Габриэль Гарсиа Маркес: 282 высказываний о главном

Ниже 282 цитаты Габриэля Гарсиы Маркеса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Они поняли, что главная, неодолимая страсть человека одерживает верх над смертью, и снова почувствовали себя счастливыми, уверившись, что они будут продолжать любить друг друга и тогда, когда станут призраками.

   Они поняли, что главная, неодолимая страсть человека одерживает верх над смертью, и снова почувствовали себя счастливыми, уверившись, что они будут продолжать любить друг друга и тогда, когда станут призраками.

   — Сто лет одиночества · книга
2. «

   Рок делает нас невидимыми.

   Рок делает нас невидимыми.

   — Хроника объявленной смерти · книга
3. «

   …Он правил так, словно был уверен, что не умрет никогда, и президентский дворец со всеми его дворами и службами был скорее похож на рынок, нежели на дворец

   …Он правил так, словно был уверен, что не умрет никогда, и президентский дворец со всеми его дворами и службами был скорее похож на рынок, нежели на дворец

   — Осень патриарха · книга
4. «

   Это большая удача в жизни — найти такого человека, чтобы было приятно смотреть, интересно слушать, увлеченно рассказывать, не тягостно молчать, искренне смеяться, восторженно вспоминать и с нетерпением ждать следующей встречи.

   Это большая удача в жизни — найти такого человека, чтобы было приятно смотреть, интересно слушать, увлеченно рассказывать, не тягостно молчать, искренне смеяться, восторженно вспоминать и с нетерпением ждать следующей встречи.
5. «

   Так было всегда: запах горького миндаля наводил на мысль о несчастной любви.

   Так было всегда: запах горького миндаля наводил на мысль о несчастной любви.

   — Любовь во время чумы · книга
6. «

   Для хорошего аппетита нет плохой еды.

   Для хорошего аппетита нет плохой еды.

   — Полковник · книга
7. «

   ... она обладала редким даром не существовать до тех пор, пока в ней не появится необходимость.

   ... она обладала редким даром не существовать до тех пор, пока в ней не появится необходимость.

   — Сто лет одиночества · книга
8. «

   — Гадина! — крикнула Урсула. Амаранта, начавшая складывать в сундук одежду, решила, что мать укусил скорпион. — Где он? — испуганно спросила она. — Кто? — Скорпион, — объяснила Амаранта. Урсула ткнула пальцем в сердце. — Здесь, — сказала она.

   — Гадина! — крикнула Урсула. Амаранта, начавшая складывать в сундук одежду, решила, что мать укусил скорпион. — Где он? — испуганно спросила она. — Кто? — Скорпион, — объяснила Амаранта. Урсула ткнула пальцем в сердце. — Здесь, — сказала она.

   — Урсула · книга
9. «

   Скоро мне стукнет сто лет, я видел всякие перемены, даже светила перемещались во Вселенной, и только одного не видел – перемен в этой стране. И конституции новые принимают, и законы всякие, и войны начинаются каждые три месяца, а все равно – живем, как прежде.

   Скоро мне стукнет сто лет, я видел всякие перемены, даже светила перемещались во Вселенной, и только одного не видел – перемен в этой стране. И конституции новые принимают, и законы всякие, и войны начинаются каждые три месяца, а все равно – живем, как прежде.

   — Любовь во время чумы · книга
10. «

    Минута примирения стоит больше закадычной дружбы.

    Минута примирения стоит больше закадычной дружбы.

    — Урсула · книга
11. «

    Единственные Девы, которые остались на свете, это — вы, рожденные в августе под этим знаком.

    Единственные Девы, которые остались на свете, это — вы, рожденные в августе под этим знаком.

    — Вспоминая моих грустных шлюх · книга
12. «

    Унитаз наверняка выдумал человек, не знающий о мужчинах ничего.

    Унитаз наверняка выдумал человек, не знающий о мужчинах ничего.

