Подборка: 214 цитат Габриэля Гарсиы Маркеса

Ниже 214 цитат Габриэля Гарсиы Маркеса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Никогда не бывает слишком поздно.

   Никогда не бывает слишком поздно.

   — Полковнику никто не пишет · книга
2. «

   Нас окружают необыкновенные, фантастические вещи, а писатели упорно рассказывают нам о маловажных, повседневных событиях.

   Нас окружают необыкновенные, фантастические вещи, а писатели упорно рассказывают нам о маловажных, повседневных событиях.
3. «

   Она тогда думала, что любовь убивает любовь, что в природе людей отказываться от еды, утолив голод.

   Она тогда думала, что любовь убивает любовь, что в природе людей отказываться от еды, утолив голод.

   — Сто лет одиночества · книга
4. «

   Писательство — это призвание, от которого не уйти, и тот, у кого оно есть, должен писать, потому что только так он сможет одолеть головную боль и скверное пищеварение.

   Писательство — это призвание, от которого не уйти, и тот, у кого оно есть, должен писать, потому что только так он сможет одолеть головную боль и скверное пищеварение.
5. «

   Я не верю в Бога, но я его боюсь.

   Я не верю в Бога, но я его боюсь.

   — Флорентино Ариза · книга
6. «

   Она переносила несчастье с неодолимой улыбкой, которой научилась у своего супруга, – улыбайся, не доставляй беде удовольствия.

   Она переносила несчастье с неодолимой улыбкой, которой научилась у своего супруга, – улыбайся, не доставляй беде удовольствия.

   — Любовь во время чумы · книга
7. «

   …Он правил так, словно был уверен, что не умрет никогда, и президентский дворец со всеми его дворами и службами был скорее похож на рынок, нежели на дворец

   …Он правил так, словно был уверен, что не умрет никогда, и президентский дворец со всеми его дворами и службами был скорее похож на рынок, нежели на дворец

   — Осень патриарха · книга
8. «

   – Самолет – прекрасная вещь, – говорил полковник, не отрывая глаз от почтового мешка. – Я слыхал, он может долететь до Европы за одну ночь. – Может, – сказал врач, обмахиваясь журналом. Полковник заметил почтового инспектора среди людей, ожидавших, пока катер причалит, чтобы впрыгнуть на него. Инспектор прыгнул первым. Взял у капитана запечатанный конверт. Потом поднялся на палубу. Почтовый мешок был привязан между двух бочек с нефтью. – Хотя летать на самолетах опасно, – сказал полковник. Он было потерял из виду почтового инспектора, но скоро снова обнаружил его у тележки торговца, уставленной яркими бутылками с прохладительными напитками. – Человечество должно расплачиваться за прогресс.

   – Самолет – прекрасная вещь, – говорил полковник, не отрывая глаз от почтового мешка. – Я слыхал, он может долететь до Европы за одну ночь. – Может, – сказал врач, обмахиваясь журналом. Полковник заметил почтового инспектора среди людей, ожидавших, пока катер причалит, чтобы впрыгнуть на него. Инспектор прыгнул первым. Взял у капитана запечатанный конверт. Потом поднялся на палубу. Почтовый мешок был привязан между двух бочек с нефтью. – Хотя летать на самолетах опасно, – сказал полковник. Он было потерял из виду почтового инспектора, но скоро снова обнаружил его у тележки торговца, уставленной яркими бутылками с прохладительными напитками. – Человечество должно расплачиваться за прогресс.

   — Полковник · книга
9. «

   Когда молодой начальник стражи объяснился ей в любви, она отвергла его просто потому, что ее удивила его наглость. — Бессовестный, — сказала она Амаранте. — Говорит, из-за меня умирает, будто по моей вине у него понос. Когда же он действительно скончался у нее под окном, Ремедиос Прекрасная утвердилась в своем изначальном мнении. — Вот видите, — сказала она. — Совсем совесть потерял. Нашел место.

   Когда молодой начальник стражи объяснился ей в любви, она отвергла его просто потому, что ее удивила его наглость. — Бессовестный, — сказала она Амаранте. — Говорит, из-за меня умирает, будто по моей вине у него понос. Когда же он действительно скончался у нее под окном, Ремедиос Прекрасная утвердилась в своем изначальном мнении. — Вот видите, — сказала она. — Совсем совесть потерял. Нашел место.

   — Ремедиос Прекрасная · книга
10. «

    Моя мама говорит, что те, кто умрет в пустыне, попадут в море, а не на небо

    Моя мама говорит, что те, кто умрет в пустыне, попадут в море, а не на небо

    — Улисс · книга
11. «

    В больницах ни одна тайна не держится дольше часа.

    В больницах ни одна тайна не держится дольше часа.

