Фёдор Иванович Тютчев: 20 фраз, которые разошлись на цитаты

Фёдор Иванович Тютчев — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 20 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Давно ль, гордясь своей победой, Ты говорил: она моя... Год не прошёл — спроси и сведай, Что уцелело от нея?

   Давно ль, гордясь своей победой, Ты говорил: она моя... Год не прошёл — спроси и сведай, Что уцелело от нея?
2. «

   Не всё душе болезненное снится: Пришла весна — и небо прояснится.

   Не всё душе болезненное снится: Пришла весна — и небо прояснится.
3. «

   Любовь, любовь — гласит преданье - Союз души с душой родной - Их съединенье, сочетанье, И роковое их слиянье, И... поединок роковой... И чем одно из них нежнее В борьбе неравной двух сердец, Тем неизбежней и вернее, Любя, страдая, грустно млея, Оно изноет наконец...

   Любовь, любовь — гласит преданье - Союз души с душой родной - Их съединенье, сочетанье, И роковое их слиянье, И... поединок роковой... И чем одно из них нежнее В борьбе неравной двух сердец, Тем неизбежней и вернее, Любя, страдая, грустно млея, Оно изноет наконец...
4. «

   Письменная беседа утомляет почти так же, как партия в шахматы по переписке.

   Письменная беседа утомляет почти так же, как партия в шахматы по переписке.
5. «

   Из переполненной господним гневом чаши Кровь льется через край, и Запад тонет в ней. Кровь хлынет и на вас, друзья и братья наши! - Славянский мир, сомкнись тесней...

   Из переполненной господним гневом чаши Кровь льется через край, и Запад тонет в ней. Кровь хлынет и на вас, друзья и братья наши! - Славянский мир, сомкнись тесней...
6. «

   Над этой тёмною толпой Непробужденного народа Взойдёшь ли ты когда, Свобода, Блеснёт ли луч твой золотой?..

   Над этой тёмною толпой Непробужденного народа Взойдёшь ли ты когда, Свобода, Блеснёт ли луч твой золотой?..
7. «

   Давно уже можно было предугадать, что эта бешеная ненависть, которая с каждым годом всё сильнее и сильнее разжигалась на Западе против России, сорвётся когда-нибудь с цепи. Этот миг и настал... Это весь Запад пришёл высказать своё отрицание России и преградить ей путь в будущее. России просто-напросто предложено самоубийство, отречение от самой основы своего бытия, торжественное признание, что она не что иное в мире, как дикое и безобразное явление, как зло, требующее исправления.

   Давно уже можно было предугадать, что эта бешеная ненависть, которая с каждым годом всё сильнее и сильнее разжигалась на Западе против России, сорвётся когда-нибудь с цепи. Этот миг и настал... Это весь Запад пришёл высказать своё отрицание России и преградить ей путь в будущее. России просто-напросто предложено самоубийство, отречение от самой основы своего бытия, торжественное признание, что она не что иное в мире, как дикое и безобразное явление, как зло, требующее исправления.
8. «

   Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить: У ней особенная стать — В Россию можно только верить.

   Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить: У ней особенная стать — В Россию можно только верить.
9. «

   Не то, что мните вы, природа: Не слепок, не бездушный лик — В ней есть душа, в ней есть свобода, В ней есть Любовь, в ней есть язык.

   Не то, что мните вы, природа: Не слепок, не бездушный лик — В ней есть душа, в ней есть свобода, В ней есть Любовь, в ней есть язык.
10. «

    Я встретил вас — и все былое В отжившем сердце ожило; Я вспомнил время золотое - И сердцу стало так тепло... <...> Тут не одно воспоминанье, Тут жизнь заговорила вновь, - И то же в вас очарованье, И та ж в душе моей любовь!..

    Я встретил вас — и все былое В отжившем сердце ожило; Я вспомнил время золотое - И сердцу стало так тепло... <...> Тут не одно воспоминанье, Тут жизнь заговорила вновь, - И то же в вас очарованье, И та ж в душе моей любовь!..
11. «

    Так грустно тлится жизнь моя И с каждым днём уходит дымом; Так постепенно гасну я В однообразье нестерпимом!..

    Так грустно тлится жизнь моя И с каждым днём уходит дымом; Так постепенно гасну я В однообразье нестерпимом!..
12. «

    Русская История до Петра Великого — одна панихида, а после Петра Великого — одно уголовное дело.

    Русская История до Петра Великого — одна панихида, а после Петра Великого — одно уголовное дело.
13. «

    Лишь жить в себе самом умей — Есть целый мир в душе твоей Таинственно-волшебных дум; Их оглушит наружный шум, Дневные разгонят лучи, — Внимай их пенью и молчи!..

    Лишь жить в себе самом умей — Есть целый мир в душе твоей Таинственно-волшебных дум; Их оглушит наружный шум, Дневные разгонят лучи, — Внимай их пенью и молчи!..
14. «

    Радость и горе в живом упоеньи, Думы и сердце в вечном волненьи, В небе ликуя, томясь на земли, Страстно ликующей, Страстно тоскующей, Жизни блаженство в одной лишь любви.

    Радость и горе в живом упоеньи, Думы и сердце в вечном волненьи, В небе ликуя, томясь на земли, Страстно ликующей, Страстно тоскующей, Жизни блаженство в одной лишь любви.
15. «

    О, как убийственно мы любим, Как в буйной слепоте страстей Мы то всего вернее губим, Что сердцу нашему милей!

    О, как убийственно мы любим, Как в буйной слепоте страстей Мы то всего вернее губим, Что сердцу нашему милей!
16. «

    Всякое ослабление умственной жизни в обществе неизбежно влечет за собой усиление материальных наклонностей и гнусно-эгоистических инстинктов.

    Всякое ослабление умственной жизни в обществе неизбежно влечет за собой усиление материальных наклонностей и гнусно-эгоистических инстинктов.
17. «

    У меня не тоска по родине, а тоска по чужбине.

    У меня не тоска по родине, а тоска по чужбине.
18. «

    Он не змиею сердце жалит, но как пчела его сосёт.

    Он не змиею сердце жалит, но как пчела его сосёт.
19. «

    Она сидела на полу И груды писем разбирала, И, как остывшую золу, Брала их в руки и бросала.

    Она сидела на полу И груды писем разбирала, И, как остывшую золу, Брала их в руки и бросала.
20. «

    Святая ночь на небосклон взошла, И день отрадный, день любезный, Как золотой покров, она свила, Покров, накинутый над бездной. И, как виденье, внешний мир ушел... И человек, как сирота бездомный, Стоит теперь и немощен и гол, Лицом к лицу пред пропастию темной.

    Святая ночь на небосклон взошла, И день отрадный, день любезный, Как золотой покров, она свила, Покров, накинутый над бездной. И, как виденье, внешний мир ушел... И человек, как сирота бездомный, Стоит теперь и немощен и гол, Лицом к лицу пред пропастию темной.