиться тем без всяких колебаний.

   — Фёдор Достоевский · книга
7. «

   Сами себе горести создаем, да ещё жалуемся...

   Сами себе горести создаем, да ещё жалуемся...

   — Фёдор Достоевский · книга
8. «

   И вот какие-то подлые, мелкие случаи и взбесят всегда человека, и робость на него наведут, и всю решимость, которую заранее обдумал, уничтожат.

   И вот какие-то подлые, мелкие случаи и взбесят всегда человека, и робость на него наведут, и всю решимость, которую заранее обдумал, уничтожат.

   — Фёдор Достоевский · книга
9. «

   Есть минуты, когда люди любят преступление.

   Есть минуты, когда люди любят преступление.

   — Фёдор Достоевский · книга
10. «

    Умный «обыкновенный» человек, даже если б и воображал себя мимоходом (а пожалуй, и всю свою жизнь) человеком гениальным и оригинальнейшим, тем не менее сохраняет в сердце своем червячка сомнения, который доводит до того, что умный человек кончает иногда совершенным отчаянием; если же и покоряется, то уже совершенно отравившись вогнанным внутри тщеславием.

    Умный «обыкновенный» человек, даже если б и воображал себя мимоходом (а пожалуй, и всю свою жизнь) человеком гениальным и оригинальнейшим, тем не менее сохраняет в сердце своем червячка сомнения, который доводит до того, что умный человек кончает иногда совершенным отчаянием; если же и покоряется, то уже совершенно отравившись вогнанным внутри тщеславием.

    — Фёдор Достоевский · книга
11. «

    Чтобы беспристрастно судить о некоторых людях, нужно заранее отказаться от иных предвзятых взглядов и от обыденной привычки к обыкновенно окружающим нас людям и предметам.

    Чтобы беспристрастно судить о некоторых людях, нужно заранее отказаться от иных предвзятых взглядов и от обыденной привычки к обыкновенно окружающим нас людям и предметам.

    — Фёдор Достоевский · книга
12. «

    Знаете ли, до какой степени одурманения может иногда полюбить женщина?

    Знаете ли, до какой степени одурманения может иногда полюбить женщина?

    — Фёдор Достоевский · книга
13. «

    Нельзя версты пройти, так пройди только сто шагов, все же лучше, все ближе к цели, если к цели идешь.

    Нельзя версты пройти, так пройди только сто шагов, все же лучше, все ближе к цели, если к цели идешь.

    — Фёдор Достоевский · книга
14. «

    А знаете, чего вы боитесь больше всего? Вы искренности нашей боитесь больше всего, хоть и презираете нас!

    А знаете, чего вы боитесь больше всего? Вы искренности нашей боитесь больше всего, хоть и презираете нас!

    — Фёдор Достоевский · книга
15. «

    Порядочный человек обязан скучать.

    Порядочный человек обязан скучать.

    — Фёдор Достоевский · книга
16. «

    Ревность — страсть непростительная, мало того: даже — несчастие!

    Ревность — страсть непростительная, мало того: даже — несчастие!

    — Фёдор Достоевский · книга
17. «

    А женщина любящая, о, женщина любящая — даже пороки, даже злодейства любимого существа обоготворит! Он сам не подыщет своим злодействам таких оправданий, какие она ему найдет. Это великодушно, но не оригинально.

    А женщина любящая, о, женщина любящая — даже пороки, даже злодейства любимого существа обоготворит! Он сам не подыщет своим злодействам таких оправданий, какие она ему найдет. Это великодушно, но не оригинально.

    — Фёдор Достоевский · книга
18. «

    Меня именно бесит, что меня, как дурака, как самого низкого подлеца, все считают способным иметь такие низкие, такие слабые чувства… думают, что я с ума схожу от горя… Вздор! Я отбросил, я забыл старые чувства! Для меня нет воспоминаний… да! да! да! и да!

    Меня именно бесит, что меня, как дурака, как самого низкого подлеца, все считают способным иметь такие низкие, такие слабые чувства… думают, что я с ума схожу от горя… Вздор! Я отбросил, я забыл старые чувства! Для меня нет воспоминаний… да! да! да! и да!

    — Фёдор Достоевский · книга
19. «

    А знаешь ли...что низкие потолки и тесные комнаты душу и ум теснят.

    А знаешь ли...что низкие потолки и тесные комнаты душу и ум теснят.

    — Фёдор Достоевский · книга
20. «

    Всяк об себе сам промышляет и всех веселей тот и живёт, кто всех лучше себя сумеет надуть.

    Всяк об себе сам промышляет и всех веселей тот и живёт, кто всех лучше себя сумеет надуть.

    — Фёдор Достоевский · книга