    — Хувеналь Урбино · книга
13. «

    Она переносила несчастье с неодолимой улыбкой, которой научилась у своего супруга, – улыбайся, не доставляй беде удовольствия.

    Она переносила несчастье с неодолимой улыбкой, которой научилась у своего супруга, – улыбайся, не доставляй беде удовольствия.

    — Любовь во время чумы · книга
14. «

    В его мыслях о близких не было сентиментальности — он сурово подводил итоги своей жизни, начиная понимать, как сильно любил в действительности тех людей, которых больше всего ненавидел.

    В его мыслях о близких не было сентиментальности — он сурово подводил итоги своей жизни, начиная понимать, как сильно любил в действительности тех людей, которых больше всего ненавидел.

    — Сто лет одиночества · книга
15. «

    Он вроде первенца, работаешь на него всю жизнь, всем для него жертвуешь, а потом, в решающий момент, он делает то, что сам пожелает.

    Он вроде первенца, работаешь на него всю жизнь, всем для него жертвуешь, а потом, в решающий момент, он делает то, что сам пожелает.

    — Хувеналь Урбино · книга
16. «

    – Самолет – прекрасная вещь, – говорил полковник, не отрывая глаз от почтового мешка. – Я слыхал, он может долететь до Европы за одну ночь. – Может, – сказал врач, обмахиваясь журналом. Полковник заметил почтового инспектора среди людей, ожидавших, пока катер причалит, чтобы впрыгнуть на него. Инспектор прыгнул первым. Взял у капитана запечатанный конверт. Потом поднялся на палубу. Почтовый мешок был привязан между двух бочек с нефтью. – Хотя летать на самолетах опасно, – сказал полковник. Он было потерял из виду почтового инспектора, но скоро снова обнаружил его у тележки торговца, уставленной яркими бутылками с прохладительными напитками. – Человечество должно расплачиваться за прогресс.

    – Самолет – прекрасная вещь, – говорил полковник, не отрывая глаз от почтового мешка. – Я слыхал, он может долететь до Европы за одну ночь. – Может, – сказал врач, обмахиваясь журналом. Полковник заметил почтового инспектора среди людей, ожидавших, пока катер причалит, чтобы впрыгнуть на него. Инспектор прыгнул первым. Взял у капитана запечатанный конверт. Потом поднялся на палубу. Почтовый мешок был привязан между двух бочек с нефтью. – Хотя летать на самолетах опасно, – сказал полковник. Он было потерял из виду почтового инспектора, но скоро снова обнаружил его у тележки торговца, уставленной яркими бутылками с прохладительными напитками. – Человечество должно расплачиваться за прогресс.

    — Полковник · книга
17. «

    Единственное, чего женщины не прощают, это предательство. Если сразу установить правила игры, какими бы они ни были, женщины обычно их принимают. Но не терпят, когда правила меняются по ходу игры. В таких случаях они становятся безжалостными.

    Единственное, чего женщины не прощают, это предательство. Если сразу установить правила игры, какими бы они ни были, женщины обычно их принимают. Но не терпят, когда правила меняются по ходу игры. В таких случаях они становятся безжалостными.
18. «

    ... любопытство — одна из многочисленных ловушек, которые расставляет любовь.

    ... любопытство — одна из многочисленных ловушек, которые расставляет любовь.

    — Любовь во время чумы · книга
19. «

    …Нет для человека наказания более унизительного и в то же время более справедливого, чем измена собственной сущности, одряхление собственного тела и памяти…

    …Нет для человека наказания более унизительного и в то же время более справедливого, чем измена собственной сущности, одряхление собственного тела и памяти…

    — Осень патриарха · книга
20. «

    Это нормально для вашего возраста, сказал он. — В таком случае, — сказал я ему, — ненормален мой возраст.

    Это нормально для вашего возраста, сказал он. — В таком случае, — сказал я ему, — ненормален мой возраст.

    — Вспоминая моих грустных шлюх · книга