    — Двенадцать рассказов-странников · книга
12. «

    Мне повезло, что я прожил достаточно долго, и мои седые волосы и юношеский смех навсегда остались на моем лице. Многие никогда не смеялись, многие умерли, прежде чем их волосы посеребрились. Когда вы становитесь старше, вам легче быть позитивным. Тебя волнует меньше то, что о тебе думают другие. Я больше не сомневаюсь в себе. Я заслужил право ошибаться. Итак, отвечая на ваш вопрос, нравится ли мне быть старым, я отвечу: — Мне нравится человек, которым я стал. Я не буду жить вечно, но пока я все еще здесь, я не буду тратить время на то, чтобы сожалеть о том, что могло быть, или беспокоиться о том, что будет. И если захочу, то каждый день буду есть десерт. Пусть наша дружба никогда не кончается, ведь она исходит от сердца!

    Мне повезло, что я прожил достаточно долго, и мои седые волосы и юношеский смех навсегда остались на моем лице. Многие никогда не смеялись, многие умерли, прежде чем их волосы посеребрились. Когда вы становитесь старше, вам легче быть позитивным. Тебя волнует меньше то, что о тебе думают другие. Я больше не сомневаюсь в себе. Я заслужил право ошибаться. Итак, отвечая на ваш вопрос, нравится ли мне быть старым, я отвечу: — Мне нравится человек, которым я стал. Я не буду жить вечно, но пока я все еще здесь, я не буду тратить время на то, чтобы сожалеть о том, что могло быть, или беспокоиться о том, что будет. И если захочу, то каждый день буду есть десерт. Пусть наша дружба никогда не кончается, ведь она исходит от сердца!
13. «

    ... одиночество рассортировало воспоминания, испепелило непролазные груды ностальгического мусора, которые жизнь накопила в моем сердце...

    ... одиночество рассортировало воспоминания, испепелило непролазные груды ностальгического мусора, которые жизнь накопила в моем сердце...

    — Сто лет одиночества · книга
14. «

    ... человек знает, когда начинает стареть, ибо именно тогда он начинает походить на своего отца.

    ... человек знает, когда начинает стареть, ибо именно тогда он начинает походить на своего отца.

    — Любовь во время чумы · книга
15. «

    Любой мужчина будет счастлив с каждой из них, ибо они выращены для страдания.

    Любой мужчина будет счастлив с каждой из них, ибо они выращены для страдания.

    — Хроника объявленной смерти · книга
16. «

    Я бы никогда не променял своих больших друзей, свою прекрасную жизнь, мою любимую семью на менее седые волосы или более плоский живот. По мере того, как я старел, я стал более дружелюбным и менее критичным к себе. Я стал моим другом... Я не виню себя за то, что съел лишнее печенье, не застелил постель или купил что-то глупое, в котором я не нуждался. У меня есть право на беспорядок и экстравагантность. Я видел, как многие дорогие друзья покинули этот мир слишком рано, прежде, чем осознали великую свободу старения...

    Я бы никогда не променял своих больших друзей, свою прекрасную жизнь, мою любимую семью на менее седые волосы или более плоский живот. По мере того, как я старел, я стал более дружелюбным и менее критичным к себе. Я стал моим другом... Я не виню себя за то, что съел лишнее печенье, не застелил постель или купил что-то глупое, в котором я не нуждался. У меня есть право на беспорядок и экстравагантность. Я видел, как многие дорогие друзья покинули этот мир слишком рано, прежде, чем осознали великую свободу старения...
17. «

    Если во что-то вовлечена женщина, я знаю, что всё будет хорошо. Мне совершенно ясно, что женщины правят миром.

    Если во что-то вовлечена женщина, я знаю, что всё будет хорошо. Мне совершенно ясно, что женщины правят миром.
18. «

    Столько мытариться, — бормочет полковник Аурлиано Буэндиа, — столько мучиться, мать твою, чтобы шесть мудаков тебя продырявили за милую душу.

    Столько мытариться, — бормочет полковник Аурлиано Буэндиа, — столько мучиться, мать твою, чтобы шесть мудаков тебя продырявили за милую душу.

    — полковник Аурелиано Буэндиа · книга
19. «

    — Здесь двадцать девять песо, мы вернём их куму Сабасу, — сказал он. — Остальные уплатим, когда получим пенсию. — А если не получим? — спросила женщина. — Получим. — А если всё-таки не получим? — Тогда, значит, не уплатим.

    — Здесь двадцать девять песо, мы вернём их куму Сабасу, — сказал он. — Остальные уплатим, когда получим пенсию. — А если не получим? — спросила женщина. — Получим. — А если всё-таки не получим? — Тогда, значит, не уплатим.

    — Полковник · книга
20. «

    ... казалось, мир навеки утратил свою радость. В этом царстве сырости и безмолвия, похожем на рай до свершения первородного греха, <...> людей мучили давным-давно уже забытые воспоминания.

    ... казалось, мир навеки утратил свою радость. В этом царстве сырости и безмолвия, похожем на рай до свершения первородного греха, <...> людей мучили давным-давно уже забытые воспоминания.

    — Сто лет одиночества · книга