15 сильных цитат Гая Гэвриела Кея

Ниже 15 цитат Гая Гэвриела Кея — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Честность при дворе вещь опасная, для других и для самого себя.

   Честность при дворе вещь опасная, для других и для самого себя.

   — Сарантийская мозаика · книга
2. «

   Его друг ни в чём не виноват, он только показал ему дверь — и к тому же предостерёг, — в которую он сам вошёл, покрытый шрамами от зимней битвы... Вошёл в кажущуюся тёплой, залитую светом каминов и свечей, душистую анфиладу комнат, и вышел оттуда, когда сменилось время года, с ранами, которые оказались намного более глубокими...

   Его друг ни в чём не виноват, он только показал ему дверь — и к тому же предостерёг, — в которую он сам вошёл, покрытый шрамами от зимней битвы... Вошёл в кажущуюся тёплой, залитую светом каминов и свечей, душистую анфиладу комнат, и вышел оттуда, когда сменилось время года, с ранами, которые оказались намного более глубокими...

   — Песнь для Арбонны · книга
3. «

   Бывают моменты, когда утешение можно найти только в женском смехе, в знакомом лице и голосе друга, в передаче друг другу сплетен, даже в чем-то совсем простом — в миске горохового супе, съеденного за столом вместе с другими людьми.

   Бывают моменты, когда утешение можно найти только в женском смехе, в знакомом лице и голосе друга, в передаче друг другу сплетен, даже в чем-то совсем простом — в миске горохового супе, съеденного за столом вместе с другими людьми.

   — Сарантийская мозаика · книга
4. «

   Совершенство...недостижимо для людей. Несовершенство может быть превращено в преимущество. Возможно.

   Совершенство...недостижимо для людей. Несовершенство может быть превращено в преимущество. Возможно.

   — Кай Криспин · книга
5. «

   Невозможно отрицать ту истину, что главные события века происходят, лишь краем задевая течение жизни большинства людей.

   Невозможно отрицать ту истину, что главные события века происходят, лишь краем задевая течение жизни большинства людей.

   — Сарантийская мозаика · книга
6. «

   Он не испытывал и доли той тревоги, которую чувствовали окружающие его люди. Его жизнь была слишком насыщенной, полной волнений, чтобы он сегодня пал духом.

   Он не испытывал и доли той тревоги, которую чувствовали окружающие его люди. Его жизнь была слишком насыщенной, полной волнений, чтобы он сегодня пал духом.

   — Сарантийская мозаика · книга
7. «

   Пертений фактически был человеком, который умел сделаться настолько незаметным, что о его присутствии забывали. А это означало, что он слышали видел то, чего могли не услышать и не увидеть другие.

   Пертений фактически был человеком, который умел сделаться настолько незаметным, что о его присутствии забывали. А это означало, что он слышали видел то, чего могли не услышать и не увидеть другие.

   — Сарантийская мозаика · книга
8. «

   Мужчины рождены для горестей, но женщины знают о них больше.

   Мужчины рождены для горестей, но женщины знают о них больше.

   — Сарантийская мозаика · книга
9. «

   Все при дворе имеют гордость, и все — фигуры в игре. Во многих играх сразу — одни игры связаны с убийством, другие — со страстью, — но лишь одна игра имеет значение в конечном счете, а все другие — лишь часть ее.

   Все при дворе имеют гордость, и все — фигуры в игре. Во многих играх сразу — одни игры связаны с убийством, другие — со страстью, — но лишь одна игра имеет значение в конечном счете, а все другие — лишь часть ее.

   — Стилиана Далейна · книга
10. «

    Удивительно, если задуматься: как наскоро принятые решения становятся твоей жизнью.

    Удивительно, если задуматься: как наскоро принятые решения становятся твоей жизнью.

    — Сарантийская мозаика · книга
11. «

    Прошлое все время проникает в настоящее: все, что он сейчас видел, казалось пронизанным картинами того, что он видел раньше. Слишком много воспоминаний. Он умрет в том завтра, которое поджидает его уже сейчас, и тогда все превратиться во вчера...

    Прошлое все время проникает в настоящее: все, что он сейчас видел, казалось пронизанным картинами того, что он видел раньше. Слишком много воспоминаний. Он умрет в том завтра, которое поджидает его уже сейчас, и тогда все превратиться во вчера...

    — Плавт Бонос · книга
12. «

    Когда нельзя вернуться и нельзя стоять на месте, надо идти вперед, тут не о чем даже думать.

    Когда нельзя вернуться и нельзя стоять на месте, надо идти вперед, тут не о чем даже думать.

    — Сарантийская мозаика · книга
13. «

    В любви все зависит от сохранения тайны. Моя кузина не проявила сдержанности, хотя она была очень молода, и это можно счесть оправданием. В ней было нечто неуправляемое, нечто слишком неистовое. Ненависть и любовь подстегивали ее, и она была не из тех женщин, которые принимают свою судьбу, или трудятся в стенах, построенных для ее защиты.

    В любви все зависит от сохранения тайны. Моя кузина не проявила сдержанности, хотя она была очень молода, и это можно счесть оправданием. В ней было нечто неуправляемое, нечто слишком неистовое. Ненависть и любовь подстегивали ее, и она была не из тех женщин, которые принимают свою судьбу, или трудятся в стенах, построенных для ее защиты.

    — Ариана · книга
14. «

    Соблазнительно просто строить предположения о мёртвых — зимней ночью у очага или под монотонное жужжание пчёл, среди аромата летних трав в саду замка, — воображая их живыми и как они могли бы всё изменить.

    Соблазнительно просто строить предположения о мёртвых — зимней ночью у очага или под монотонное жужжание пчёл, среди аромата летних трав в саду замка, — воображая их живыми и как они могли бы всё изменить.

    — Песнь для Арбонны · книга
15. «

    Год — это совсем не так долго, в самом деле. Даже не достаточно долго, чтобы можно было без боли вспоминать его смех, когда они были наедине, его доброту к подданным, звук его голоса, его твёрдую походку, острую проницательность пытливого ума и хорошо знакомые признаки разгорающейся страсти, которая вспыхивала в ответ на её страсть.

    Год — это совсем не так долго, в самом деле. Даже не достаточно долго, чтобы можно было без боли вспоминать его смех, когда они были наедине, его доброту к подданным, звук его голоса, его твёрдую походку, острую проницательность пытливого ума и хорошо знакомые признаки разгорающейся страсти, которая вспыхивала в ответ на её страсть.

    — Песнь для Арбонны · книга